Черные розы для снайпера
Шрифт:
– Давно пора! – бурчит Хамид и смотрит на часы. – Уже полночь!
Понедельник
– А ты меня, адвокат, считаешь специалистом какого именно профиля? – Хрустов, потянувшись, взял горсть орешков из вазочки.
– Я вас считаю отличным охранником.
– А я так не считаю! – не успокаивался Хамид.
– Не перебивайте. Можно иметь собственное мнение по тому или иному поводу, но нельзя отрицать, что наше партнерство уже довольно продолжительно. Это раз, –
– Да какие тут могут быть переговоры, какие переговоры! – Хамид встал и возбужденно шагал по ковру туда-сюда. – С кем ему переговариваться! Это он в Москве может подкупить кого надо, а что он значит в разведке Ирака?!
Хрустов высоко поднял бровь и перестал двигать челюстями.
– Не надо ему никого подкупать в разведке Ирака. Ему надо будет охранять, просто охранять, это понятно? – Адвокат смотрел в удивленное лицо Хрустова с улыбкой. – Я надеюсь, ваше табу не распространяется на службу безопасности Ирака?
Хрустов закашлялся, подавившись орешком. Он ничего не понимал, но кивнул: перед конторами Ирака у него не было никаких обязательств.
– Вы должны охранять человека, которого разыскивает Интерпол и все отделы мира по борьбе с терроризмом. Что вы хотите за это? – Адвокат перестал улыбаться, прикрыл глаза тяжелыми веками и застыл, сцепив перед лицом пальцы подушечками друг к другу.
– Остров хочу, – пошутил Хрустов. – Остров в океане недалеко от Австралии.
– Принято! – хлопнул в ладоши адвокат, Хамид сел в кресло, качая головой и вытирая лоб платком.
– Да нет, ребята, вы меня не так поняли, – улыбнулся Хрустов, – какой из меня международный охранник? Я по-английски лопочу да на славянских языках могу разговор поддержать, это же смешно. Вы за такие деньги можете нанять кого угодно в мире! И кто этот террорист вообще? Он-то по-русски говорит?
– Он говорит, – кивает головой Хамид, с трудом сдерживая раздражение, – он учился тут, в Москве, и ты, никчемный охранник, сто лет бы мне не был нужен, если бы не эта женщина.
– Какая женщина? – напрягся Хрустов.
– Уважаемый Хамид-паша хочет сказать, – медленно проговорил адвокат, делая ударение на слове «уважаемый», – что мы нуждаемся в ваших услугах только в силу определенных обстоятельств. Вы спросите, кто это – «мы»? Знаете ли вы, Виктор Степанович, что не только «конторы» решают судьбу мира и отдельных личностей в нем. Есть координаторы, которые нужны всем, их мало, но они есть. Мир, в котором живет подавляющее большинство людей на этой планете, устроен ими. Это они, фокусники и иллюзионисты, играют в войны и межнациональные проблемы. За громкими названиями «НАТО», «Пентагон», «Кремль» стоят координаторы, играющие в жизнь.
– Международная банда кукловодов? – Хрустов расслабился и еле сдерживал улыбку.
– Да, можно назвать их и так, – адвокат изобразил
– И что, среди координаторов есть женщины? – не унимался Хрустов.
– Нет, – Дэвида Капу не удивил его вопрос, – исключено. В эти игры играют только мальчики, и только после семидесяти. Мальчики, которым больше нечего терять в жизни, абсолютно свободные и одинокие, это ведь по крайней мере честно по отношению ко всему остальному человечеству, ведь так?
– Вы – координатор, – ткнул пальцем перед собой Хрустов с видом человека, угадавшего слово в кроссворде.
– Я вам больше скажу, – наклонился к нему адвокат, – вы тоже им будете, если доживете до моих лет в том же социальном статусе.
– Он не доживет! – не выдержал Хамид.
– Ладно, при чем здесь тогда женщина? – поинтересовался Хрустов.
– Не перебивайте. Человека, которого большинство считает террористом, решено сдать властям его родной страны. Но он должен остаться живым. Более того, чтобы участвовать в спектакле суда и последующего заключения, он должен остаться и вполне здоровым, если вы меня понимаете. – Адвокат уставился в пол и кивал головой, соглашаясь сам с собой. – Вполне здоровым. Этот человек сейчас в России. Его надо депортировать в любую нейтральную страну и аккуратно дать там арестовать.
– Не в любую, – перебил адвоката Хамид, – а только в ту, которая не боится мести курдов за его арест. Он курд! Ты знаешь, что такое организованные курды?
– У меня нет полномочий кого-либо перемещать, сопровождать или арестовывать, – пожал плечами Хрустов.
– Это будете делать не вы. Это будет делать офицер службы безопасности, – кивнул адвокат.
В наступившем молчании Хрустов, подумав, налил коньяк в три рюмочки и дождался, когда адвокат пригубит.
– Я так понимаю, что мы подошли к вопросу о женщине, – Хрустов поставил пустую рюмку на стол и загрустил.
– Точно. Его должна найти и сопровождать именно эта женщина. Никакой помощи с нашей стороны, как найдет, так и получится. Может ведь случиться, что она и не найдет его вообще, власти не знают, где именно Фархад находится сейчас. Ты должен будешь договориться с этой женщиной, потому что Фархада нужно сдать, а не похоронить.
Хрустов, услышав имя человека, которое неоднократно упоминалось в «Новостях», как имя террориста с большим списком жерв, сжал зубы и задумался.
– Если она его не находит… – продолжил адвокат.
– Она найдет, – выдохнул Хрустов.
– Я рад, что мы правильно определили сегодняшний уровень ваших отношений и выбрали именно вас: похоже, у вас было время познакомиться с этой женщиной поближе. А если все-таки она его не находит, Фархад сам решает, сколько он будет отсиживаться здесь и как будет в дальнейшем перемещаться по свету. Пока он в России, его боевики отдыхают. Вы отдыхаете рядом с ним. Остров ваш, как только его живым и здоровым задержат вне России и доведут до оглашения приговора.