Человек семьи
Шрифт:
Кража машины было наиболее распространенным преступлением в Атланте, так как в Джорджии существовал закон, позволявший владельцу передавать документы на свое транспортное средство другому лицу. Вору было достаточно предъявить "документ" о передаче, написанный на любой бумаге, хоть на коричневом бумажном оберточном пакете, чтобы продать новехонькую машину за весьма хорошие деньги. Подозревали, что некоторые банды угонщиков машин действовали по заказам с севера – продавали машины членам мафиозных структур. При этом сами угонщики считались обычными местными преступниками.
За
Но больше всего он гордился поимкой двух белых преступников – братьев из Пенсильвании. Они похитили шестидесятисемилетнюю бабушку и, приставив к ее горлу острие ножа, перевезли через границу штата в резервацию Чикамауга в Джорджии. Там они развлекались, насилуя и шельмуя почтенную леди, находившуюся на грани жизни и смерти. Кроме того, они засовывали оружие, бутылки, ручки хлыстов и фонарики в тело своей жертвы. После ее спасения пришлось провести три серьезных операции для спасения ее жизни.
Младшего брата нашли в Атланте, где он снимал комнаты за приемной букмекерской конторы, оперировавшей с коллективными ставками. Дойлу удалось поймать его по наводке молоденькой девочки-проститутки, которая дала точное описание бандита. Он лично арестовал негодяя. Перед ним стоял мужчина, одетый только в синюю рабочую рубаху, с полупустой бутылкой освежающего напитка доктора Пеппера. Ниже рубашки он был совершенно голым; его член сморщился до размера крошечного земляного ореха, произрастающего в Джорджии. Глядя на тонкие, но мускулистые руки и длинное лицо с лошадиными зубами и близко посаженными слезящимися глазами, Дойл никак не мог поверить, что человек может совершать такие жестокие преступления.
– Джичи Уоррен, вы находитесь под арестом по обвинению в похищении человека, изнасиловании, педерастии и нападении. Надень штаны, долбаное животное! – жестоко сказал Дойл этому подонку.
Старшего брата поймали в Нью-Йорке, получив информацию от Джичи. Обоих судили, и они оказались первыми белыми жителями Джорджии за всю историю законодательства штата, осужденными и казненными на электрическом стуле за изнасилование. Именно так должны были, по мнению Дойла, действовать органы власти, призванные исполнять закон.
Работа Дойла была нелегкой. Ему приходилось одновременно заниматься расследованиями от пятидесяти до семидесяти преступлений. Кроме ограблений банков, похищений и подобных преступлений, существовали дела, связанные с побегами дезертиров и убийствами.
Весной второго года службы Дойла в городе гастролировала театральная труппа с пьесой "Музыкальный человек", в которой Китти Муллали играла роль библиотекарши Марион. Спектакли проходили в Гражданском центре Атланты. В понедельник гастроли в городе закончились, и они провели фантастически приятный вечер, посетив Клуб "Истинных поклонников искусства" и бар Билла на Пичтри-стрит.
Позже Дойл отвез Китти обратно в гостиницу "Шератон Билтмор".
– Я, конечно, с удовольствием сбежал бы с вами, – сказал Реган, держа руку Китти между своими огромными ручищами, – но, боюсь, Директору может не понравиться такая моя выходка.
Китти
– Было бы очень приятно встретиться снова, Реган. Знаю, что когда-нибудь мы увидимся.
– Я хочу гораздо большего, Китти, – сказал Реган.
Китти потащила его в тень закрытого газетного киоска и благословила длительным, мягким поцелуем, с открытым ртом и ласкающим языком, отчего Дойл вспотел и покраснел.
– Пусть он будет тебе залогом сегодня, – сказала Китти, – и попытайся добиться перевода из этого захолустья.
Глава 5
По пути в Нью-Йорк Стэнли Станрилович стукнулся колесом своего большого белого трейлера, наверное, о камень. Сидя за рулем своего грузовика, он прекрасно проводил время с Кей Старр, тихо напевая слова песни "Колесо фортуны" вместе с певицей: "Колесо фортуны кружится, да, да, да, дам, дам, да, да..."
Стэн хорошо справлялся с последней частью пути от скотобойни до города. Большой серебристый грузовик слегка покачивался на ветру, поддувающему с реки. Он спустился по улице Диган, проехав мимо погруженного во тьму стадиона Янки. Цифровое табло на здании показывало время 1.13 ночи.
"Хорошее время", – подумал Стэн. У него в запасе было десять минут. Он собирался, выгрузив мясо у мясного магазина фирмы "Ройял", заехать в закусочную на рынке. Там в любое время суток можно было съесть несколько датских фруктовых пирожных, запив крепким кофе, а затем, поболтав с другими водителями, направиться обратно в Квинс.
Хорошая идея пришла ему в голову в свое время – купить этот трейлер. Работая в сверхурочные часы, он зарабатывал до четырех сотен в неделю – совсем не пустяковую сумму для любого мужика его профессии.
Стэн счастливо посвистывал сквозь зубы, вторя Пэтти Пэйдж, исполнявшей свой коронный номер – песню "Вальс Теннесси". Когда трейлер повернул на дорогу, ведущую с автострады на Девятнадцатую авеню, Стэн заметил проблесковый вращающийся луч света патрульной машины. Он подумал, что, должно быть, внизу произошло какое-то дорожное происшествие, и начал автоматически сворачивать в сторону, одновременно тормозя. Как только он въехал на Вест-стрит, перед его передними фарами возник коп, сигналивший остановиться и направлявший на Стэна ослепляющий свет своего фонаря.
"Вот сукин сын! – подумал водитель. – То ли проверка веса груза, то ли еще что. Почему они пользуются, черт подери, таким слепящим светом?"
Он остановил грузовик возле одной из опор идущей над городом автострады и начал вытаскивать из кармана бумажник.
– Ладно, парень. Слезай-ка вниз, – сказал полицейский.
Стэн с усталым лицом спустился из высокой кабины. "Да, – подумал он, – наверное, это тормоза. Где-то найдешь, где-то потеряешь".
Он двинулся к полицейскому, светящему фонарем. Прежде чем успел сказать что-нибудь, ощутил оглушительный удар сзади, от которого у него едва не вылезли глаза из орбит, а нижняя челюсть прокусила язык. Затем, как при вспышке огня, он увидел черные ботинки, булыжную мостовую, и на этом все кончилось...