Черный цветок
Шрифт:
И тут Полоз подумал, что Жмуренок сказал им про нож. Он мог это сделать, только чтобы проверить свою догадку. Убедиться, что он прав. Неужели… Неужели именно это напугало Огнезара?
— А знаешь… Тут такая штука… — сказал он Жидяте, и, стараясь припомнить доводы Жмуренка, изложил его версию открытия медальона.
Глаза Жидяты вспыхнули, как только он услышал, что булат в Урде называют харалугом.
— Полоз, и ты ему не поверил? Ты потащил его в лес? — тихо и беспомощно спросил он.
— Жидята, мудрецы
— Что мудрецы? Своей головы нет, что ли? Имя! Мудрецы сказали — имя! А я ведь слышал, что есть харалужные клинки. Только их делали из проволоки, вроде сварного булата. Похоже получалось, тоже черные лезвия. Но не те.
— Они послезавтра Жмура хотят к нему позвать, — зачем-то сказал Полоз.
— Жмура? Зачем?
— Чтоб пожалел. Домой уговорил пойти…
— Полоз, если с булатом он угадал, они его не выпустят. Они его убьют, даже если он им все расскажет, — Жидята поднялся и начал собираться, — надо Жмуру об этом сказать.
— Погоди. Не завтра, послезавтра. Завтра вместе сходим.
Жидята сел и молчал несколько минут. А потом сказал:
— Он должен рассказать Жмуру. Он расскажет Жмуру, а тот — нам. Жмура они не заподозрят, он же ущербный.
— Жидята, ты с ума сошел. Вот именно, что Жмур ущербный! Он им выложит все сразу же, тут же! Он не может лгать благородным!
— Он не может лгать Мудрослову. И не хочет лгать остальным. Ты плохо думаешь об ущербных. Это его сын, он не выдаст сына.
— Это ты думаешь о них слишком хорошо!
— Полоз, это шанс.
— Это шанс отдать им медальон!
— Полоз, это шанс спасти мальчика. И получить медальон, и открыть его. Этот шанс нельзя упустить. Ты убедишь Жмура. Ты сможешь, ты умеешь.
— Ты не понимаешь. Благородные… они могут им внушать. Как я — тебе.
— Ты тоже можешь внушать. Вот и внуши Жмуру, что он не должен говорить Огнезару про медальон.
— Это совсем другое. Я не могу внушить того, чего человек не хочет сам. А Огнезар — наоборот, Жмур хочет ему подчиняться и не хочет ему лгать, понимаешь?
— Нет, — уверенно ответил Жидята.
Полоз вздохнул. Тогда, если все получится, действительно надо стягивать лагеря к городу. И как можно скорей. Глаза его загорелись.
— Жидята, мы попробуем. Заруба не поверит, но мы это сделаем. Надо готовить восстание. Надо чтобы вольные люди были рядом, в не в сотне верст отсюда. Жидята, ты умный, придумай, как обмануть сход.
— Придумаю, — усмехнулся Жидята, — через пять дней все вольные люди будут стоять у городской стены. Как думаешь, пять дней Жмуренок продержится?
— Если будет знать, что осталось немного — продержится. Он… он должен продержаться.
Всю ночь Полозу снился Жмуренок. Янтарные глаза приближались к лицу, и обиженный голос спрашивал:
— Полоз, ты чего, хотел меня убить,
— Нет, Балуй, это неправда. Я не хотел, — шептал Полоз в ответ.
— Да ты врешь!
Он просыпался, и гнал от себя тревогу. Они смогут. Жидята всю жизнь общается с ущербными, он знает, на что они способны, а на что — нет. И потом… Мудрец говорил: любовь может вырастить на пепелище прекрасный цветок. Кто знает, не прорастает ли этот цветок на обрубке души Жмура? Ведь речь пойдет о жизни его сына. Если Жмур выдаст Огнезару медальон, мальчика убьют. Его не станут делать ущербным, его именно убьют.
Неужели Жмуренок был прав, и медальон можно открыть ножом? Жидята поверил в это сразу. И тогда… Благородные не устоят. Если к тысяче ущербных, что живут в городе и в один миг прозреют, добавить пять сотен хорошо вооруженных вольных людей, которые поведут их за собой, благородные не устоят. Им хватит ума не оказывать сопротивления и не проливать кровь напрасно. Надо только чтоб вольные люди успели подтянуться к городу. Но, получив медальон, можно выбрать самую подходящую минуту, когда к этому все будут готовы. Один удар. Все можно решить одним ударом.
Полоз неожиданно подумал, что будет, когда этот удар достигнет цели? Он не сомневался, что во главе города встанет малый сход. Что ж, он не зря изучал право…
Сколько дел впереди! Сколько споров, неоднозначных решений, сколько сомнений. Они не сделают Олехов похожим на Кобруч. Они знают, что такое справедливость. И справедливость станет главным их принципом.
Он засыпал снова, и во сне опять видел Жмуренка. Хохочущего на берегу ручья в лагере, и с брызгами падающего в воду.
Рано утром Полоза разбудил Жидята.
— Проснись. Я не знаю, важно это или нет, но тебе привезли письмо.
Полоз с трудом разлепил веки — ему было нехорошо, словно вчера он весь вечер пил вино без меры.
— Мне? Что, так и написано? И никто его не перехватил?
— Нет, написано, что оно для меня.
Полоз взял в руки запечатанный сургучом конверт. Действительно, письмо адресовалось Жидяте, только под его именем была нарисована змея, оплетающая ветку дерева. На конверте не значилось, от кого пришло письмо, но Полоз немедленно узнал почерк.
— Жидята, ты похож на урдийских мудрецов, и понимаешь их с полуслова! Это письмо от моего учителя. Вот уж не думал, что он захочет мне написать! Да еще так скоро!
Полоз сломал сургуч и развернул лист бумаги.
«Дорогой мой ученик!
Пишу тебе на второй день после твоего отъезда домой. У меня побывал мудрец, в доме которого ты прожил всю зиму, и от него я узнал, что мальчик, вместе с которым ты путешествовал, умеет варить „алмазный“ булат, из которого выходят черные клинки. Этот булат носит имя того, кого вы ищите — так называют эти клинки на востоке.