Черепаха без панциря
Шрифт:
Шурка хотел остановиться, понаблюдать за рыбаком, но Казик потащил его дальше, в сторону лодочной станции, где находился морской клуб с моторками, скутерами и байдарками. Он все приглядывался, к кому бы обратиться, попросить перевезти их на остров. Но возле берега лодок не было.
– Видно, ничего не получится, - с сожалением отметил Казик. - Придется идти на пристань. Там быстрей что-нибудь попадется в нашу сторону.
– Так будет лучше всего, - согласился Шурка.
Да и что им оставалось делать? Бродить по пляжу и любоваться разноцветными зонтами-грибками?!
Шурка потянулся, затем уселся на песок возле самой воды и начал разуваться.
– Помою ноги, - сказал он.
– И я сполоснусь, - присел Казик и вдруг насторожился.
Из-за мыска показалась моторка. Плыла она как-то непонятно: виляла, словно шла без руля, неуверенно направляясь в их сторону.
Шурка тоже увидел лодку и с интересом следил за ней. - Что за черт, удивился Казик. - Балуется кто или, может, утонул?
– Почему?
– Разве не видишь? В моторке же никого нет.
Шурка подхватился с земли, переглянулся с Казиком и пожал плечами:
– Действительно, никого...
– Может, кто-нибудь укрылся от ветра, лежит на дне да и загорает себе в затишье?
Неожиданно моторка заглохла. По инерции проплыла еще немного и ткнулась широким дюралевым носом в берег. Волны сразу же тихо заплескались о борт, закачали ее.
Шурка подался вперед и, высоко, как аист, поднимая ноги, двинулся по воде к лодке. Штаны, чтобы не замочить, он подтянул и придерживал руками. Хорошо, что здесь было мелко, не выше колен.
Вот он приблизился к моторке, заглянул в нее. Пустая! Шурка растерялся: и вправду, не утонул ли хозяин?
Казик почувствовал тревогу друга и тоже заспешил к лодке.
– Надо быстрее сообщить водолазам! - командовал Шурка. - Давай залезай, попробуем завести. - И он перевалился в лодку.
За ним начал карабкаться на борт и Казик. В этот момент дрогнул мотор. Захлебнулся и снова застучал. Казик закричал:
– Что ты делаешь? Подожди!
Его ноги были еще в воде. Он почувствовал, как задрожал металлический корпус моторки и та начала медленно двигаться. Казик напрягся и опрокинулся на дно. Подхватился и сел. И только теперь увидел изумленное, застывшее лицо друга. Широко раскрытыми глазами Шурка уставился на корму, будто увидел там не мотор, а самого утопленника, которого они собрались искать.
Наконец он растерянно пробормотал:
– Я... Я ничего не делал! Ничего не трогал!.. Мотор без меня начал работать...
– Как?
– Не знаю.
Шурка не врал, как вначале показалось Казику. Вот лодка сама сделала крутой поворот, нацеливая свои нос на середину озера. Ее немного покачивало из стороны в сторону, это заставило ребят крепче ухватиться руками за борта.
– Что за чертовщина! - испуганно проговорил Казик.
А на корме все более напряженно и слаженно рокотал мотор. Бурлила и пенилась сзади вода. Моторка оставляла за собой длинный волнистый след.
Ветер упруго бил в лицо, надувал рубашки. Казик вертел головой и не понимал: "Что
– Куда это она нас? - громко прокричал Шурка, потому что шум мотора и ветер заглушали слова.
– На середину!
– Куда?
– Разве ты сам не видишь куда? - разозлился Казик. - В гости к Нептуну!
Пригнувшись и держась за борт, он медленно продвигался вперед, к носу лодки. Не обращал внимания на то, что берег уже остался далеко позади. Он хотел остановить лодку, разгадать ее тайну.
Казик добрался до черной баранки руля. Уцепился за нее, попробовал осторожно покрутить. Не поддается! Нажал сильней. Лодка по-прежнему держалась своего направления. Ее нос теперь был высоко задран над темно-зеленой водой. За кормой слышалось неизменное "тух-тух-тух!..".
– А ведь здорово, правда? - крикнул с кормы Шурка.
Он освоился и повеселел. С увлечением следил, как моторка догоняет парусник, который шел немного в стороне, почти тем же курсом, что и они. Оттуда махали руками, что-то кричали.
– Салют, - крикнул Шурка. - Ха-ха-ха... Нажимай, калоша!
Он свешивался за борт, зачерпывал ладонью воду. С наслаждением подставлял лицо брызгам, фонтаном взлетавшим в воздух. Ловил их ртом. И хохотал, когда брызги, попадая за воротник, щекотали тело.
Моторка обогнала парусник, и тут Казик почувствовал, как баранка в руках против его воли сделала уверенный поворот. До этого он еще мог думать, что лодка завелась и двинулась с места по чистой случайности. Но теперь сообразил, что лодкой управляют на расстоянии, и внимательно следил за стрелками приборов на щитке, хотел уразуметь, понять тот хитрый механизм, который подчинялся чьей-то воле, и не замечал опасности, которая неумолимо надвигалась.
Эту опасность, пробравшись к другу, первым увидел Шурка. Прямо наперерез моторке шел речной трамвай. Снизу он казался мальчишкам огромным пароходом, громадиной, которая не сойдет с дороги, не свернет, а разобьет, уничтожит их маленькую посудину. И не проскочишь, не обойдешь...
– Смотри! - похолодел Шурка. - Видишь?
Казик не шелохнулся. Он смотрел на металлический блестящий прутик, что покачивался на носу лодки. Раньше не обращал на него внимания: думал, просто так, для флажка. А не тот ли это невидимка, который принимает радиосигналы и управляет моторкой?
Шурка стукнул друга по плечу:
– Ты слышишь?.. Смотри!.. Мы не проскочим!..
– Подожди! - Казик не выпускал из рук руля. Надеялся, что вот-вот, как и тогда, когда они обходили парусник, баранка шевельнется в руках и заставит моторку свернуть в сторону от речного трамвая. Только напрасно. Баранка не шевелилась. Слегка вздрагивала, напоминая, что мотор работает, мчит их навстречу беде.
Прошло еще несколько бесконечно долгих секунд. Казик весь сжался, подался вперед. Вот сейчас, сейчас. Минута, еще одна... Баранка не двигалась с места. Издевательски покачивался прутик. Тогда он, выпустив баранку, прыгнул на выпуклый нос моторки. Распластался и припал к гладкому и скользкому дюралю.