Черное сердце
Шрифт:
Эллиот уверенно двигался вперед, и Кэтлин поняла, что у него есть какая-то конкретная цель. На Седьмой авеню он повернул к югу, пересек Четырнадцатую улицу и углубился в Вест-виллидж. Миновав еще несколько кварталов, он уверенно толкнул стеклянную дверь ресторана. Кэтлин досчитала про себя до пятидесяти и перешла улицу. Снаружи, на тротуаре, стояло с полдюжины столиков, через центральный вход была видна деревянная стойка бара. Среди немногих посетителей Кэтлин без труда разглядела Эллиота.
Он сидел спиной к ней, лицом к какой-то светловолосой
Кэтлин уселась на высокий табурет у бара и заказала «кровавую Мэри». Девушка о чем-то горячо, даже сердито говорила. Эллиот же, напротив, был спокоен. Как Кэтлин ни старалась, она не могла расслышать ни слова.
Кэтлин уже было продумала ход своих дальнейших действий, как разговор вдруг принял неожиданное направление: девица в тигриной шкуре взвизгнула и что-то крикнула Эллиоту. Кэтлин встала с табурета и медленно пошла в их сторону, стараясь не смотреть на парочку, однако не выпускала из вида.
Девушка опять что-то рявкнула, резко вскочила и перевернула стоявший перед ней стакан. Теперь вскочил и Эллиот. Он толкнул девушку, та пошатнулась и полетела на как раз проходившую мимо Кэтлин. Кэтлин была вполне готова к такому развитию событий, однако сделала вид, что испугалась. Она подхватила девушку, та повернулась к Кэтлин, что-то прошипела сквозь зубы и выскочила из ресторана.
Кэтлин стояла как вкопанная и смотрела на Эллиота.
– Ох, извините, – в смущении произнес он. – С вами все в порядке?
– Со мной-то все нормально, а вот как с вами?
Он улыбнулся, и улыбка мгновенно преобразила его лицо: этот Эллиот определенно Кэтлин нравился.
– Мы все время ссоримся.
– Неужели? – переспросила она. – У вас, должно быть, интересные отношения. Вам не приходится скучать, – и отправилась в дамскую комнату. Делать ей там было совершенно нечего, и она принялась читать надписи на стенах. «Он из тех, кто разбивает все сердца», – читала она. Ниже, другим почерком, было подписано: «Неужели? Дайте номер справочника».
Затем внимательно оглядела себя в давно немытом зеркале и вышла. Эллиот остановил ее на пути к бару.
– Почему бы вам не выпить со мною?
– А почему я должна это делать?
– Да потому что мне бы этого очень хотелось.
– Хорошо, по крайней мере, вы ответили честно, – она улыбнулась. – Ладно, по-моему, вы действительно должны мне угощение, – и махнула бармену, который принес ее коктейль. – Расскажите-ка мне о своей подружке.
– О Полли? – Он засмеялся. – На нее лучше смотреть, а не слушать.
Кэтлин изобразила искренний интерес:
– Тогда почему вы с ней встречаетесь? Вы не производите на меня впечатление человека, довольствующегося малым.
Эллиот, с которым женщины еще
– Ну, я с ней не так уж, чтобы и встречаюсь... Извините, я не представился. Меня зовут Эллиот Макоумер.
Она заметила, что он внимательно ее разглядывает: проверяет реакцию на известное имя? Он явно хочет, чтобы его принимали как такового, а не как сына своего отца.
Она протянула ему руку:
– Кэтлин Кристиан, – лицо ее было безмятежно: она ничем не выдавала своего знакомства с этим именем. – А что, если вы пригласите меня на ленч?
Трейси отвез Туэйта к себе, на Восточную Тридцатую улицу, просто потому, что полицейскому больше некуда было пойти.
– Может, ты хочешь к Мелоди? – спросил Трейси, когда они выходили из ресторана.
– Ни в коем случае, – Туэйт поморщился. – Не хочу, чтобы она меня таким видела. Все ее материнские инстинкты заработают на всю катушку.
Трейси искоса глянул на него:
– А, может, это не так уж и плохо? Ты же говорил, что она очень специфическая женщина.
– Значит, я врал, – отрезал Туэйт. Потом подумал и произнес: – Кажется, сейчас поздно звонить Уайту. Очень бы хотелось поскорее получить те снимки, – он старательно избегал смотреть Трейси в глаза. Да и говорил уже с трудом.
– Я бы тоже не прочь. Только, думаю, нам обоим сейчас не повредит немного сна, фотографии подождут до утра.
– Конечно, подождут, – Туэйт покачнулся, и Трейси пришлось подхватить его под локоть. – Да кого я обманываю? – вопросил Туэйт пространство. – Конечно, хорошо бы поехать к ней. – Он изо всех сил старался держаться прямо. – Она целуется лучше, чем ты. И поумнее тебя будет. Ты отличный парень, но в постели с ней лучше!
И вот теперь, утром, он со стоном спустил ноги с покрытого простынями дивана в гостиной. Трейси уже проснулся и хлопотал на кухне. Войдя в комнату, он увидел, что Туэйт сидит на краю дивана, и смотрит в пол.
Трейси поставил на стеклянный журнальный столик дымящуюся кружку с кофе, но Туэйт на нее даже не взглянул.
Лорин сегодня ушла рано, у нее был утренний класс. Она вообще всю неделю репетировала по утрам, и каждый раз после ее ухода Трейси казалось, что дом пустел. По правде говоря, это ощущение ему не нравилось. Получается, он стал настолько от i нее зависимым?
– Давай, – мягко обратился он к Туэйту. – Выпей.
– Нет, – полицейский не шелохнулся. – Не хочу.
– Завтрак почти готов.
– А, так вот почему пахнет горелым... Спасибо, я не голоден.
Трейси усмехнулся:
– Да у тебя обыкновенное похмелье.
Туэйт даже не удосужился ответить. Трейси сел, глотнул кофе, с удовольствием отметил, как в нем разливается живительное тепло. Наконец Туэйт поднял на него красные, воспаленные глаза.
– А ты-то сам? Ты же пил не меньше, может, даже больше. После такого у каждого будет похмелье. А ты вон как скачешь...