Черное колесо
Шрифт:
Но, увы! Без чёрного не может быть белого, без зла нет добра, без греха нет добродетели. Ничто не существует без своей противоположности.
Очень долго тёмные тучи зла отступали перед золотым колесом; но когда золотое колесо, казалось, завоевало весь мир, зло сжалось в плотную массу упругой тьмы, и у него больше не оставалось убежища.
Если бы золотое колесо столкнуло эту тьму с земли, зло ушло бы из жизни, но с ним ушло бы и добро, потому что одно не существует без другого. И человечество, лишившись того и другого,
Но упрямое зло нашло убежище в тени золотого колеса.
И вот, когда золотое колесо Будды покатилось в святилище, созданное для него последователями Великого, за ним катилось чёрное колесо и уничтожало все добро, сотворённое золотым! А когда золотое колесо остановилось, чёрное продолжало катиться по миру…
Вы слышали легенду о дочерях царя зимы, которые сидят на небе и ткут на вертящемся колесе зори и северные сияния? Подобно этому колесу, чёрное порождало повсюду отвратительные иллюзии и греховные сны. И вот, как и во времена до Будды, мир погрузился в грех…
Я спросил:
– Значит, вы считаете, что колесо капитана Бенсона – это отображение все того же символического колеса?
– Я заключаю, что это колесо судьбы, аналогичное колёсам в бретонских церквях. Но, как я вам показал, все изображения колеса сводятся к одному и тому же – чередованию чёрного и белого, жизни и смерти, добра и зла. А это – как будто африканский вариант того же цикла. И в любом случае оно интересно как произведение искусства, каково бы ни было его символическое значение.
– А что символизируют эти руки?
Преподобный ответил:
– Их девять пар. Не стану углубляться в символику магических чисел – каждая цифра связана с мифом. Упомяну только девять служанок уэльской богини Керидвен, которые своим дыханием поддерживают огонь под её котлом, а этот котёл не что иное, как ещё один символ солнца, связанный с культом Озириса. А что касается самих рук, то как глаз означает духовное начало, руки представляют собой средство, с помощью которого духовное овладевает материальным.
Левая рука – это наша судьба, правая – наша свободная воля. Вы заметили, что в нашем чёрном колесе во всех случаях левая рука держит запястье правой, а не наоборот?
Этого я не заметил. Он сказал:
– Возможно, каждая пара рук представляет того, кто умер, держа колесо, как делаются зарубки на прикладах ружей или рукоятях сабель.
– От ваших колёс на колёсах, доктор Сватлов, у меня голова закружилась.
– Но я лишь коснулся самой верхушки! – неодобрительно заметил он.
– Похоже, что ночью мне приснятся все эти колеса. А вам они не снились?
Но он не вступил на развёрнутый мной красный ковёр. По-птичьи склонив голову, как курица прислушивается к незнакомому звуку, посмотрел на часы и вскочил.
– Я и забыл уже, который час. Мне нужно идти. Так приятно было… – Он выскочил, не договорив, и его торопливость подсказала, что тема снов
Вечером я стоял на палубе, глядя на матросов, работавших при свете подвесных ламп. Меня удивила Дебора.
– Я вас искала, доктор Фенимор. Её милость сейчас расплачивается за своё распутство. В неё вселился дьявол, дьявол из колеса, о котором она так много говорит! Я видела его в её рыжих волосах. Рыжий – цвет дьявола. Доктор, а может, этот парень Мактиг тоже красит волосы хной? Её милость сама пригласила дьявола, скрыв подлинный цвет своих волос. И я чувствую, как дьявол грызёт и мою душу. Но я не поддамся! Я не из числа проклятых, он может грызть сколько угодно, но ничего не добьётся. Мне не предначертано поддаться его злобе!..
Я отвёл её в тень, где нас никто не мог увидеть, и сказал:
– Мисс Бенсон считает, что колесо не действует на неё, потому что она девственница. Вероятно, вы опровергнете это, Дебора?
Она уселась на груде брёвен.
– Ну, что ж, я благочестива, хотя, конечно, не девственница. Вы помните, как увидели меня в сугробе? Тогда приступ у её милости не дал мне договорить. Сейчас я объясню.
В Глазго я вышла замуж за своего Алека. Он был беден, но оказался для меня хорошим мужем, только не хватало ему религиозности. Мы прожили пять лет и были очень счастливы. И до сих пор, наверное, были бы вместе, если бы не первый, кто вошёл на Новый год.
– Первый, кто вошёл? – переспросил я.
– Это не христианский обычай. На Новый год, как говорит старая вера, первым вошедшим в дом должен быть мужчина – с тёмными волосами и не с пустыми руками. А то, что он приносит, отвращает несчастья и предсказывает, каким будет грядущий год. И очень плохо, если первой войдёт женщина или мужчина с пустыми руками, да ещё светловолосый. Если так случится, можете быть уверены: Новый год не принесёт вам добра. Разное бывает. Помню, как Джейн Коэн, старая дева, у которой не было знакомых мужчин, позвала своего пса Джока, сунула ему в пасть ведро с подарками и накануне Нового года выпустила за дверь. А потом он вошёл и был первым, кто к ней зашёл: самец, и не с пустыми руками.
Прошло четыре года. У нас заболел старый Доминик, и я присматривала за ним. Незадолго до Нового года я пошла домой, но снег шёл такой густой, что не видно было даже окон соседних домов. Было предначертано, чтобы я заблудилась и не нашла вовремя дороги домой, так я позже и сказала моему Алеку. Дорогу замело, и вот когда я подошла к дому, колокол уже пробил двенадцать. И Алек не впустил меня.
Я напрасно звала его, говорила, что в такую ночь нам не дождаться первого входящего. Но Алек не впускал меня: ведь я была женщина, да ещё с пустыми руками. И мне было очень холодно. Я сидела на снегу и чуть не замёрзла. Там вы меня и видели своим вторым зрением, доктор Фенимор.