Через годы, через расстояния...
Шрифт:
— Понял. — Не очень любезно пробурчал я, донельзя раздражённый тем, что принимают за круглого идиота.
— Будет вам, Сергей. — Засмеялась проказница. — Не стоит принимать близко к сердцу. — В конечном итоге, никто не собирается оспаривать ваш приоритет. — Просто, есть области, где наши специалисты, скажем так… более подкованы. — Ведь, вряд ли бы вы пустили первого встречного за штурвал собственного Шаттла?
Крыть было нечем, и я пристыжено кивнул. Тем более, что, взглянув на ситуацию с её точки зрения, понял, что вёл себя как избалованный и капризный
Вооружившись чем-то, похожим на карандаши, троица приблизилась к сцепке и включила инструменты. Это оказались лазерные резаки, способные за сотые доли секунды проделать отверстие в железобетонной стене.
— Одевайте. — Раздался за спиной мелодичный голосок, и я вздрогнул от неожиданности.
— З-зачем?
— Надо же убрать катер. — Пожав плечами, улыбнулась незнакомая девушка, державшая нечто, смахивающее на широкий пластиковый пояс, толщиной приблизительно с дюйм. — Или, вы предпочитаете, чтобы это сделали наши?
Чертыхнувшись, я напялил подпругу и, похлопав по животу, поинтересовался.
— Как эта штука работает?
Получив объяснения, активировал костюм и сразу оглох. Ощущение непривычное, доложу я вам, и сразу захотелось «снять» чёртову сбрую. Но, рассудив, что для того, чтобы просто отогнать корабль на несколько метров, слух необязателен, лишь махнул рукой и зашагал к барьеру.
Призрачным контуром обозначился проход и, попав на ту сторону, я недоверчиво прикоснулся к шаткой на вид конструкции. Но многотонная махина челнока прочно лежала на двух таинственных цилиндрах. Подтянувшись, я забрался в кабину, отметив, что эластичный скафандр не только облегает тело, словно вторая кожа, но и служит своего рода мышечным усилителем. Моментально возникло желание заполучить такой же. Не то, чтобы в моём возрасте нужны костыли, но всегда полезно иметь под рукой столь удобную штуку.
Перекрыв подачу топлива и, похлопав по штурвалу, я вылез на фюзеляж и начал прилаживать захваты. О том, чтобы аккуратно поднять многотонную махину не шло и речи. Но предусмотрительные хиппи побеспокоились заранее, устроив перед носом челнока нечто вроде «приёмной платформы». Тихо заурчала невесть как попавшая в этот райский уголок мощная лебёдка и, с болью отразившимся в каждой клеточке тела скрипом, Шаттл начал медленно двигаться.
Жутко опасаясь, что катер завалится на бок, я стоял поодаль и в очередной раз задавался вопросом: стоит ли овчинка выделки? По всему выходило, что нет. И, в то же время, обратного пути не было.
Корабль потихоньку продвигался, оставляя на поверхности капсул глубокие зигзагообразные царапины, и я с трудом удержался, чтобы не подойти к скалящемуся патлатому мальчишке, стоявшему возле степенно крутящегося барабана и не помочь советом.
Наконец, верный конь шлёпнулся в ложе, сразу просевшее под тяжестью, и тягач пополз за пределы карантинной зоны. Вновь еле заметно обозначились ворота и, пробуксовывая в песке, челнок отъехал футов на тридцать и замер.
— Если хотите, можете посмотреть. — Покосилась рыжая. — Только, постарайтесь
Разумеется, надо бы поставить нахалку на место, но я был зачарован слаженными действиями местных умельцев, и лишь пробурчал что-то неопределённое.
Но на меня уже не обращали внимания. Склонившись над гигантскими металлическими баллонами, островитяне начали вскрывать первую оболочку.
Едва проделали первое отверстие, на землю потекла розоватая жидкость. Впрочем, благодаря тому, что «операцию» начали с верхней части, длилось это недолго, а я разочарованно вздохнул. Так и есть. Сейчас выяснится, что капсулы наполнены всякой биохимической дрянью, что безалаберные предки от греха подальше запихнули в ближний космос.
Не выдержав, я приблизился и осторожно потрогал за руку одного из «хирургов».
— Что это?
— Судя по всему, — глядя на экран карманного анализатора, ответил он, — какой-то криоген.
— Ясно. — Прошептал я и, попятился.
Хотя, если честно, из объяснений не понял ровным счётом ничего. Да и желания задавать новые «почему» тоже малость поубавилось.
В дырку, диаметром не более миллиметра, ввели гибкий щуп с объективом на конце и, когда на мониторе отобразилась проекция, я схватился за голову.
В контейнере, ещё недавно свободно летящем в околоземном пространстве, лежало человеческое существо. Причём, судя по вторичным половым признакам, женщина.
— Она жива? — Как сквозь туман расслышал я чей-то голос.
— Скорее да, чем нет. — Отозвался неведомый шутник. — Сердце бьётся не чаще, чем раз в три минуты. Но, несомненно, вскоре мы сможем задать ей несколько вопросов.
Закусив губу, я тихонько взвыл, ибо даже не представлял что делать с внезапно свалившимися на голову заботами.
Да и разделить находку пополам, тоже представлялось проблематичным.
«Надо посмотреть архив новостей за последние двадцать лет». — Вяло подумал я, напрочь забыв, что цилиндров два. — «Возможно, это кто-то из потерпевших аварию на одном из межпланетных рейсов.
Хотя прекрасно знал, что это не так. Катастрофы, если и происходили, то с пассажирскими челноками, доставляющих желающих отправиться вояж к парящим на орбите планетолётам. И, то, что случалось найти после аварии, почти всегда было мало пригодно для идентификации.
Не говоря уже о том, что на Земле пока что не разработали технологий, позволяющих путешествовать в анабиозе.
Глава 9
Сквозь плотно сомкнутые веки просвечивало розовое сияние. Инопланетянка попробовала пошевелиться и почувствовала, что руки и ноги онемели. Во всём теле пульсировала резкая боль, словно вчера целый день посвятила занятию грависёрфингом. Девушка глухо застонала, попыталась встать и с удивлением обнаружила, что не может этого сделать. Она совершенно утратила подвижность. К тому же, мышцы внезапно свело судорогой, и некогда гибкая фигурка выгнулась дугой, а из спёкшихся губ вырвался сдавленный стон.