Чёрный атом
Шрифт:
Брокер не сдержался, в ярости стал рвать листки.
– Что ты делаешь, сумасшедший?!
Михаэль набросился на брокера. Клочки разорванных документов разлетелись по пустырю, смешались с мусором.
Нож блеснул в руке Майера, но навыки бурной молодости оказались утерянными, и более проворный противник успел увернуться. Второй попытки не последовало: после сухого звука выстрела пуля попала старику в затылок. Он повалился на Михаэля, сполз к его ногам.
Сельский учитель едва не подвинулся умом от всего произошедшего и без оглядки бросился бежать.
8
Распрощавшись с Майером у автобусной станции, Элис наискось перебежала прилегающую площадь и вскочила в своё авто, припаркованное в укромном месте за летнем кафе. Она гнала во весь дух, время поджимало. Наконец, за следующим поворотом вот-вот должен показаться пансион.
Автомобиль тормознул, накрывая облаком пыли стайку девушек, судя по манерам, облегчённого поведения.
Элис метнулась к ним.
– Скорее! Давайте, скорее! Парик… Так! Юбку, юбку другую… Боа… А-га! Помаду сотрите!… Хорошо! Пошли!
Они подошли к пансиону, громко и развязано разговаривая, присоединяя свои голоса к ревущему патефону.
– Эй, парни! Заждались?
9
Детектив-следователь местного агентства, впереди целого скопления людей, стоял в дверном проёме комнаты №7.
Отсюда была видна часть кровати, на ней мужские ступни: одна в чёрном носке, другая босая.
Полицейский прошёл вглубь комнаты. Привычная картина обычного убийства. Молодому мужчине в пижаме перерезали горло. Личные вещи гигиены не тронуты. В портмоне около сотни долларов и немецкие марки. Дорогой портфель пуст. Паспорта нет. Осталось выяснить, кто убийца и пойти на бейсбольный матч.
– Он у вас отметился?
– Конечно. Сейчас принесу книгу, – откликнулась хозяйка.
– Не надо. Сам спущусь… Боб! Где ты? Можешь приступать.
10
– Кто приходил к господину Лёфферу?
– Как он заселился, никто. А вчера вечером сразу двое: сначала молодая особа к нему поднялась, чуть позже – пожилой джентльмен, Питер Майер. Живёт он неподалёку отсюда. И охота людям на бензин тратиться.
– Это все?
– Нет, господин полицейский. Постоялец новый не успел появиться вечером, как сразу о нём поинтересовался.
Карандаш детектива делал отметки в блокнотике.
– Ясно. Скажите, мэм, кто и когда выходил из отеля?
– Не знаю. Я спать пошла, но какой сон при таком шуме.
– Шуме?
– О! Сопляки гуляли половину ночи! Спросите Джо, он расскажет!
Детектив жестом подозвал сторожа.
– Вопрос слышал? Повторяю: кто и когда выходил из отеля?
– Так я с радостью… Около двенадцати вышел мистер Майер с красоткой. Ну те, из седьмой. Сели в авто и укатили… А потом жилец новый… В котором же часу? Проститу…, извините, дамочки в четвёртую в половине первого заявились… Ну, значит, этот около двух вышел. А в сторонке автомобиль-то его и поджидал, сообщник, наверное…
– Почему сообщник?
– Да потому, что жилец немца и убил!
Вмешалась
– Так уж и убил… Скорее девица со стариком постарались.
– Нет, после них живой он ко мне за аспирином приходил… Пока понял, что хочет…
– Так, тихо! – прервал обоих полицейский. – Лучше скажи… Как тебя? Джо! Когда компания разошлась?
– В три с мелочью… Убил, говорю… Факты есть!
– Ну, смотри, Джо, я в блокнот записываю…
– Пишите… Позвонили жильцу. Мужчина. Я телефон во вторую комнату понёс. А он от немца как раз и выходит. Поговорил, прыг в машину и гуд бай. Теперь не сыщется…
– Как зовут постояльца?
Михаэль Лемке. Да вот он идёт!
11
«На бейсбол я опоздал, а убийство… Вернее, убийства… Его рук дело, Лемке… Свидетель подтвердит свои показания: выходил Лемке из номера заезжего немца. А главное, орудие убийств – нож с фигурной ручкой обнаружили поблизости от обезглавленного трупа Питера Майера, на пустыре… Башка не нашлась.. Зато, на ноже пальцы Лемке… Парень влип по полной… Не проффи… Двойное убийство – это „жёлтая мама“ – электрический стул… Боже, храни Америку».
12
На стол «просто Франца» легла телеграмма из Нью–Йорка и стопка вечерних газет.
Текст телеграммы был короток и непонятен: «Циркуль чертит полный круг. Элис», а газеты от 18 октября 1929 года сообщали новости с Нью-Йоркской фондовой биржи…
Сталинский маршрут
1
Сидящий за столом мужчина вдруг закашлялся, прикрывая рот рукой и отворачиваясь в сторону от пишущей машинки, но на заправленный в каретке лист всё равно попала мокрота. Мужчина достал из кармана пиджака платок, приложил к губам. Взглянув на оставленные кашлем следы, со вздохом проговорил:
– Доконает меня эта наша американская поездка… Обострилось всё… Ладно, это после… Послушайте лучше, что я тут написал… А-га, вот…
«… В одном из дворов мы подошли к одноэтажному глухому кирпичному дому, и помощник начальника собственноручно отпер двери большим ключом. В этом доме по приговорам суда штата Нью-Йорк производятся казни на электрическом стуле.
Стул мы увидели сразу
Он стоял в поместительной комнате без окон, свет в которую проникал через стеклянный фонарь в потолке.
Мы сделали два шага по белому мраморному полу и остановились. Позади стула, на двери, противоположной той, через которую мы вошли, большими черными буквами было выведено: «Сайленс!» – «Молчание!»
…На этом стуле были казнены двести мужчин и три женщины, между тем стул выглядел совсем как новый.
…Это был деревянный желтый стул с высокой спинкой и с подлокотниками. У него был на первый взгляд довольно мирный вид, и если бы не кожаные браслеты, которыми захватывают руки и ноги осужденного, он легко мог бы стоять в каком-нибудь высоконравственном семействе. На нем сидел бы глуховатый дедушка, читал бы себе свои газеты.