Чемоданы
Шрифт:
– У кого что болит…
– Лысый ничего, колоритен, – Светка пошевелила губами. – Познакомь!
– Я его сама первый раз вижу.
– А ты узнай. Сделай для подруги, лучшей, доброе дело.
– Приедем – узнаю.
– Ну-ну. Я не забуду. Твердо решила?
– Это ты точно не забудешь.
– В машину сели, – прокомментировала Светка.
Алла задумчиво посмотрела в окно. Зеленого ей видно не было. Лысый повернулся к собеседнику вполоборота и закрыл обзор.
Светкин вопрос о том, что она придумала сказать насчет поездки
– Поругаюсь. Все к тому идет.
– Ну, что ж. Отдых может удаться, – Светка поводила плечами, словно разминаясь перед схваткой.
Пытаясь скрывать безотчетную настороженность, Зеленый тем не менее постоянно затравленно озирался, интуитивно ощущая на себе чей-то пристальный и заинтересованный взляд. Но людской поток тек мимо по свои повседневным нуждам. Фланирующих в толпе каменного Коротких и ртутного Брюховца в кепке набекрень он в лицо не знал. Внимательнее он присмотрелся к наряду полиции, неприкаянно бродившему поодаль, но и сотрудники правоохранительных органов явно маялись по прямым обязанностям общественной безопасности. Однако Зеленый все же предложил сесть в машину.
Плешивый приписывал заметную нервозность партнера состоянию стресса перед серьезным событием.
– Завтра в девять утра будут подвозить… Это точно? – переспросил он.
– В зале в это время обычно мало народу, – сказал Зеленый, стряхнув с себя паутину. – Главное – внезапность.
– Машина уедет сразу? – спросил для проформы Плешивый.
Он задумчиво водил пальцем по схеме банка, развернутой у него на коленях.
– Да. Их дело – сдать деньги… Брать надо внутри, когда понесут в хранилище. Это через весь оперзал. Вот сюда, – Зеленый показал заштрихованный прямоугольник на бумаге.
– Заносить будут в эту дверь? С фасада? – Плешивый остановил палец и, подняв голову, бросил взгляд через ветровое стекло на предполагавшийся к грабежу банк.
– Нет, сзади. Через эти двери нам надо идти. Видишь, стекла тонированные. Двойные. И тамбур. Так что снаружи ничего не будет видно. – Оба смотрели на вход в безмятежное кредитное учреждение. – Может зайти, как считаешь?
– Нет, не надо. Лишний раз не будем светиться. Охранник один на входе?
– Да. Правда, тревожная кнопка у операционисток и в кассе, так что брать надо быстро.
– Да… Надо бы втроем идти… Третий нужен, – Плешивый воззрился на подельника. – Кто в машине останется?
– Рискнем! Другой случай может не представиться. Ребята волнуются. А машину можно оставить вон там, – Зеленый махнул рукой в конец квартала.
– Далековато. Прохожих много будет. Хотя это и к лучшему. Легче будет затеряться.
– Опасно, конечно, но не на стоянке же оставлять.
– Это верно, – согласился Плешивый и оглянулся на опущенный сзади шлагбаум.
– Дело стоящее. Три миллиона, – сказал Зеленый и пополировал заостренный кончик носа.
Плешивый внимательно посмотрел на сообщника.
– Я помню. Схема
– Ребята срисовали, – уверенно сказал Зеленый.
– Их доля – на тебе, – напомнил Плешивый. – И чтоб вели себя хорошо. Без импровизаций.
– Как договорились, – развел руками Зеленый.
На том и расстались с подельником.
Дальнейшая судьба определилась точнее, так что Зеленого закрутило в круговерти предотъездных хлопот. После трудового дня он хоть и поторопился домой в надежде на восстановление порушенных мостов к сердцу своей прекрасной дамы, но и очередной вечер проходил по заданной ею недавно программе.
Усилия по налаживанию отношений продолжались уже около получаса. Без видимого успеха. Зеленый все тридцать минут заходил с разных сторон, увиваясь как кот вокруг банки с недоступной, но очень желанной сметаной.
Объект его направленных усилий сидел с ногами на диване. На коленях у того лежал раскрытый свежий номер красочного журнала, в котором подвизалась стервозная Светка. Алла курила, выпуская дым в сторону. Сверху над ней склонился сам Зеленый, пытаясь заглянуть в лицо, скрытое упавшей челкой.
– Свежие сплетни с элементами никотина, – пошутил он, посмотрев на Аллины пальцы, которыми она с треском листала страницы журнала, отставив в сторону тонкую сигарету.
Шутка не прошла.
Малоубедительным тоном Зеленый не очень успешно убеждал себя в том, чтоскоро это дело закончится. Совсем скоро… И продолжил убеждение окружающих, почти искренне сожалея, что пока так получается, и не со всеми можно встретиться днем, как известно… И так далее…
– Ты и днем очень занят, – процедила Алла, озаботив телевизор сменой каналов. – Тебе, как ни позвонишь, у тебя телефон выключен или недоступен.
– Я же на метро сейчас езжу. Ты же знаешь, машину в ремонт отогнал, – попытался оскорбиться Зеленый.
– Ездить надо спокойнее. Я тебе всегда говорила.
– Мы это уже обсуждали. Давай не будем! – Зеленый примирительно положил в очередной раз руку на плечо Аллы и погладил пальцами шею с выпиравшим позвонком.
– Тебя Светка видела днем с каким-то педиком лысым. Не закрывай мне свет! Не нависай! – Алла убрала руку с плеча, передернувшись как от электрического разряда.
– Странно тогда, что она обратила на него внимание, – отметил Зеленый, восстанавливая статус-кво на плече. – Это клиент. Я и вечером с ним встречался.
– Остался бы с ним ночевать.
– Очень смешно, – Зеленый вздохнул, выпрямился, потоптался немного и поплелся размышлять в ванную, но задержался в дверях, опершись плечом о косяк. – Я, между прочим, деньги зарабатываю. В том числе и на отпуск.
– Когда только? На пенсию ты зарабатываешь… Езжай с этим лысым! – предложила Алла, не представляя насколько она близка к истине. – Отдохнете.
– Понесло… – Зеленый опять вздохнул. – Ну, подожди чуть-чуть. Чуть-чуть! Не могу я сейчас.