Чего хотят вампиры
Шрифт:
Глава клана Зварру, едва заметив, что мой интерес к содержимому подноса окончательно иссяк, устроился в кресле напротив и величественно скрестил руки на груди.
– А теперь, шайлари, поговорим серьезно.
Замок клана Мейлих мы покинули уже днем. Стефианир решил, что тянуть до заката смысла не имеет, а «мусорное ведро сколько ни утрамбовывай, выносить все равно придется». Зачем откладывать неизбежное, тем более когда речь идет не о тысячелетиях, а о каких-то жалких нескольких часах. К тому же незаконченных дел ни у кого из нас не нашлось. Мы с Вадимом просто не успели ими обзавестись, а вампиры, даже если
Честно говоря, я была свято уверена, что мы отправимся в путь какими-нибудь короткими телепортами или, на худой конец, пешком, но реальность решила меня шокировать своей иномирной оригинальностью, а Вадима вообще привела в неописуемый восторг. Тратить энергию на создание красивых порталов ради нас, естественно, никто не собирался, а вот предоставить транспорт, который работает исключительно на энергетике пассажира, – это пожалуйста!
Странные приземистые существа, отдаленно (я бы даже сказала, слишком отдаленно) напоминающие наших земных лошадок, терпеливо ожидали седоков у парадного входа. Отличие этих животных от привычных лошадей заключалось в наличии, во-первых, довольно длинного и жесткого шерстяного покрова неприятного серого цвета, во-вторых, пушистого хвоста, очень похожего на кошачий, а в-третьих, у них были странные, постоянно шевелящиеся червеобразные отростки по обе стороны морды. Таких тварей я насчитала одиннадцать штук. Ну да, мы покидали замок не одни.
– Что это? – вырвался у меня закономерный вопрос.
По наличию седел на спинах странных созданий легко можно было догадаться, что именно на этих «лошадях» нам и предстояло проделать долгий утомительный путь. Хотелось бы верить, что не в один конец.
– Это мольды, – недовольно ответил Стеф. – Они берут силу и выносливость у того, кто ими управляет.
– Типичные энергетические вампиры? – восхищенно присвистнул Вадим и чуть не сверзился с лестницы от этого самого восхищения.
– Не совсем. Мольды постепенно накапливают энергию, забирая ее у временного хозяина маленькими порциями с помощью своих усов, служащих своеобразными проводниками. Они скорее симбионты, легко подстраиваются под чужое биополе, прекрасно работая на нем как на вечном двигателе, безошибочно чувствуют любые изменения своего хозяина и никогда не перейдут грань, которая может стать для «живой кормушки» роковой. А при необходимости подпитывают того, кто неосторожно разбазарил такое ценное для мольдов добро, как живая энергия. Но это касается только разумных существ. А вообще основной рацион их питания составляет мелкая живность, которых они убивают с помощью тех же усов. И это при том, что физическую пищу наши красавцы не едят вообще, у них даже рта как такового нет. Они убивают ради самого убийства. Энергия смерти, как я уже говорил, – одна из самых мощных и сильных в любом мире.
– И мы на этом поедем?! – ужаснулась я, но мой крик души бессовестно проигнорировали. Причем все.
– А на людей они случайно не охотятся? – в Вадиме снова проснулся ученый дух, который требовал срочной исследовательской работы.
– Случайно – нет, а вот специально… – напустил туману Стефианир, но от ехидного комментария не удержался: – Просто постарайся не злить их и не проводить над ними никаких опытов, профессор. Мольды любят нежное и ласковое обращение. А еще они подвластны лишь одному
– То есть их невозможно продать, подарить или украсть?
– Нет.
– Я понял.
А вот я – нет! Как можно быть ласковым и нежным с таким жутким и опасным существом?! Я обычных лошадей-то боюсь до ужаса, а тут такое!!! Мне вполне достаточно было увидеть, как один из вампиров уселся на чудо-юдо верхом, а оно, заметно оживившись, тут же обхватило его запястья своими омерзительными щупальцами.
– Я на нем не поеду! – твердо заявила я, прокручивая в голове всевозможные варианты для более-менее вразумительной отмазки.
– Почему? – удивленно спросил Карилен, вышедший проводить нас в последний путь, в который сам же и отправил.
– У меня на них аллергия! – ляпнула я первое, что пришло на ум.
Глава клана Зварру недовольно нахмурился. То ли не знал, что такое аллергия, то ли не понимал, как она может быть на столь милых и полезных зверушек.
– Свет, как у тебя может быть аллергия, если ты их первый раз видишь? – сдал меня с потрохами благоверный паразит.
– Я чувствую. – Голос предательски сорвался на шепот.
У меня даже возникла идея разыграть спектакль одного актера в лучших традициях анафилактического шока, но, пока я вспоминала, как же проявляется эта дрянь, момент был упущен. Стефианир не стал тратить время на бесполезные уговоры и ненужные пререкания, а молча подхватил меня на руки и потащил к моей новоявленной фобии. Все брыкания, попытки освободиться и угрозы вампиром были стоически проигнорированы. Как оказалась в седле, помню смутно. По запястьям скользнуло нечто теплое и необычно приятное, будто мне надели дорогие бархатные перчатки.
– Не бойся, они не страшные, – ласковым томным голосом увещевал клыкастый палач, поглаживая одной рукой мое бедро, а другой – лохматую холку чудовища. – Тебе никто не причинит вреда, и бояться совершенно нечего. Они просто другие.
– Ты сейчас кого уговариваешь – меня или его? – не удержалась я от укола ревности. Страх страхом, но столь интимное воркование, предназначенное другому существу, не оставило меня безучастной.
– Во-первых, это не он, а она. – Стеф безуспешно пытался скрыть улыбку, что еще больше убедило меня – ревность иномирной гостьи не осталась незамеченной. Только что в этом смешного и зачем он меня дразнит, непонятно. – А во-вторых, – продолжил в том же духе мой клыкастый возлюбленный, – я не страдаю такого рода извращениями, какие ты уже успела мне приписать.
– Да неужели? – Червячок сомнения не желал так быстро уползать.
– Ты – приятное исключение. – Вампир уже откровенно улыбался во все клыки. Ситуация его откровенно забавляла, но вот мне было не до веселья. Пускай вблизи и на ощупь мольд (или правильнее все-таки мольдиха?) оказался не таким уж и страшным, чувство нервозности отпускать меня не торопилось.
Все заняли свои места в седлах. Вадима, кажется, нисколько не пугала перспектива послужить энергетическим донором для своей оригинальной зверушки. Энергия из него так и била ключом, а ученый мозг без перерыва бубнил какие-то медицинские термины, сожалея лишь о том, что «в этом отсталом мире нет высокотехнологичной аппаратуры, такой материал для изучения пропадает». Но его стенаний никто не слушал.