Черепаха без панциря
Шрифт:
"Пионерский фонарик", который вчера наведался и к нему, обо всем рассказал бабушке: и про воробья, и про драку, и про то, что он удрал из школы. И портфель с фуражкой принесли. Как на ладони показали его прилежание к учебе.
"А все из-за воробья, - горевал Венька. - И зачем он мне сдался, зачем я его ловил?!"
Венька лежал тихо с закрытыми глазами. Старался не шевелиться. Вспомнилось, как бабушка встретила его вчера, когда он вернулся домой. Строго так посмотрела и с укором сказала: "Ничего не
Больше выговаривать не стала. Велела умыться и усадила ужинать. А сама молча села за письменный стол. Чуть склонившись над листом бумаги, о чем-то быстро писала. Потом долго шевелила губами, видно, перечитывала написанное. А Венька втихомолку поглядывал на ее седую голову и маялся: "Лучше бы сама выругала, чем жаловаться папе с мамой..."
И сейчас мысли об этом письме бередили Веньке душу. Письмо, наверное, сегодня же полетит на юг... А что он скажет родителям, когда вернутся из отпуска?.. Чем оправдается? Придется держать ответ...
"Попросить бабушку, чтобы не посылала? - рассуждал Венька. - Напрасные хлопоты. Да и стыдно. А что, если перехватить письмо?! Перехватить - и концы в воду", - неожиданно осенило его.
Венька аж заерзал в кровати. Под ним заскрипели пружины матраса, и в то же мгновение из другой комнаты послышался бабушкин голос:
– Пора вставать, соня, а то опоздаешь.
– Куда? - удивился Венька.
– Как куда? Разве ты не знаешь, что ваш отряд собирается на озеро.
– А-а! - протянул Венька. - Знаю...
Лицо его передернулось. Напоминание о предстоящей прогулке, к которой готовились все семиклассники, было для него теперь неприятным.
"Да черт с ним, с этим озером! Никуда я сегодня не пойду, дома буду сидеть. И вставать не к спеху", - решил он и хотел было снова накрыться одеялом с головой, но в спальню вошла бабушка и решительно приказала:
– Хватит из себя сибарита корчить... Поднимайся!
Пришлось расстаться с теплой постелью. Венька босиком соскочил на пол, присел, расправляя плечи, затем забегал по комнате, закружил вокруг письменного стола, высматривая, куда бабушка положила письмо. Конверта нигде не было видно.
"Неужели успела отнести? - думал он, приседая и подпрыгивая. И вдруг обрадовался: - Ага! Вот оно где!"
Голубой конверт с ярко-желтой маркой лежал на мамином туалетном столике. Венька, громко топая ногами, будто и на самом деле делает разминку, все ближе подбирался к столику. Оставалось только протянуть руку - и письмо у него! "Сейчас я его - раз - и под майку!"
Вместе с тем какая-то нерешительность не давала сделать последнее движение. Наконец Венька отважился. Он весь напрягся, кося глазом в сторону кухни, протянул руку.
– Что ты там возишься, Вениамин! - вдруг громко спросила бабушка. Завтракать пора!
Венька вздрогнул и отскочил от стола
– Сейчас!.. Еще одно упражнение... Разминочка и - готов!
Он громко топал ногами, хлопал в ладоши, чтобы бабушка не сомневалась, что он занят зарядкой. А сам снова бочком, бочком стал приближаться к столику, не сводя глаз с кухни.
– Где же ты там, Веня! - настойчиво звала его бабушка.
– Слышу! Иду!
– Надо ж еще убрать, прихватить кое-что в дорогу...
Венька не ответил.
– Ну что мне с тобой делать? - заглянула в комнату бабушка.
Но Венька уже был начеку. Вместо конверта он схватил со столика расческу. Встретившись в зеркале глазами с бабушкой, сдержанно сказал:
– Надо же причесаться.
– Конечно, надо! Но ты, кажется, еще и не умывался?
– Сейчас.
Венька намеренно тянул время. Надеялся, что бабушка выйдет и тогда можно будет, наконец, сцапать конверт. Но бабушка только на минутку вышла на кухню и тут же вернулась обратно, подавая на стол завтрак.
– Что-то у тебя сегодня все шиворот-навыворот идет, - приговаривала она, суетясь у стола. На сковородке скворчало сало, желтели глазки яичницы. Приятный запах щекотнул Венькин нос.
– Майку надел не так? - спросил Венька, оглядывая себя.
– Да нет! - усмехнулась бабушка. - Вообще говорю. Хватит тебе уже прихорашиваться. Беги умываться.
"Не выгорело!" - Венька неохотно пошел на кухню к рукомойнику, злясь на себя за свою нерешительность... Давно мог стянуть этот злосчастный конверт с бабушкиным письмом. А теперь что? Завтракать и идти в школу! А как показаться на глаза друзьям, Маше? Как избежать всех этих неприятностей?
За столом Веньке не хотелось ни есть, ни пить. Не хотелось собираться в такой заманчивый, такой желанный еще совсем недавно поход. Ведь столько готовились, такой шум подняли! На всю дружину...
– Что-то ты сонный какой-то? - озабоченно спросила бабушка. - Может, у тебя голова болит?
Венька поднял глаза от тарелки и от изумления разинул рот: бабушка стояла перед ним в папиной спортивной куртке, затянутой замком-молнией до самого подбородка, с его рюкзаком и компасом на левой руке. Не обращая внимания на Веньку, она через плечо взглянула в зеркало и спросила:
– Ну как, подходит?
– Куда это ты, бабуля? - едва слышно прошептал Венька и почувствовал, как у него похолодело в груди.
– С тобой, на озеро.
– К-как?!
– А вот так, пешком.
Венька отодвинул тарелку. Медленно встал со стула, все еще не понимая, что происходит. "Неужели бабушка и вправду надумала идти с ним? С рюкзаком за плечами! Что он - ребенок, чтобы его за ручку водили! Хочет на посмешище выставить?.. Да что она, издевается над ним, в самом деле!.. А может, это только шутка?"