Человек-торпеда
Шрифт:
Но он еще поборолся. С размаху наступил кому-то каблуком ботинка на ногу, хватка сразу ослабла, он сумел освободить левую руку, снова кому-то врезал. Но тут в трюме раздался громкий, командный голос, выкрикнувший что-то на непонятном Сергею языке. И на него тут же обрушились несколько ударов, самый неприятный пришелся в солнечное сплетение, отчего перехватило дыхание. Чувствуя, что его того и гляди окончательно скрутят, Сергей неожиданно поджал ноги. Этого напавшие на него люди не ожидали, поэтому удержать его не смогли. Сергей упал на пол, вслепую нанес несколько ударов ногами, кажется, даже пару раз в кого-то попал. Но тут раздался
«Сеть, – промелькнуло в голове спецназовца. – Эти гады сеть на меня набросили».
А в следующий миг на голову «морского дьявола» обрушился сильнейший удар – это один из тех, кто его держал, врезал ему носком ботинка в висок. Перед глазами Сергея вспыхнули и, плавно ускоряясь, поплыли по кругу яркие звезды.
«Достали все-таки, гады», – успел подумать Полундра, прежде чем окончательно отключился.
35
Первое, что почувствовал Полундра, придя в сознание, была боль. Болело сразу в двух местах – голова и левая рука. По привычке, привитой ему в свое время умными инструкторами, Сергей не стал сразу шевелиться или открывать глаза. Мало ли где очнуться довелось, мало ли кто рядом находится. Нужно хоть минимальное представление о своем положении получить.
Сергей прислушался. Совсем рядом кто-то дышал – тяжело, но ровно. Больной или раненый – определил спецназовец. Сам он лежал на чем-то твердом, втягиваемый ноздрями воздух оказался чуть влажным и затхлым. Но морем не пахло. Значит, не на берегу.
Память Полундры заработала на полную мощность: он вспомнил о том, как подбирался к заброшенному кораблю, о том, как встретился с Фа Зюнем, и о том, как на него навалились.
«Оглушили, – подумал Сергей. – Что ж, хорошо, что хоть на месте не прирезали. Видимо, я им для чего-то нужен».
Полундра мысленно усмехнулся – только мысленно, губы даже не дрогнули. Многие, очень многие уже допускали ошибку, взяв его в плен и решив допросить. Есть разница – иметь дело с кошкой или с тигром. Первую еще можно безнаказанно за хвост подергать. А вот со вторым лучше подобных вольностей не допускать. Чревато последствиями.
Полундра чуть приоткрыл глаза. Он находился в довольно большой комнате, судя по виду – подвальной. Было довольно светло – под потолком ярко горела свисающая на скрученных проводах лампочка. У двери, от которой Сергея отделяли метра четыре, сидели два парня в камуфляже – у одного из них была перевязана голова, левой половины лица из-под бинта видно не было. А рядом с Сергеем, на полу, лежал Чанг Зюнь.
Полундра даже не очень удивился – чего-то в этом роде и следовало ожидать. «Что ж, – с мрачным юмором подумал Сергей, – вот я Чанга и нашел. Теперь бы только вытащить его отсюда, да и самому выбраться».
Продолжать притворяться, что он все еще не пришел в себя, было бесполезно. Но зато могло принести пользу другое притворство – сделать вид, что ему немного хуже, чем на самом деле.
Полундра громко застонал. Открыл глаза, перекатился на спину – теперь стало ясно, почему левая рука болела. Он ее попросту сильно отлежал.
– Сергей! Что с тобой? – Чанг тут же повернулся к другу, схватил его за руку.
– Где я? Что со мной? – простонал Полундра, старательно закатывая глаза. При этом он не выпускал из поля зрения охранников. Один из них, увидев, что новый пленник
«Ничего, – подумал Сергей. – Пока буду вести себя тихо и спокойно, как теленок новорожденный. А вот потом видно будет».
– Чанг, это ты? – спросил Полундра голосом умирающего. – Что у меня с головой? Как я здесь очутился?
– Ничего не помнишь? – в голосе Чанга звучала тревога. Подвергаясь сам смертельной опасности, он все же переживал за друга.
– Меня чем-то по башке долбанули. Я хотел…
– Тихо, – прошептал Чанг, едва шевеля губами. – Они понимают по-русски!
«Спасибо, Чанг», – подумал Сергей. Правда, он и так подозревал, что не знающих русского языка разведчиков на территорию бывшего СССР не пошлют. Не настолько же корейцы глупы! Но всегда лучше знать наверняка.
– Где мы? – спросил Сергей. Нужно было пользоваться мгновениями относительной свободы – было совершенно ясно, что с минуты на минуту сюда явится какой-нибудь командир и начнет допрос.
– Это…
Договорить Чангу не позволили. Один из охранников шагнул вперед и совершенно недвусмысленно поднял свое оружие. У этого был не автомат, а какое-то странное ружье с широким стволом. Такой модификации Полундра не знал – наверное, что-то суперсовременное и засекреченное.
Чанг смолк. Было ясно, что спокойно поговорить им не дадут – нет смысла и пытаться. Только пару пинков получишь, а то и что похуже.
Впрочем, ждать пришлось недолго. Уже минуты через три в подвал зашли три корейца. Один из них явно был охранником, присланным для усиления. У этого огнестрельного оружия не было – только палка толщиной пальца в три и длиной с руку. Это Полундре очень не понравилось – стрелять в него, в случае рывка, может, и не стали бы. Мало ли какие у охранников приказы. А вот этой деревяшкой приголубят, ни секунды не задумываясь. Разумеется, будь палка в руках обычного человека, он бы только посмеялся мысленно над ним. Но этот невысокий кореец двигался и держал свое немудреное оружие так, что становилось ясно – мастер вести бой с оружием подобного типа. Один на один у «морского дьявола» были бы приличные шансы, но ведь остальные тоже не детсадовцы и в случае чего стоять в стороне не будут.
Сергей начал злиться. «Ладно, посмотрим, кто тут круче», – подумал он, стискивая зубы.
Пододвинув к лежащим на полу друзьям табуретку, один из корейцев на нее сел. Тип с палкой и третий прибывший, лицо которого украшал застарелый шрам, встали с двух сторон от него и чуть впереди – чтобы надежно контролировать пленников. Полундре очень не понравилось то, что их не связали – видимо, уверены в себе. Хотя многих эта самая уверенность губила, ох многих!
– Наконец-то мы увиделись, – с широкой улыбкой сказал кореец. По-русски он говорил очень чисто и правильно, почти без акцента. – Меня зовут Зим. Ваше имя не спрашиваю – оно мне известно.