Чеченцы

Нунуев С.-х. М.

Тем не менее задача исследователя заключается в том, чтобы стремиться воспроизвести полную картину социальной эпохи, ее влияние на личность, а также в целостной форме реконструировать ее образ. На основе этих методологических соображений следовало бы осуществить анализ жизни и деятельности Ахмата-Хаджи Кадырова, который в час жестокого испытания для своего народа встал на защиту его жизненно важных интересов, решительно противодействуя силам зла и насилия. Это очень колоритная, убежденная в своей правоте личность действовала в «эпоху перемен», сопряженную с трудностями, коллизиями, резким оскудением духовно-культурной шкалы человеческого бытия.

Он прилагал огромные усилия для вывода чеченского

народа из кризиса (в котором тот оказался не без предательства антигероев), поставив целью дать ему новую этнополитическую, этнокультурную перспективу. Своим поведением, веским и убедительным словом, принципиальностью и честностью он развенчивал ложь, клевету, возводимую на народ. Думается, что именно в этом для А. Кадырова и заключалась национальная идея.

Если существует народ, обладающий собственной культурой, этнопсихологическими и ментальными особенностями, осуществляющий социокультурные коммуникации с окружающим миром, то этот народ имеет осознанное понимание или смутное представление о своей судьбе, настоящем и будущем. Задача интеллектуалов состоит в том, чтобы в логике понятий, то есть теоретически, осуществить реконструкцию складывающейся социально-психологической и духовно-культурной ситуации в народе. Именно так, на наш взгляд, формируется национальная идея любого этноса, а стало быть, и чеченского народа.

История рода А. Кадырова в прошлом не знала политических, государственных деятелей, но из него вышли известные в Чечне религиозные деятели. Например, предок А. Кадырова Ильяс был последователем и векилем Кунта-Хаджи. В феврале 1864 года вслед за своим устазом он подвергся царской властью аресту и ссылке. Ахмат-Хаджи, следуя родовой традиции, готовил себя к духовной деятельности, еще в годы советской власти он получил религиозное образование у местных мулл, учился в медресе в Бухаре, Ташкентском мусульманском институте, а в постсоветский период, продолжил обучение на шариатском факультете университета Хашимитского Королевства Иордании.

Основательная духовная подготовка способствовала признанию его как профессионального мусульманского теолога, назначению заместителем муфтия, а затем, в 1995 году, и муфтием мусульман Чечни. Этот момент совпал с первой военной кампанией в Чечне, когда среди мусульманского духовенства не было единого мнения по вопросу российско-чеченского конфликта.

Сопротивление чеченцев ельцинской политике «наведения конституционного порядка в Чеченской Республике», сопровождавшейся ракетно бомбовыми ударами, разрушившими города и села, экономику и социальную сферу, приведшими к массовой гибели гражданского населения, Ахмат-Хаджи признал «газаватом» и призвал народ к решительному противодействию армии, развязавшей гражданскую войну на территории бывшей ЧИ АССР. Этой своей позицией он выражал настроение значительной части чеченского населения, не увидевшего в федеральных войсках и командирах освободителей от диктаторского режима Д. Дудаева, кстати, насажденного в Чечне руководством России.

Августовские события 1996 года, вывод федеральных войск из Чечни, создание военно-полевых судов — что произошло при поддержке ичкерийских «победителей», — укрепление религиозного экстремизма, борьба религиозных радикалистов против традиционного духовенства, не поддерживавшего «чеченскую революцию» и религиозный экстремизм, убеждали Ахмата-Хаджи в бесперспективности шариатизации всей Чечни и конфронтации с Российским государством.

В сентябре-октябре 1996 года эксремисты в Ичкерии фактически превратились в мощную, влиятельную в политико-идеологическом, военном и финансовом отношении силу. Что касается представителей традиционного ислама, то они были оттеснены на периферию общественной и политической жизни, хотя их духовное влияние на верующих

было достаточно сильным. Ахмат-Хаджи Кадыров как человек, сформировавшийся на основе ценностей традиционного ислама, а также в рамках идейно-политической системы координат советского общественного строя, в психологическом, политическом и духовном плане был противником идеологии и практики экстремизма в любой форме.

Среди представителей традиционного чеченского духовенства он первым стал подвергать открытой критике деятельность вооруженных сепаратистов. В 1996–1998 годах в своих многочисленных выступлениях по телевидению, на страницах газет и журналов, Ахмат-Хаджи предупреждал общество и государство об угрозе, исходящей от религиозных радикалистов и политических экстремистов. Но народ и власть, в том числе федеральная, не воспринимали с должной ответственностью эти предупреждения, не до конца чувствовали тревогу, которая звучала в его высказываниях.

В целях организации идеологического противоборства религиозному экстремизму, активно распространяющемуся в регионе при поддержке «ичкерийских идеологов», А. Кадыров организовывает и проводит Конгресс мусульман Северного Кавказа. На конгрессе был создан Координационный центр во главе с муфтием Ингушетии Албогачиевым для «объединения усилий представителей духовенства Северного Кавказа в борьбе с радикалистами и экстремистами. Антиваххабитская деятельность муфтия Кадырова мобилизовала экстремистов в их намерении уничтожить его, следствием чего стали преследования и многочисленные покушения против Ахмата-Хаджи, в результате которых гибли его ближайшие родственники.

В период ичкерийского безвременья происходит заметная трансформация политической позиции и политических воззрений А. Кадырова. Несмотря на то что некоторые исследователи упрекают его в непоследовательности, принципиально важно отметить, что эта трансформация не является сиюминутной, спонтанной. Она — результат длительных размышлений, анализа масхадовского режима, приведшего к снижению уровня духовно-нравственной культуры этноса, доминированию иррациональных, бездумных установок, к интеллектуальной и нравственной деконструкции личности, криминализации социума.

От позиции политического сепаратизма А. Кадыров эволюционирует к осознанию необходимости возращения Чечни и чеченцев в социокультурное, правовое пространство Российской Федерации. Чем обьяснить, такую политико-философскую метаморфозу? Она, безусловно, продиктована желанием вывести народ из политического тупика, изоляции, куда завели его ичкерийские лидеры и их хозяева, спасти многострадальный народ от возможного физического уничтожения или полного рассеяния.

Обладая личным мужеством, воспитанный на лучших традициях своего народа, Ахмат-Хаджи не мог мириться со страусиной политикой Масхадова, находившегося в окружении полевых командиров, экстремистов, террористов, многие из которых прибыли в «самостийную Ичкерию» «для ловли счастья и чинов». На этой почве Кадыров разошелся с Масхадовым. Окончательно разрыв этот оформился в начале августа 1999 года, что было связано с провокационным походом ваххабитов Кебедова, боевиков Басаева и Хаттаба в горный Дагестан.

В 1999–2000 годах деятельность А. Кадырова направлена на остановку войны, предотвращение разрушения Гудермеса и других населенных пунктов Чечни. Народ, которому совершенно не нужна была война, решительно поддержал политику Кадырова. Его искреннее желание погасить пламя войны, открытая политика, признание необходимости нахождения Чечни в составе многонационального Российского государства, некоррумпированность явились основанием того доверия, которое было ему оказано президентом России. Находясь на посту главы администрации, а затем и президента Чеченской Республики, он сполна оправдал это доверие.