Череп мутанта
Шрифт:
Преследовать летающего мутанта ночью никому в голову не пришло – да и какой смысл? Мы уже знали, что тварь покидает здание через люк, ведущий на крышу. Сталкеры стали заново укладывать барахло и расшвыривать по углам мусор, который метал полтергейст.
Сна не было ни в одном глазу. Я оттащил матрас, сгреб в кучу угли, снова развел костерок. И неожиданно понял, что все поглядывают на меня.
– Ну, так что будем делать? – спросил Белый. Свежие бинты на его голове четко выделялись в темноте.
– Может, он больше не вернется? – неуверенно поинтересовался Зюзя.
– А ты
Вот это номер… А я тут при чем?
– Почему ты меня спрашиваешь?
– А кого мне, полтергейста спрашивать? – Гвоздь неуверенно ухмыльнулся. – Я на тебя глянул, пока эта суматоха шла. Ты будто знал, что делать, пока мы дурака валяли. Встречался с этими тварями, а?
– Ну… вообще-то из-за такого я и хромаю. Как-то было дело.
– Я тоже обратил внимание, – поддержал Белый, – ты один не палил в потолок, а ждал, пока тварь в дверь сунется. Я тоже догадался, да поздно. Так что давай выкладывай, что думаешь.
Меня смутило всеобщее внимание. Вроде я ничего такого не сделал… Потом дошло: бригада без лидера, все косятся друг на друга, подозревают в воровстве, ревнуют к чужому успеху. В такой ситуации все начинают приподнимать авторитет чужака, лишь бы не одного из приятелей – чтобы не сделался вожаком. Я просто удачно подвернулся.
– Ну… – Я постарался напустить на себя задумчивый вид. – Думаю, можно попытаться найти его логово. Наверняка знать не могу, но слыхал, что днем полтергейсты не так опасны.
– Ну так а чего днем делать? – не отставал Гвоздь.
– Контейнер на крыше валялся, так? Он был у Сидора в рюкзаке, а нашли мы его у дохлого бандюка.
– О, точно! – обрадовался Сидор. – Я рюкзачок покойного возьму перекантоваться, пока себе новый справлю. Где там он завалялся?…
– Помолчи ты! – бросил Белый. – Ну, Хромой, так что дальше? Я вроде понял, но ты сам скажи.
– Я думаю… – я сам на ходу прикидывал логические построения, мыслей-то у меня было хоть отбавляй, но в цепочку они выстраивались постепенно, – что полтергейст утащил вчера хабар Гвоздя, спрятал в логове. Бандит нашел, схватил, что подвернулось, и дал деру. Полтергейст его настиг, парень только раз успел шмальнуть из дробовика, и мутант зашвырнул его на дерево. Он вообще, наверное, агрессивно настроен к тем, кто у его логова появляется, и пса заодно уделал, и ворону. Я думаю, искать нужно там, где Молчун дробовик нашел. И оттуда уже двигаться. Вряд ли полтергейст только одну собачку пришиб, должны быть еще, вот и поглядим, где там кладбище… гм, домашних животных.
Утром выяснилось, что Белый идти не может.
– Что-то башка болит и кружит как-то… – виновато пояснил сталкер, осторожно трогая забинтованный лоб. – И мутит, как с похмела.
– Сотрясение мозга, – определил Гвоздь. – Зюзя, останешься с Белым.
Парень принялся спорить, но лениво – видимо, просто чтобы авторитет поддержать. Я уже знал, что он бывший студент-медик, почему-то бросил институт после третьего курса. Наверное, учился плохо. Тем не менее санитаром он был вполне квалифицированным, потому что за годы учебы успел приобрести профессиональные навыки, а заодно
Я предполагал, что стая Дуськи, хотя и установила дипломатические отношения с бригадой агропромовцев, не побрезгует раскопать и сожрать мертвеца, однако могила оказалась не потревожена. Да и собак в округе видно не было – может, полтергейст приучил их бояться этого места. Мертвая псина на дереве казалась нетронутой и уже начала вонять, а под кленом мы обнаружили три вороньих трупика. Хозяин исправно гонял птиц от своего логова.
– Где дробовик нашли? – спросил Гвоздь. Молчун зашагал к тому месту, мы следом. Там, где накануне подобрали оружие, все дружно оглянулись, замечая направление от старого клена, и медленно пошли дальше. Вскоре попалась мертвая собака. Вроде бы ничего такого, но труп был не тронут зубами и клювами, тихо лежал себе – и явно не первый день. Зона – очень хорошо организованный мир, здесь ресурсы не пропадают зря, все подлежит утилизации, мертвых зверей сжирают, сталкерскую снарягу снова пускают в ход. Тем удивительнее выглядел мертвый пес. Кстати, на облезлых боках его я приметил темные полосы.
Мы пересекли открытое пространство и полезли в заросли. Сразу сделалось как-то неуютно. Лес вокруг был мертвый, вроде того клена, с которого мне пришлось стаскивать мертвеца. Когда дул ветер, сухие ветви терлись друг о друга с неприятным скрипом.
– Вы теперь осторожней, – предупредил Гвоздь. – Чует мое сердце, где-то здесь он прячется, гад…
Я поглядел на Молчуна, тот слегка пожал плечами. Его феноменальный слух мог быть полезнее любого датчика, но сейчас сталкер не ощущал угрозы.
Мы рассредоточились и углубились в мертвый лес. Писк датчиков известил о присутствии аномалий – я увидел, как прямо по курсу лениво крутится в столбе пыли горсть пожухлых листьев. Карусель не включалась – поджидала, пока в ее объятия угодит жертва покрупнее. Шагавший слева от меня Сидор стал забирать в сторону, я тоже отклонился от курса – вот тут-то мне в голову и полетел булыжник. Глядя на карусель, я прозевал новую угрозу, а когда заметил, уклоняться было поздно. Только и успел, извернувшись, принять удар в плечо. Боль пронзила такая, что в глазах потемнело – как тогда, у пещеры бюреров.
Пока я проморгался, полтергейст успел обрушить град снарядов на нашу цепочку, в ход пошли камни, комья земли, палки. Пронзительно заорал сталкер, шагавший на левом фланге, – потом он рассказал, что мутант запустил ему прямо в лицо черепом.
Несколько человек разом открыли огонь, по лесу пошел грохот и треск, посыпались срезанные пулями ветви. Как раз когда ко мне вернулось зрение, Сидор взревел так, будто ему псевдогигант на ногу наступил, и я увидел, как сталкер ползет к аномалии. «Ползет» – не совсем верное слово, потому что Сидор стоял, вернее, полулежал в воздухе, откинув корпус назад, каблуки бороздили землю, оставляя глубокие борозды. Сидор взмахивал раскинутыми руками, я перехватил его взгляд – в глазах был ужас.