Человек-да
Шрифт:
Хью рассмеялся.
— А знаешь, я ведь там снимался.
Хм, что он имеет в виду?
— Извини, не понял. Где снимался?
— В «Звездных войнах».
Я выпучил глаза.
— Ты снимался в «Звездных войнах»? — переспросил я. — Врешь. Правда, что ли? Не может быть!
— Правда. Раньше я был профессиональным актером массовок.
— И снимался в «Звездных войнах»?!
Невероятно! Человек, стоящий передо мной, играл в самом знаменитом фильме моего детства. По сути, он был частью моего детства!
— И кого же ты играл в «Звездных войнах»? — осведомился я.
—
— Штурмовика? [93] — почти выкрикнул я срывающимся, как у подростка, голосом. — Черт возьми, ты был штурмовиком?
В фильме это были самые крутые ребята!
— Да, кажется, так их называли. Среди них я был одним из главных. Хотя сам фильм ни разу не видел.
У меня мозги чуть не лопались.
— Ты никогда не смотрел «Звездные войны»? И сам снимался в этом фильме?
93
Штурмовики — солдаты Империи в первой трилогии «Звездных войн».
Я не верил своим ушам. Теперь я всем и каждому буду рассказывать об этом! Сошью себе наряд штурмовика и стану в нем разгуливать! Сделаю визитки, на которых будет напечатано: «Дэнни Уоллес — Я был штурмовиком»!
— Нет, ни разу не видел.
Мне нужно было присесть.
— Помнится, — продолжал Хью, — мы снимали сцену, в которой герои находятся в большом ангаре, пытаясь улететь на своем космическом корабле, и вдруг туда на лифте прибывают два штурмовика и начинают стрелять в них из лазерного оружия...
— Я хорошо знаю эту сцену! — перебил его я. — Хан Соло и остальные пытаются улететь на «Тысячелетнем соколе»...
— Э... да... возможно...
— А потом Оби ван Кеноби достает свой световой меч!
— Ну да. Его, кажется, убивают. Это произошло у меня на глазах.
Кто еще может похвастать тем, что он видел, как убили Оби Ван Кеноби? Особенно если учесть, что его убили тысячи лет назад в далеком уголке вселенной.
— В общем, вокруг планировалось произвести несколько взрывов, но что-то не так соединили, и взрывы раздались в непосредственной близи от нас. Одного парня ранило, а у меня чуть барабанные перепонки не полопались. Нас троих отвезли в больницу, но, поскольку никто никогда прежде штурмовиков в глаза не видел, мы не могли разгуливать по больнице в форме штурмовиков.
Так вот... эту форму с нас сняли, и нам пришлось ходить в больнице в леотардах и больших белых веллингтонах.
— Наряд, недостойный штурмовика, — заметил я, все еще не в силах прийти в себя от услышанного.
— Да, пожалуй... Пойду-ка приведу Мерфи...
С этими словами человек, которого, оказывается, я впервые увидел двадцать лет назад в одном из величайших детских фильмов, покинул комнату, чтобы привести единственного в мире пса-гипнотизера.
Вот уж и впрямь необычный выдался денек.
Спустя несколько минут Хью вернулся в комнату. Следом за ним шел гипнопес Мерфи.
Большой черный лабрадор уселся на полу передо мной и стал нюхать мои ноги. Я все еще улыбался, дивясь тому, что узнал о «Звездных войнах» и Хью, но не мог не заметить в
— Мм... Хью, — сказал я, — твой гипнопес Мерфи... в феске.
— Да? — рассеянно отозвался Хью. — Он всегда ее носит.
Я опять глянул на Мерфи. Тот сидел в своей феске и смотрел на меня. На мой взгляд, это было противоестественно.
— Ты надел на него феску пять минут назад, да?
— Ага, да. Просто подумал, что тебе должно понравиться.
Мне понравилось. День становится все чудней и чудней, думал я.
— Да, интересная проблема, — сказал Хью, пережевывая вонтон. — Обычно меня просят, чтобы я помог научиться отвечать отказом. Понятно, да?.. Бросить дурные привычки. Ты уверен, что хочешь слепо отвечать на все согласием?
Я задумался. Даже без помощи гипноза я уже накопил огромные долги по кредитным картам, которые мне не следовало заказывать, не то что использовать. Приобрел себе тайного врага, который намерен замучить и погубить меня. Сделал себе стрижку, как у деревенщины. Купил автомобиль. Влюбился и потерял возлюбленную.
— Да, — ответил я, пожав плечами. — Мне нужно знать, можно ли проще относиться к жизни. Ясно, да? Чтобы не переживать из-за каждого своего «да». Мне еще два месяца «дакать», и я думал, что каждое «да» будет мне даваться все легче и легче. Но кое-что... произошло, и все значительно осложнилось.
— Что произошло?
— Появилась девушка. Например.
— А-а, — кивнул Хью.
— И... э... мститель.
— Мститель?
— Мститель. Кто-то упорно раззадоривает меня, провоцирует то на одно, то на другое, ибо знает, что я соглашусь. Сам я понятия не имею, кто эти люди, и боюсь, что, если отвечу им отказом, это сведет на нет все мои труды.
— То есть ты хочешь говорить «да», дабы не свести на нет все свои труды?
Я кивнул. Зазвонил мой мобильник. Я ответил. Звонивший повесил трубку. Это вежливое молчание мне уже начинало порядком надоедать. Люди что — разучились вести беседу?
— Да, интересный случай, — промолвил Хью. Склонившись над столом, он делал самокрутку. — Полагаю, в какой-то степени все это связано со стремлением побороть страх. Многие всю жизнь живут в страхе, даже не догадываясь, что от страха навсегда можно избавиться всего за несколько минут. Люди всегда на что-то отвечают отказом, верно? Они боятся перемен, привыкли к рутине, к определенному порядку вещей. И в бизнесе рискуют только те, кто не боится перемен и в конечном итоге добивается успеха.
— Пожалуй, в эту мою авантюру меня побудил пуститься страх, — признал я. — Одно время я превратился в затворника, ото всего отказывался. Наверное, я испугался, что жизнь может пройти стороной. Что я каждый божий день что-то упускаю.
— Значит, в твоем случае это страх неизведанного, — сделал вывод Хью, проводя языком по папиросной бумаге «Ризла». — Это негативная форма мышления. Люди теряют очень многое, когда не раздумывая отвечают отказом... они не сознают, что запихивают свою жизнь в жесткие рамки... Взять хотя бы Арлин. Когда мы познакомились, я предложил ей отведать вонтон. Она сказала: «Ни за что». А потом попробовала, и ей понравилось.