Человек-да
Шрифт:
О такой вести я и мечтать не смел. 2 декабря. Через десять дней. Потрясающе. Посмотрите, что способна сотворить жизнь, если только ей это позволить.
Разумеется, я был бодр и весел, когда встретился с Марком. Изабель, звезда сериалов, тоже пришла.
— Hola, hombre [102] , — поприветствовал меня Марк, и мы опять зашагали по улицам. — Пойдем, покажу тебе места, которые ты еще не видел...
На мой взгляд, времени на
102
Hola, hombre (исп.) — Привет, парень.
— На следующей неделе они дают прием, — сообщил он мне после встречи с одним из приятелей. — Он красит, я ему помогаю, — объяснил он после встречи с другим.
Меня поражало не то, как быстро заполняется его записная книжка. Удивляла его общительность. Умение заводить друзей. Готовность уделить кому-то время. Вот как надо жить.
В кафе, которому кто-то додумался дать название «Толстая кишка», я заказал сандвич, а потом посмотрел Марку в глаза.
— Марк... хочу тебя поблагодарить.
— За что?
— За то, что позволил пообщаться с тобой. Я здорово провел время.
— Эй... мы ведь не перестанем быть друзьями... это ж только начало.
— Нет, конечно. Просто... ты согласился встретиться со мной, хотя кто я тебе? Абсолютно незнакомый, чужой человек.
— Si a Todo, Дэнни. Si a Todo.
— Все равно спасибо. Вот...
Я полез в свою сумку и вытащил ее. Сам не знаю, зачем привез с собой. В качестве доказательства для Марка? Для вдохновения? Как напоминание о том, что я сделал и к каким свершениям готов?
Это была моя синяя кепка с вышитым словом «Да».
Я счел, что Марк заслуживает ее больше, чем я. Он был настоящий Согласный. Жил с огоньком, стремился объять необъятное.
Марк был доволен.
— Блеск! — восхищенно воскликнул он. — Спасибо, Дэнни!
А потом, демонстрируя, что мой подарок пришелся ему по душе, нахлобучил кепку на голову и присвистнул.
— Итак... какие у тебя планы? Сегодня возвращаешься домой в Лондон и потом будешь смотреть, что подкинет тебе жизнь?
— Ну... не совсем. То есть... я хотел спросить у тебя совета, но... что это значит?
Я полез в карман и развернул листок бумаги. Это была реклама. Реклама, которую я выдрал из журнала в вестибюле гостиницы.
Я показал на предложение, которое меня заинтересовало. Оно было напечатано крупным жирным цветным шрифтом. Рядом была помещена фотография, на которой были запечатлены самолет, улыбающаяся стюардесса, пальмы и солнце.
— Это значит «Лети в Сингапур», — перевел Марк, потом посмотрел на меня и улыбнулся.
— И что ты скажешь? — спросил я.
— Si a Todo, — ответил Марк.
ГЛАВА 22
В
Я чувствовал себя свободным, как птица.
То, что я сделал, было абсолютно неслыханно, — по крайней мере, для меня. Я прямиком скакнул на уровень 6. На фантастический уровень, которого, по сути, не существовало. На этом уровне я еще не бывал.
Я летел в Сингапур... потому что мог туда полететь.
Вот так-то. И разговор окончен.
Я увидел рекламу, принял предложение, и вот теперь я здесь... прихожу в себя после длительного перелета, в диковинном уголке Земли, куда я отправился без всякой причины — просто потому что жизнь так распорядилась. Жизнь подсунула мне ту рекламу. «Да» заставило ей подчиниться. Марк внушил, что я должен расслабиться и наслаждаться путешествием.
Я был в лондонском аэропорту, когда зазвонил мой мобильник.
— Дэн? Это Уэг.
— Привет, Уэг. Как дела?
— Неплохо. Ты где?
— Лечу в Сингапур.
— В Сингапур? Зачем?
Я пожал плечами.
— Просто так.
Тринадцать часов спустя я сел в такси в аэропорту Чанги, кинув свою маленькую дорожную сумку на заднее сиденье.
Я был счастлив. Жил в полном согласии с принятым решением. В Сингапуре я пробуду чуть более 48 часов — 48 часов в Сингапуре! Все выходные. Кто еще проводит выходные в Сингапуре? Кто по возвращении из Барселоны находит кредитную карту, которую он вообще не должен был бы приобретать, и берет билет на ближайший авиарейс в Юго-Восточную Азию?
— Привет! Как дела! — бросил мне водитель. Последняя фраза прозвучала как утверждение, а не как вопрос.
— Потрясающе! — воскликнул я. — А твои как?
— Хорошо, — ответил он, заводя мотор. — А у тебя как?
Я опешил. Я был абсолютно уверен, что уже ответил на этот вопрос, хотя, может, я и заблуждался. Сингапур очень далеко от Англии, и я, считай, почти полсуток находился в воздухе.
— Нормально! — бодро отозвался я. И на том, казалось бы, обмен любезностями должен быть закончен. Но, хоть я уже и знал, каким будет ответ, я счел, что проявлю невоспитанность, если теперь не спрошу, как у него дела. Ничего тут не попишешь, привычка. Я ведь британец.
— А... как у тебя дела?
Водитель радостно посмотрел на меня.
— Хорошо.
Вот и чудненько. На том и остановимся. У нас обоих все хорошо.
— А...
Нет, только не это!
— ...у тебя?
Таксист обернулся ко мне, выжидательно вскинув брови. Так, а теперь что делать? Ведь на этот его вопрос я уже ответил и, как и полагается, поинтересовался, как у него дела. Но водитель упорно смотрел на меня, ожидая ответной реплики. Изменить тему разговора я не мог — мы состязались в воспитанности. В меня правила этикета вдолбили с детства; он их выучил по какому-то учебнику 1950-х годов.