Черные псы
Шрифт:
– Бэрримор, кто это так воет на болотах?..
– Овсянка, сэр!
– в тон ему ответил Бельмов, и оба захохотали.
– Хорошо, нет Казакова, а то бы он исполнил какую-нибудь жуткую арию, - проговорила я, качая головой при виде их паясничанья.
– Ета как ста-а.., нет Кыаззаковва?
– раздался с заднего сиденья знакомый голос, и Казаков, изрядно навеселе, просунул свою стриженую голову в окно и отвратительным дребезжащим голоском запел:
– "Ы-ыадному тибе я веррю... Шерлок Холмс.., атыщи
Я плюнула и быстро пошла в глубь сада.
"Даче всего два года, а деревья уже большие, - подумала я, - чудеса, да и только!"
– Если че, Иванова, мы всегда поможем, - крикнул вслед Кузнецов, и "Фольксваген" уехал.
– Боже упаси от вас помощи ждать, - проворчала я.
Но, несмотря на все несносное обезьянничанье веселой троицы, они сообщили мне очень важную новость: на свою дачу приехал Тимофей Новаченко. Стало быть, этой ночью я должна проникнуть в их коттедж.
"Их" - я подспудно имела в виду и Тимофеева.
"А что, если они уедут сегодня же, - вдруг всколыхнулась мысль.
– Вряд ли, но чем черт не шутит?"
Эх, Тимофеев, Тимофеев, укоризненно шевельнулось в мозгу. Вероятно, самый притягательный и самый, как сейчас любят выражаться политические обозреватели, харизматический человек, которого я когда-либо знала. И всегда, всегда знала в связи с тем, что подозревала его в преступлении.
Такая сложная, насыщенная драматизмом ситуация - и я столь редко задействую свои магические гадальные кости.
Вот и ответ.
28+11+20
"Благими намерениями вымощена дорога в ад".
– Благими намерениями вымощена дорога в ад, - повторила я. Замечательные слова, что и говорить!
Особенно в сочетании с черными псами преисподней.
Купальщики в лице подчиненных Боброва и Селиверстова, а также их поднадзорных - Соловьева и Эвелины Баскер - уже закончили вечерние водные процедуры и сели ужинать, когда я вышла из дома и не без трепета направилась к лесу.
Уже темнело, и лес казался жутким, особенно если учесть, наличие каких тварей в нем я допускала.
Я медленно двинулась в глубь леса. Признаюсь, сердце мое отчаянно колотилось, а пальцы правой руки судорожно стискивали пистолет.
"Надо было стянуть у Селиверстова "узи", - подумала я, - с ним было бы не так страшно".
Минут десять я шла, боясь вздохнуть, и слышала только биение собственного сердца да хруст прошлогодней листвы в молодой весенней траве под моими ногами.
Внезапно земля резко осыпалась подо мной, и я едва успела схватиться за ветви окружавших меня деревьев. При этом я едва не уронила пистолет и оцарапала шею.
Внизу, в пяти-шести метрах от меня, плескались речные волны.
– Обрыв, - пробормотала я, - еще чуть-чуть, и Гитлер капут, ауфвидерзеен, фройляйн
Осторожно придерживаясь за стволы деревьев, я пошла вдоль берега Волги, напряженно вглядываясь в лесную тьму справа от меня и одновременно стараясь не свалиться в Волгу.
Лес кончился так же внезапно, как уходил под откос, в Волгу, источенный переплетенными корнями деревьев обрыв. Ничто не свидетельствовало бы об окончании лесной полосы более явно, если бы не обвитая плющом высоченная металлическая ограда, о которую я пребольно стукнулась коленом, плечом и лбом.
Судя по всему, это должна быть дача Новаченко.
Обрывая плющ, я полезла наверх, стиснув зубы и закрыв глаза, поскольку зеленые насаждения, орнаментирующие ограду, назойливо лезли мне в лицо. Ограда показалась мне бесконечной, но когда на самом верху мне по голове стукнула массивная ветка дерева и я почти кубарем скатилась вниз, по ту сторону железной преграды, я поняла, что это вовсе не так высоко. Метра три, не больше, потому что приземление было вполне сносным.
К тому времени совсем уже стемнело, и я, одетая в черные джинсы и черную же ветровку, которую позаимствовала у Баскера, не боялась быть замеченной.
На площадке перед домом стоял джип "Мерседес" темно-серого цвета, о котором говорил Кузнецов.
Я осторожно вышла из-за угла и неслышно взлетела на веранду. Никого. Даже как-то не по себе. Я потянула дверь на себя, и та отворилась.
Я расслышала отдаленные голоса и, приоткрыв дверь, проскользнула внутрь дома. По всей видимости, основное действо происходило на втором этаже, на первом же я обнаружила только полураздетого охранника, по которому размеренно елозила совсем уж голая брюнетка.
Нет ничего удивительного в том, что парочка была слишком увлечена своими экзерсисами, чтобы заметить меня. И я ничтоже сумняшеся прошмыгнула мимо под сладострастную какофонию охов, вздохов и стонов.
На втором пролете лестницы сидел сильно пьяный лысый человечек и таращился на меня.
У меня екнуло сердце, я подумала, будто передо мной и есть тот даун, предводитель черных псов.
Присмотревшись, я поняла, что это не он, хотя по уму различие между этими двумя особями человеческого племени едва ли велико.
А если и велико, то в пользу сказочного погонщика псов адских бездн.
...Сколько эпитетов я расточила этим милым животным!
Вырубив человечка четким ударом с левой, я поднялась дальше и тут же юркнула за штору, потому что мимо прошел Новаченко с какими-то двумя проституированными лицами женского пола.
– Пойдем в сауну, а, Тима?
– сладко лепетала одна из девиц, припадая к плечу Новаченко.
– Хочется в джакузи поваляться...
– Понтуешь, клюшка?
– нелюбезно буркнул Новаченко.
– Что, приспичило, что ли? Или что?..