"Черная Берта"
Шрифт:
– Сам виноват! – сквозь зубы процедил Джонни. – Не надо было петлять от нас по всему миру, как перепуганный заяц… "Две пули, три удара ножом!" – передразнил он. – А сколько наших ты отправил на тот свет пока не удалось договориться? Если бы не смерть отца… Ну, да черт с тобой! – Бигль-младший спрятал распылитель в портфель. – Делай свое дело.
Он первым вышел из библиотеки и зашагал по тротуару, не обращая внимания на женщину, идущую по другой стороне улицы. И когда они столкнулись у дверей лаборатории, он дружески приветствовал ее.
Крестон и Маклин
– К черту! – Крестон швырнул корзину на пол. – Тринадцатая порция! Я объявляю забастовку!
Он уселся на подоконник и принялся сосредоточенно массировать левой рукой онемевшую правую. Несмотря на столь решительное заявление, лицо его было унылым. Маклин осторожно поставил свою корзину рядом.
– Не понимаю, чего ты раскипятился, – спокойно сказал он. – "Берта" перегружена…
Крестон будто только и ждал этого возражения, чтобы снова взорваться.
– А я не собираюсь ломать хребет за паршивые двадцать монет в неделю! – заорал он, в исступлении молотя кулаками по подоконнику. – "Перегружена, перегружена"! Она всегда перегружена.
Маклин невозмутимо закурил.
– Цыпленок! Подумаешь, перетрудился! Да ты и не нюхал настоящей работы. Это еще цветочки, а вот когда "Берта" решала ТУ задачу…
– Можно подумать, что ты при сем присутствовал! – фыркнул Крестон.
– Мне рассказывал старый Крисе, ты его не застал. Тогда такое творилось… Весь персонал сбился с ног. Сам Терригари ворочал, как грузчик. "Берта" требовала и требовала, и не только транзисторы, а и металл, и пластмассу, и кучу всяких вещей. И они швыряли и швыряли в ее чрево, не зная, что из этого выйдет. Вот это была работа!
– Да мне-то что до этого! – снова заорал Крестон. – Чем больше работы, тем больше монет у Терригари, а мне так и так одна цена.
Он соскочил с подоконника и с наслаждением пнул корзину. Блестящие горошинки транзисторов зашуршали по полу.
– Ах, молодость, вечно она не рассчитывает силы! – хихикнул сзади дрожащий фальцет.
Лаборанты, вздрогнув, обернулись. Где-то на уровне их груди покачивалось, дергаясь, сморщенное личико. Асимметричность его подчеркивалась нелепой, растущей вкривь бородкой.
Старик ухмыльнулся, отчего бородку его повело совсем уж куда-то вбок, легко прошел, будто просочился между ними, отвратительно подмигнул сразу обоим и заковылял по коридору, с хрустом давя транзисторы.
Лаборанты остолбенело глядели ему вслед. Они очнулись, когда старик уже исчез за углом.
– Мерзкий мегатерий! – прошипел ему вслед Крестон.
Маклин молча опустился на колени и начал горстями ссыпать в корзину транзисторы. Крестон подождал немного, потом неохотно присоединился к нему. Губы его брезгливо вздрагивали.
Заказ
С лица Хари так и не сошла ухмылка. Он бойко ковылял вдоль коридора, дергаясь к каждой двери, будто хотел подслушать, а что же там делается. Его скрюченная фигура на светлом фоне стены казалась чем-то нереальным, противоестественным, будто кадр из фильма ужасов. Толстая ковровая дорожка заглушала его шаги.
Одна из дверей была полуоткрыта, и Хари, привычно оглядевшись, бочком соскользнул с дорожки и будто приклеился к стене, пытаясь заглянуть в щелку. Никакой необходимости в этом не было, но старый бандит просто не мог совладать с собой. Внезапно дверь распахнулась, сильно толкнув его.
– Что вам угодно? – холодно спросила высокая худощавая блондинка лет тридцати пяти.
Она была красива той чуть грустной, начинающей отцветать красотой, про которую говорят: бабье лето. Ее серые, искусственно удлиненные глаза смотрели на Хари серьезно и испытующе.
– Как пройти к вашему боссу, красавица? – прошамкал Хари, делая вид, что ничего не произошло.
В глазах женщины мелькнула ирония.
– Руководителя лаборатории называют не боссом, а профессором, – явно издеваясь, пояснила она. – Так вот, профессора Терригари сегодня нет и не будет.
Хари мысленно послал ее к черту. Задержка намеченной операции хотя бы на один день представлялась ему катастрофой.
– Но если у вас не личное дело, я вполне заменю его, – продолжала женщина.
– Я намеревался сделать заказ на кое-какие вычисления, – угрюмо сказал Хари, поворачиваясь, чтобы уйти.
Блондинка чарующе улыбнулась:
– По такому пустяковому вопросу не стоит беспокоить профессора. Оформлением заказов занимаюсь я. – И она жестом пригласила войти в комнату.
Хари облегченно вздохнул. Еще лучше, что профессора нет. Эта накрашенная красотка, во всяком случае, не разберется, для чего ему нужны вычисления.
– Какая старая бумажка! Похоже, что вы лет двадцать таскали ее в кармане. – Блондинка достала большую, с блюдце, лупу. Хари вздрогнул, до того точно она определила срок. – Так и есть, некоторые цифры совершенно стерлись. Вот, например, этот интеграл по времени… – Она посмотрела бумажку на свет, поморщилась: – Нет, уважаемый, мы не можем принять такой заказ. Фирма дорожит своей репутацией. Мы работаем без ошибок.
Такого поворота Хари никак но ожидал. Все поплыло у пего перед глазами.
– Почему бы вам не обратиться в другую, менее загруженную фирму? – холодно предложила женщина.
Она явно принимала его за полусумасшедшего изобретателя вечного двигателя, по крайней мере Хари рассчитывал именно на такое впечатление. Но, кажется, переиграл. Однако убитый вид старика, очевидно, смягчил женщину. Пожав плечами, она свова взяла бумагу.
– Мы обычно никому не отказываем в помощи, за соответствующую плату, разумеется, но ваш случай… Ну что здесь вр.писано: "тридцать пять" или "пятьдесят три"?