Черная Дорога

Дэррик Лэнг продолжал грести и обводить взглядом окутанные ночью утесы, возвышающиеся над рекой Дьер, надеясь, что пираты, за которыми они охотились, их не заметили. Впрочем, о том, что они обнаружены, он узнал бы только после атаки, а пираты никогда не отличались милосердием по отношению к военным морякам Западных Пределов. Особенно к тем, кто вечно преследует их по приказу короля этих самых Пределов. Поэтому мысль, что их могут поймать, не была приятной.

Баркас скользил против небыстрого течения, так аккуратно разрезая носом воду,

что она даже не плескалась о низкие борта суденышка. Часовые, стоящие в дозоре на окрестных скалах, обязательно подняли бы тревогу, если бы увидели или услышали баркас, и тогда кое-кому пришлось бы чертовски дорого заплатить за неосторожность. Дэррик был уверен, что, если бы такое случилось, никто из них не вернулся бы на «Одинокую звезду», ожидающую в заливе. Капитан Толлифер, хозяин корабля, один из суровейших морских офицеров Западных Пределов, состоящих на службе у короля, отчалит не задумываясь, если Дэррик и его группа не вернутся до рассвета.

Согнув спину и подавшись вперед, Дэррик приподнял свое весло над водой и негромко сказал:

— Полегче, ребята. Спокойствие — и мы выкарабкаемся. Успеем туда и обратно, прежде чем треклятые пираты сообразят, что мы были здесь и ушли.

— Это если нам повезет, — прошептал сидящий рядом с Дэрриком Мэт Харинг.

— Повезет, — уверенно отозвался Дэррик. — У тебя же, кажется, удачи всегда было в избытке.

— А вот ты никогда не был везунчиком.

— Никогда, — согласился Дэррик, отчего-то чувствуя самонадеянность, несмотря на грозящую им опасность. — Но я не забываю удачливых друзей.

— Потому-то ты и потащил меня с собой в это маленькое, но рискованное путешествие?

— Ага, — ответил Дэррик. — Я тут прикинул, что в прошлый раз я спас твою жизнь. Так что теперь ты у меня в долгу.

Мэт ухмыльнулся, демонстрируя белоснежную полоску зубов, словно расколовшую пополам его темное лицо. Как и Дэррик, он покрыл его ламповой копотью, чтобы стать менее заметным в темноте. Кстати, ему, черноволосому, с орехово-коричневой кожей, замаскироваться удалось даже лучше, чем рыжему, загорелому до бронзового оттенка Дэррику.

— Ох, однако ты в приподнятом настроении и готов подергать удачу за хвост этой ночью, не так ли, друг мой? — поинтересовался Мэт.

— Туман держится. — Дэррик кивнул на колышущуюся серебристо-серую дымку, низко висящую над рекой. Ветер и вода гнали ее к морю. Из-за тумана расстояние казалось больше. — Возможно, на погоду сейчас полагаться вернее, чем на твою удачу.

— А если вы будете продолжать трепать языками, — грубо прорычал старик Малдрин, — то дозорные наверху, которые еще не дрыхнут, услышат вас и поднимут засевших в засаде пиратов. Знаете же, вода хорошо разносит звуки.

— Да, — согласился Дэррик. — Но я знаю и то, что звук не долетит отсюда до утесов. Они же футах в сорока над нами.

— У вас в Дальних Холмах все тупые или ты один такой выискался? — буркнул Малдрин. — У тебя еще молоко на губах не обсохло, а уже лезешь куда не след. Если хочешь знать, старый кэп Толлифер в такие дни даже склянки велит не отбивать.

— А если хочешь знать том, Малдрин, — съязвил Дэррик, — тебя никто не

спрашивает.

Еще пара матросов на баркасе рассмеялись над сварливым старым помощником капитана. Хотя Малдрин обладал репутацией сурового моряка и опытного воина, молодежь из экипажа считала его этакой вечно волнующейся за своих цыплят курицей.

Первый помощник был невысок, зато косая сажень а плечах. Свою тронутую сединой бороду он коротко подстригал. Макушка его давно облысела, зато по бокам и сзади осталось достаточно волос, которые моряк собирал в довольно-таки густой хвост. Капли речной влаги и тумана поблескивали на просмоленных штанах и впитывались в ткань темной рубахи.

Дэррик и остальные люди в лодке были одеты так же. Все они завернули свои клинки в куски парусины, чтобы те не блестели в лунном свете, а заодно и для того, чтобы уберечь железо от воды. Река Дьер была пресной, не то что едкие соленые брызги Западного Залива, но от привычек матросов Королевского Флота избавиться не так-то просто.

— Дерзкий щенок, — проворчал Малдрин.

— Именно за это ты меня и любишь, Малдрин, хоть и ставишь дерзость мне в вину, — хмыкнул Дэррик. — Если думаешь, что оказался сейчас в неподходящей компании, только представь, что было бы, если бы я, черт меня подери, оставил тебя на борту «Одинокой звезды». Да ты бы всю ночь руки себе ломал. И вот благодарность за то, что я избавил тебя от этого!

— Все не так просто, как тебе кажется, — буркнул Малдрин.

— А о чем тревожиться? О парочке пиратов?

Дэррик погрузил весло в воду, следя, чтобы команда работала слаженно, потянул, откинувшись всем телом, и снова извлек лопасть на воздух. Баркас шел по реке с хорошей скоростью. В четверти мили позади мигал в ночи маленький костерок первого часового. Гавань, которую матросы искали, уже недалеко.

— Они не просто пираты, — отозвался Малдрин.

— Да, — кивнул Дэррик. — Тут я вынужден с тобой согласиться. Они пираты, с которыми капитан Толлифер послал нас разобраться. Не хочу, чтобы ты думал, что я довольствовался бы любыми пиратами.

— Я тоже, — вставил Мэт. — Я очень привередлив, когда доходит до драк со всякими разбойниками.

Еще несколько людей согласились, тихо усмехнувшись.

Однако Дэррик приметил, что никто не упомянул о мальчике, похищенном пиратами. После нападения морских грабителей на корабль тело его нигде не обнаружили, и все решили, что ребенка забрали с целью выкупа. Несмотря на необходимость выпустить пар перед вторжением в оплот пиратов, мысли о мальчике отрезвляли.

Малдрин только покачал головой и полностью переключил внимание на собственное весло.

— Нет, ты все-таки настоящее шило в заднице, Дэррик Лэнг. Клянусь Светом и всем святым, эти истинная правда. Но все же если и есть на борту капитана Толлифера человек, которому все это по силам, так это ты.

— Снимаю перед тобой шляпу, Малдрин. — Дэррик был тронут. — То есть снял бы, кабы она на мне была.

— Главное, чтобы была голова, — пробурчал Малдрин.

— Точно. Я уж постараюсь, чтобы она осталась у меня на плечах. — Он перехватил поудобнее весло. — Гребем, парни, пока река спокойна и туман за нас.