Черный свет

Миронов Вячеслав Николаевич

– Почему я? Вы сами все организовали - вы и командуйте.

– Начнем с того, что если ФСБ возглавит борьбу, то это вряд ли найдет поддержку у населения, а фашисты быстро скомпрометируют движение. Все подумают, что лучше американцы, чем возвращение 37-го года. Сам знаешь, что у нас много у власти тех, кто преклоняется перед США. Постоянно кричит, что именно на штыках американцев к нам пришла настоящая демократия. Тех-то американцы очень щедро кормят. Некоторых вообще не нужно финансировать. Это и промышленники, тем просто сказали, что нужно передать контрольный пакет, не платить налоги, а всю нефть, и прочие энергоносители

продавать только определенным компаниям по фиксированным ценам. Есть и другие, которые так любят американцев, что со щенячьим восторгом кричат о настоящей свободе, при этом дальше своего носа не видят. А посмотри телевизор, там идет такое оболванивание народа. Зомби-ящик. Все попытки рассказать, что у России большая история, что Россия сама по себе - Великая Страна, встречается в штыки. Обвиняют в ксенофобии, антисемитизме, национализме, нацизме, да, еще во многих грехах. А насчет командования сопротивлением...Ну, учти также мы - опера. Да, имеем военное образование, но доросли лишь до должности командиров рот или им аналогичных, максимум - начальник штаба батальона. Не более того, да, и позабывали многое. А после были приглашены на работу в военную контрразведку. Провести подрыв, организовать диверсию - это можем, а вести широкомасштабные боевые действия - не потянем. Вот поэтому я и зову тебя. Подумай до утра. Я не настаиваю. Думай сам.

– Не боишься, что я могу пойти с повинной?

– Не пойдешь. Ты их ненавидишь точно также как я. Даже если и пойдешь, то, что им расскажешь? Фактически ничего.

– Что должен делать? Дать присягу, кровью подписать контракт?

– Я же не Сатана!
– Иван усмехнулся недобро, и я засомневался в его словах, а, может, он сам и есть Дьявол?
– - Нет. Просто принять решение. Обдуманное, взвешенное, чтобы потом не жалеть о нем.

Я молча курил. К борьбе я готов. Семья - вот самое уязвимое место.

– Где твоя семья?
– я смотрел в глаза.

– Дома.

– Дома где? Здесь?

– Да.

– Не боишься, что америкосы узнают, что ты воюешь против них, и возьмут их в заложники. Думаю, что не сложно завести им пару автоматов, да, килограмм взрывчатки.

– Начнем с того, что этого завозить не надо, все это и так у них есть. Правда, спрятано, но есть. За свою семью боюсь, не меньше твоего. Предлагал эвакуацию им, вывезти к родителям, хоть к своим, хоть к родителям жены. Но, они отказались наотрез. Что жена, что оба сына.

– А что делать будешь, если их в заложники возьмут?

– Возьму в заложники американцев.

– Вот так. Око за око. Зуб за зуб?

– Знаешь, я, конечно, человек верующий, но когда дело касается моей семьи, то возьму грех на душу.

– Не боишься?

– Старый я стал, чтобы бояться. Сначала чего-то боишься, потом по службе боишься. А сейчас - устал бояться. Война идет. А ты боишься за семью?

– Боюсь, только вот толку-то от моего страха? Двух американцев убил. И так уже в розыске. Поэтому хоть забойся, а все равно лишь два пути. Либо пулю в лоб, либо под пулю в бою. Знаешь...
– - я замолчал - думаю, что застрелиться мне никогда не поздно, поэтому будем воевать.

– Ты с нами?

– Я не знаю, кто там остальные, а с тобой я пойду.

– Ну, теперь, Николай Владимирович, не ты со мной. А я и мы все с тобой. Ты - наш командир.

– Ну, хорошо.
– я встал

и помахал руками, разгоняя кровь - Теперь, давай, докладывай оперативную обстановку. Силы, средства, какие вы сами ставите ближайшие, последующие, перспективные задачи? Какие первоочередные цели, и ради чего вы затеяли все это?
– я обвел руками комнату.

– Ради чего?
– Миненко казалось обиделся.
– Ради победы, конечно!

– Понятно.
– я кивнул.
– Ради победы можно и нужно повоевать. Начали. Докладывай!
– я взял власть в свои руки.

– Создано тридцать боевых групп численностью по пять человек в каждой.

– Итого всего получается сто пятьдесят человек?

– Да. Но все люди проверенные. Боимся провокаторов, предателей. Всех прогнали через полиграф - детектор лжи.

– М-да, мужики, вы точно свихнулись на подозрительности! Люди идут добровольно воевать, а вы их... Дела - я покачал головой.

– Знаешь сколько было загублено партизанских отрядов в годы Великой Отечественной войны, когда к ним засылали предателя? Сталин в свое время сказал, что для победы на определенном участке фронта необходимо иметь много армий, много авиации, танков. А для проигрыша - одного шпиона. В Афганистане, Чечне, мы сами использовали такую тактику. Американцы во Вьетнаме, Ираке точно также боролись с партизанским движением. Поверь, я внимательно изучил историю как партизанского движения, так тактику и стратегию контрпартизанскую. И могу сказать, что здесь важны люди. Их дух! Стремление добиться победы.
– а вот сейчас было видно, что Миненко возбужден.

Редкое зрелище.

– Кто эти люди? Чекисты?

– Не совсем. Чекистов мало. Да, они стоят во главе боевых отделений, но, как правило -- это простые люди, прошедшие службу в армии. Есть и в правоохранительных органах. Есть те, которые активно участвуют. Это как раз те самые сто пятьдесят. А есть и сочувствующие. Есть и внедренные агенты. Они в силовых структурах, например, в милиции, в органах государственного, муниципального управления, есть и три человека в обслуживающем персонале штаба фашистов...

– Фашистов.
– я поморщился - Не придавай эмоциональную окраску при оценке оперативной обстановки. Это мешает. Говори нейтрально - в штабе противника. Это понятно. Какое вооружение, где базируются?

– Вооружение - обычное стрелковое, три миномета, в том числе и тяжелых. Взрывчатки много - около десяти тонн. Подразделение "БАМТОНЕЛЬСТРОЙ", плюс, помнишь, что у нас со складов ушло много взрывчатки, стрелкового оружия, боеприпасов, формы...

– Помню.
– я поморщился,-- Как не помнить, мне за это вкатили строгий выговор, хотя был в отпуске.

– Моя работа!
– горделиво заметил Миненко.

– Паршивцы вы! Ну, да, ладно, проехали. А, дед - я кивнул на кухню - он кто? Активный, сочувствующий?

– Дед - консультант. Плюс держатель баз. В лесу подготовлено несколько баз с заложенными арсеналами и продуктами. Вот Дед и организовал все это дело.

– Молодец.
– я уважительно посмотрел на деда, который с невозмутимым видом потягивал чай из блюдечка, внимательно рассматривая улицу, делая вид, что не слушает нас и ему абсолютно неинтересно о чем мы беседуем.
– Так, что вы уже сделали, и что собирались делать? Есть ли связь с другими группами? С другими регионами?