Чёрное сердце
Шрифт:
– Старый лицемер! Он же сам спал с Джулией!
– в сердцах выдал Айзек.
Глаза Кристиана расширились, брови Мерсиса сложились домиком, а рот Гивана раскрылся, чтобы прошептать "Самоубийца!".
– Ты прав, таких лицемеров не сыскать во всем Гроттер-Хилле, - Тонг вперил в Айзека сумрачный взгляд.
– Дразнит меня!
– Ну и ну, земная красотка говоришь?
– спросил Мерсис.
– Я не встречал ни одной! Даже интересно. Кузен рассказывал, что знает много таких цыпочек. Ещё говорил, что они горячие штучки. Менее стеснительные. Вы поняли о чём я…
–
– Хоть бы и хвостатая Виверна мне всё равно! Ей здесь не место! И если мой папаша-директор думает, что она будет спокойно учиться здесь, то плохо меня знает!
– Она не виновата, в том, что произошло много лет назад в твоей семье, – Кристиан всегда предпочитал говорить открыто и прямо, особенно с Тонгом.
– Ты вправе винить своего отца, или его новую жену, но причём тут эта мольфа? Разве у нас нет своих забот?
– А - аргументация!
– поддержал Кристиана Гиван.
Тонг вдруг принялся ревностно тереть своё пострадавше запястье.
– Так ты считаешь правильным, что “второсортные” получают нашу силу? – он мрачно глядел на друга, которого всегда считал своим верным союзником.
– Приходят в наш мир, учатся нашей магии, живут здесь и считают себя избранными!
– Послушай-ка… - неуверенно произнес Кристиан.
– Нет, это ты послушай, «добрый» Кристиан!
– слова Тонга были так остры, что друзья практически ощутили, как они впились в кожу.
– Наш мир должен принадлежать только “первородным”, как я и ты! Здесь нет места выскочкам, которые только и делают, что ищут себе мага посолиднее! Если вам так уж интересно, что у неё под юбкой, то огорчу вас, там никакой экзотики.
Голубой портал заставил его замолчать. Перед парнями возник директор Рэбэр:
– Тут что ураган прошёл?
– Ну шкаф сломан, немного книг попадало. Всё в норме, директор!
– будто подытоживая слова Тонга, одна из кадок с шевелящимся растеньицем на окне громко треснула.
– Я рад, что ты пришел в себя! Рана по словам Ивара не глубокая, но может доставлять неудобства некоторое время пока не затянется окончательно. Тебе повезло в этот раз! Чего не скажешь о твоём противнике, – лицо его было серьёзное, а взгляд обеспокоенный.
Прежде чем ответить, Тонг несколько секунд злобно разглядывал отца:
– Не стоит переживать! Мертвые этого не ценят.
Директор глубоко вдохнул и поднял голову вверх, очевидно, стараясь сдержать накативший к глазам поток эмоций.
– Не буду спрашивать, как ты смог одолеть этого верзилу, учитывая, что он воткнул в тебя вот это, - в его руке, словно сам собой, появился нож с резной рукоятью.
– Ты ведь всё равно не станешь мне рассказывать. То, что вы, пятеро, нарушаете запреты постоянно приводит к плохим последствиям!
Солидный мольфар меньше всего напоминал директора волшебного лицея: волосы торчали в разные стороны, даже губу закусил почти что до крови.
– Настоящая драма!
– Тонг демонстративно закатил глаза, потряс головой.
– Я не желаю подчиняться
– Я не только директор, Тонг! Еще, я твой отец. Каково, по-твоему, мне было узнать, что тебя ранили? Ты хоть представляешь, что я испытывал до того момента пока Ивар не сообщил, что ты очнулся? – в комнате повисло напряженное молчание. – Ты понесёшь наказание, потому что не раз нарушал правила лицея! В Гроттер-Хилле издревле соблюдаются традиции, на которых держится всё магическое сообщество.
– Стоит ли так утруждаться? Что изменит наказание? Первый раз что ли? – Тонг продолжал скалиться на отца, пока все остальные с тревогой наблюдали за ними.
Директор отвёл взгляд в сторону от своего сына и взглянул на его друзей:
– Кто сказал, что я накажу вас всех? Наказание получишь только ты, Тонг! С этого дня ты не покидаешь лицей, я наложу ограничение. Снято оно будет тогда, когда ты переосмыслишь своё поведение. Всех остальных это ограничение не касается!
– Решил стать строгим папочкой? Да, пожалуйста!
– Тонг натянуто улыбнулся.
– Мне так плевать, что ты не представляешь!
Он понял замысел отца. Пока друзья будут свободно перемещаться туда, куда им захочется, он будет сидеть в четырёх стенах и медленно сходить с ума.
– Мне жаль, что я не знаю способа, как остановить тебя… – произнес директор. – Однажды, ты рискуешь погибнуть. Твоя мама была бы опечалена твоим поведением.
От услышанного молодой мольфар дёрнулся с постели. Окружающим на миг показалось, что в директора сейчас полетит какое-нибудь проклятие, но ничего не произошло. Оба просто смотрели друг на друга убийственным взглядом.
– Возвращался бы ты к своей Джулии! – жестким тоном ответил Тонг.
Напряжение между ними было почти осязаемым, казалось, что в палате стало вдруг неестественно жарко. Никто из четверки наблюдателей не пытался вмешаться в конфликт, между отцом и сыном. Директор не отводя глаз от сына, помотал головой и вскинул руками, признавая, что больше ему нечем бить в этом споре. Его лицо стало почти серым, и вид сделался ещё более уставшим.
– Соблюдай все рекомендации от Ивара! Через пару дней ты сможешь вернуться к занятиям, хотя, не знаю нужно ли тебе это. Если ты в буквальном смысле творишь такую магию, о которой здесь и не слышали, – тихо произнес директор, потом быстро оглядел остальных и вышел вон.
Глава 8. Рывок в неведомое.
Глава 8. Рывок в неведомое.
В чёрной комнате ярко тлел огонёк сигары. Вместо дыма витал аромат сладких ирисок. Луна проглядывала сквозь щель между плотной тканью штор.
– Ты уверена, что всё рассказала мне?
– Клянусь, магистр!
– охнула подвешенная за ноги к потолку девица.
Она была совсем некрасива: выдвинутая вперед нижняя челюсть, маленький вздернутый нос, узкие, широко расставленные глаза, очень плохая кожа лица. Настолько худая, что её неприкрытые ключицы напоминали гардеробную вешалку, на которой и держалось худосочное тельце.