Чемоданы
Шрифт:
– Что, занят он? – вставила Алла, шумно перевернув очередной лист.
Как заученную мантру Зеленый повторил обещание скоро освободиться. Алла откинула журнал на диван и, подняв колени, уперла в них подбородок.
– Не освободишься, а откинешься ты скоро. А может и не скоро… Смотря сколько дадут… С бизнесом твоим. Сама поеду тогда. Светка, вон, зовет. Путевка горящая пропадает.
Зеленый постоял, потолкал косяк плечом и пошел под душ.
Потушив сигарету, Алла закусила губу. Вообще, кто он такой? Разобраться бы не мешало. Что она о нем знает?.. Три месяца, правда, они живут
Посидев еще немного, обхватив голени руками, она прислушалась к шуршащему шуму воды и решительно поднялась. Она решила попробовать раскачать скользкого Гену. Машинально оправила халатик, встряхнула головой и пошла в ванную. Открыв дверь, она сбросила тряпочку под ноги.
– К вам можно?
– Нет – нужно! – Зеленый отодвинул пластиковую штору и расплылся в улыбке, помогая ей забраться внутрь. Тесно прижавшись, они постояли под теплыми тугими струями.
Усталые, лежа в постели, также прижавшись, они закурили. Телевизор продолжал работать, неся свою новостную вахту.
Зеленый поставил себе на грудь пепельницу.
– Смотри не промахнись, – пошутил он.
Алла устрашающе улыбнулась.
– Поставь пониже. Пытать сейчас буду, – она направила сигарету горящим концом вниз, целя в Зеленого. – Кем ты работаешь? Не напрягайся, я все знаю, – Алла начала перебирать жидкие мокрые пряди волос Зеленого. – Будем говорить? Или в молчанку играть будем?
– Алла!
– Что, Алла?! – она с усилием затушила сигарету в пепельнице. – Слушай, ты хоть бы образцы этой своей водки принес, показал, что ли. Хотя бы раз!
– Ты же не пьешь ее! – Зеленый попытался взглянуть Алле в глаза, свернув шею.
Алла помогла, внимательно осматривая его лицо.
– С тобой начнешь, – наконец ответила она.
– А что, может выпьем?! – Зеленый поцеловал Аллино ушко.
– Нет. Так где же ты работаешь?
– Ты же знаешь, что нигде, официально. Пока. Зачем мне это?
– Значит, не хочешь говорить? Запираться будем?
Зеленый переставил пепельницу на пол и, подскочив начав хождение вокруг монументальной кровати. На манер задумчивой птицы-секретаря. Алла наблюдала искоса.
– Это тебя опять мама накрутила? – Зеленый остановился, потрепал волосы, сходил в ванную за полотенцем и начал энергично вытирать волосы, заполняя паузу. – Штамп в трудовой, штамп в паспорте. Да? – продолжил он, не дождавшись ответа.
– Ну, штамп бы тоже не помешал.
– Какой?
– В трудовой, Гена, в трудовой. Нужен ты мне, паспорт марать об тебя.
Зеленый прекратил тереть волосы и, отшвырнув полотенце, уселся на краю кровати.
– Я буду спать, – упредила его Алла и отвернулась к стене. – Погаси свет! И думай.
Зеленый нашарил под кроватью лохматую пыльную книгу. Перейдя в зал, он включил торшер и погрузился в кресло.
Алла прислушалась. К музыкальному центру он не подошел.
Но зато, добавив пищи к размышлениям, раздался звонок телефона.
Отдыхать после трудового дня Зеленому
К машине вразвалку двинулся патрульный работник дорожной инспекции, накручивая полосатый жезл вокруг указательного пальца выверенными движениями руки. В ответ на этот выпад такси замигало аварийными огнями. В салоне, освещенные светом вечерней иллюминации, сидели Валера и Зеленый. Оба закурили. Валера опустил стекло пониже, поджидая надвигающегося гибэдэдэшника.
Страж порядка и безопасности движения подошел к машине со стороны водителя и скороговоркой неразборчиво доложился. Из всего сказанного внятно было произнесено что-то о каком-то батальоне и документах.
– Сержант, я пассажира высаживаю, – ответил Валера.
Патрульный, выпущенный на подножный корм, был не в силах легко отказаться от кровных и более настойчиво потребовал документы, поведав о режимности правительственной трассы. Валера послушал его и показал краснокожее удостоверение. Сержант козырнул и несолоно хлебавши удалился, похлопывая полосатым жезлом о ладонь.
Валера выпустил дым ему вслед и повернулся к Зеленому:
– У нас в молодости говорили: «Мент гаишнику не кент». Ходят, одно деньги сшибают, пока мы с преступностью боремся, – подосадовал он. – Плешивый согласен? Не сорвется? – спросил он, ностальгические нотки в его голосе пропали.
– Можешь доложить шефу.
– Доложил уже.
– Разговора «о потом» не было еще?
– Нет. Так, вскользь упомянул.
– Надо поговорить.
– Поговорим. Сначала отвези меня домой.
Валера дернул щекой,уставился на огонек сигареты и отчеканил фразу:
– Скоро выборы. Весной. Городские… И в Управу районную. В Бубырево.
Зеленый наклонил голову, выказав внимание.
– Нужен успех, – продолжил Валера. – То есть, нужен Плешивый и его связи. Но главное… Нужен Дикобраз. И нужен до выборов.
– В каком смысле? Он что – мешает волеизъявлению граждан?
Валера видимым образом не прореагировал. Или прореагировал. Он медленно повернул голову в сторону звуковых колебаний.
– Он решил, что он может поддерживать тех, кого считает нужным. Он должен понять, что так не бывает. Задача стоит так. Поставлена. Ясно? Материал на него нужен. В том числе от тебя.
– Ты хочешь сказать, что нас с Плешивым поймают, а организацию ограбления припишут Дикобразу? – Зеленый поерзал.
– Нет. Это неправдоподобно. И – мелко. Пристегнем Плешивого к нему. Попробуем наворотить побольше… Твоя задача – держаться возле Плешивого. Он должен вывести… Необходима четкая связь между Дикобразом и криминалом. То есть с Плешивым, в частности. Cверху принято решение убить двух зайцев, – Валера хмыкнул с присвистом и щелчком отстрелил окурок в окно.