Черноводье
Шрифт:
Стена была узкой, и бежать по ней было неудобно: то и дело рискуешь оступиться и полететь вниз, а кое-где и старая кладка норовит осыпаться вниз вместе с тобой.
Бежать до противоположной стены приходилось, внимательно глядя под ноги. А глядеть было тяжело, потому что чем дальше, тем сложнее было рассмотреть что-либо вокруг себя.
Пальба здесь стояла такая, что дым висел плотными слоями, даже не думая рассеиваться. Едва одни его клубы сползали со стены вниз, на их место тут же наплывали другие, а когда на башне ухала картечница, то оттуда
Из-за этого-то дыма я лишь в последний момент заметил опасность.
Черное существо, похожее на крупную обезьяну, выскочило из-за зубца стены и бросилось на меня, расставив лапы с когтями, длиною с карандаш. Реакции моей хватило только на то, чтобы выбросить вперед рукоять крикета с металлическим набалдашником, долбанув им тварь в грудь. Та осела на каменную стену, но тут же вскочила, и снова бросилась на меня, издавая птичий клекот.
За моей спиной послышался вскрик и ругань сквозь зубы. Краем глаза я заметил, как Олег древком алебарды отбивается от наседающего на него другого такого же существа, стараясь при этом не свалиться со стены.
Мне некогда было наблюдать за ними — даже секундного взгляда хватило, чтобы острые когти твари едва не впились в меня. Впереди, среди дымных облаков уже смутно виднелись такие же, еще и еще. Похоже, они воспользовались тем, что защитники бросились оборонять одну стену, обращенную к лесу, и зашли с фланга.
Увернувшись от кинжальных когтей, я рубанул крикетом наотмашь, и тот крепко увяз в костяном панцире твари. Да, похоже, тот самый апгрейд, о котором Андрей говорил мне в Урде! Не он ли и привел всю эту орду? Хорошо, если только он, а не Ник собственной персоной. Впрочем, плевать!
Существо полоснуло когтями мою руку, пытаясь вырваться, но крепкая кожаная куртка спасла меня. Однако и мне не удавалось вырвать из ее груди топор, чтобы нанести новый удар.
Мы замерли в неустойчивом равновесии. Когти твари молотили по рукаву куртки, стараясь прорвать его. Я отчаянно пытался выдрать оружие из кости. Тварь разевала пасть и отчаянно шипела, стараясь добраться когтями до моего горла. Две ее нижние челюсти расходились в стороны, демонстрируя несколько рядов тонких и острых, хищно загнутых зубов. Кожа на руках и груди существа кое-где полопалась, обнажая серые бугры мощных мышц.
Я попытался навалиться на нее, лишив подвижности — все же, в массе у меня было преимущество. Нужно было только сковать обе ручищи, одновременно заблокировав длинные ноги, которыми тварь тоже могла порвать меня, дай ей волю.
Я упал, стараясь прижать существо к крошащейся кладке стены, но то проявило чудеса ловкости, высвободив одну руку, и отчаянно оттолкнувшись ею от зубца.
Мы перевернулись. Теперь я был прижат к стене, а тварь оказалась сверху. Она издала торжествующее шипение, раздвинув чудовищные челюсти в стороны, и потянулась ко мне так, словно готовилась вгрызться мне прямо в лицо.
В следующую секунду удар алебарды разрубил существо пополам, и обе половины, синхронно дернувшись,
— Я тебя не задела? — спросила Кристина, откидывая со лба прилипшую прядь волос.
Я коротко мотнул головой. На благодарности не было времени: на стене впереди уже маячило до десятка подобных тварей, только с еще более длинными конечностями. Несколько из них уже с удивительной для такого телосложения сноровкой неслись в нашу сторону.
Ту, что скакала впереди всех и уже разинула в предвкушении трехчелюстную пасть, мне удалось завалить выстрелом из крикета, разнесшим чудищу голову вместе с шеей.
Следующая свалилась, когда на нее обрушилась сверху алебарда Олега. Остальные принялись прыгать по крепостным зубцам, бросаться на нас, тут же отскакивать, стараясь найти брешь в нашей обороне.
Бросок. Скользящие у самой шеи острия когтей. Шипение. Шелест на ветру отслоившейся мертвой кожи. Хлопанье раскрывшейся чудовищной челюсти. Мутный взгляд неживых глаз, наполненных холодной жаждой.
Эти несколько минут были адом, наполненным прыжками, ударами, криками и горячим сбитым дыханием. Но по их истечении тварей на стене не осталось, а мы трое были, едва в силах держать оружие.
— Я постерегу здесь, — выдохнул Олег, привалившись к зубцу стены и тяжело дыша. — Бегите вперед. Что там у них творится?
На той стене кипел лихорадочный, напряженный бой. Мертвецы кишели возле нее, словно серое грязное море. То и дело из его глубин выныривала проворная многоногая тварь и начинала карабкаться на стену, цепляясь за шероховатые кирпичи, словно огромная ящерица. Нескольким таким удалось добраться до вершины стены, и сейчас они, яростно шипя, бросались на защитников, обивавшихся топорами и алебардами.
В тот самый момент, когда мы обогнули башню, с которой слышалась беспорядочная пальба, и подбежали к группе егерей, сдерживавших натиск тварей, из-за полуобвалившегося зубца показалась узкая змеиная голова.
От неожиданности я рубанул коротким движением, почти не глядя, но только врубился в каменную кладку, брызнувшую фонтаном острых крошек.
Тварь раскрыла рот, продемонстрировав тонкие длинные зубы, и сделала мощный бросок вперед. Только мои прокачанные егерские рефлексы позволили мне увернуться, пропустить стремительное тело мимо себя и, взмахнув топором снова, перерубить его на две части.
Зеленовато-черный обрубок, задергавшись, скользнул со стены вниз. Но на смену ему из-за зубца тут же показались черные клешни и небольшая рачья голова с россыпью черных холодных глаз. Кристина уперлась в существо алебардой, попытавшись оттолкнуть его, но то сделало рывок многочисленными ногами, и едва не перевалило через ряд зубцов. Лишь в последний момент мне удалось поймать его в положении шаткого равновесия и рубануть топором прямо между челюстей, отчего оно зашаталось и рухнуло вниз, погребая под массивной тушей нескольких мертвецов внизу.