Черт его знает...
Шрифт:
– Зачем тебе маузер? Возьми кочергу. Преступник нам нужен живым.
– Неужели? А похоже, что вы настроены на убийство. – Доктор замотал головой, стряхивая оцепенение. Энергия сына его частенько шокировала. – Сейчас же сядь и успокойся, Дональд. За нами действительно ехала какая-то машина. Раньше я ее в наших краях не видел. Если это та же самая, возможно, водитель просто заблудился и решил узнать дорогу.
Он шагнул к двери в тот самый миг, когда в прихожей вновь раздались аккорды величайшей из симфоний мира. Незваный гость явно терял терпение. Кейт и Дональд переглянулись.
Атмосфера накалялась с каждой секундой. Даже у доктора на лице была написана тревога, но дверь он распахнул, сияя гостеприимной улыбкой.
Элли подпрыгнула, точно ее укусила змея.
– Генри!
У Дональда отвалилась челюсть. Каминный совок выпал из его пальцев, едва не угодив в ногу доктору. Разглядеть невесту в темноте прихожей Генри не мог. Оказавшись лицом к лицу с незнакомым человеком, он приосанился.
– Добрый вечер, сэр. – Генри протянул руку. – Меня зовут Генри Уиллоуби. Жених Элли. Можно войти?
– Не... да, конечно... – слабым голосом отозвался доктор и отступил на шаг.
Генри на всякий случай еще больше выпятил грудь, подался вперед... В этот миг Элли взглянула на тетушку.
– Не смей, Кейт! – завопила она. – Не смей!!!
– А? – тупо переспросила тетушка, приложив ладонь к уху. Но кочергу все же опустила.
Забыв о приличиях, Генри с любопытством вытянул шею и заглянул за дверь. Оттуда выглянула Кейт. На несколько секунд оба застыли – нос к носу, глаза в глаза.
– Ой-ой, кого я вижу... – кокетливо прищурившись, прошамкала тетушка. – Неужели это вы, мистер Уиллоуби? Что-то я в последнее время туга на ухо стала...
– Рад вас видеть, тетушка Кейт! – во все горло заорал Генри.
– А-а? Чего? – прогнусавила Кейт.
Дональд, беспомощно привалившись к стене, давился хохотом. Элли окончательно вышла из себя.
– Кейт, прекрати сейчас же! Генри, что ты тут делаешь?
– Дорогая, мне позвонил Эл... сенатор Грант... мы с ним обменялись телефонами... Он сказал, что у тебя какие-то сложности. Я пытался связаться с тобой, но бесполезно.
– Вот болтун! – Кейт забыла про свою тугоухость. К кому относилось ее лестное определение, сказать было трудно – то ли к сенатору, то ли к самому Генри?
Остальные молчали. Даже у Дональда прошел приступ смеха. Худшего момента Генри выбрать не мог. Ситуация и без того запутанная, а тут еще возись с незваным гостем... Заговорщики переглянулись, безмолвно решив, что Генри не стоит посвящать в перипетии предстоящей ночи. Еще неизвестно, что ему сообщил Алан Грант...
Генри, как известно, особой тонкостью натуры не отличался, но затянувшееся молчание не заметил бы только слепоглухонемой.
– Похоже, я не вовремя? – натянуто вопросил он. – Могу вернуться в город... видите ли, я предпочитаю не ездить в темноте. Надеюсь, в местной гостинице есть свободные номера.
– Вот это был бы выход, – брякнула Кейт. – То есть... м-м... милый Генри, летом гостиница переполнена, там не то что номера – свободной кладовки не найдешь. Проходи в дом. Можешь сразу подняться наверх, в свою
С каждым словом голос ее звучал все теплее, все дружелюбнее. Генри вздохнул спокойнее, приняв гостеприимство тетушки за чистую монету. Элли же тотчас заподозрила неладное, но промолчала. А что она могла поделать? Хозяйка в доме Кейт, ей и решать, что делать с неожиданным визитером. По дороге к лестнице Генри приостановился, бросив на невесту ледяной взгляд.
Я оскорблен до глубины души, но, как человек воспитанный, сцен устраивать не стану.
Генри запросто мог бы и вслух произнести эту фразу. Оскорбленное достоинство было написано у него на лице.
Едва он скрылся из виду, Кейт обернулась к Дональду.
– Сходи за Анджелой, приведи ее в дом.
Анджела еще в прошлый раз потрясла Генри своими ласками. Она вообще обожала новые лица.
– Как ты смеешь! – воскликнула Элли.
– Смею – что? Разве я могу запретить собачке побегать по дому? Или, скажем, посидеть под дверью какой-нибудь спальни? Нам нужно время, чтобы все обсудить. Что будем с ним делать?
Дональд уже вернулся с громадным мастифом. Анджела, в восторге от неожиданной милости, шумно обнюхала ковер в холле и уже через несколько секунд со щенячьим визгом ринулась на второй этаж.
– Так, на какое-то время мы его нейтрализовали, – довольно вздохнула Кейт. – С разрывом помолвки тебе придется подождать до завтра, Элли. Если объявить сегодня...
– С какой это стати я... – начала было Элли.
– Если объявить сегодня... – тетушка Кейт повысила голос, – он отправится в гостиницу, а что ему там наговорят, можно представить! Но как же быть?.. Не держать же Анджелу у его двери всю ночь...
– Да ты с ума сошла! – возмутился доктор. – Что на тебя нашло? Он здоровый, крепкий парень, а нам помощь сегодня не помешает. Почему бы не рассказать ему хоть часть истории, чтобы...
– Нет, нет, нет! – решительно замахала руками Кейт. – Генри абсолютно безнадежен. Ты его просто не знаешь, Фрэнк. Толку от него...
Она вдруг умолкла, загадочно глядя в пространство. Это выражение Элли слишком хорошо знала. И боялась до дрожи в коленках.
Тетушка повернулась, смерила Дональда взглядом с головы до ног, точно режиссер, выбирающий актера на главную роль.
– Ну уж нет! – твердо сказала Элли. – Я не позволю сделать из Генри подсадную утку. Да они и не похожи ни капельки.
– Чтобы кто-то делал за меня черную работу? – поддержал ее Дональд. – Не выйдет.
– Нет, правда, Кейт, ты совсем... – вставил доктор.
– Ладно, ладно! Напали, как коршуны. Не хотите – как хотите... – Кейт надолго задумалась. Испустила тяжкий вздох. – Вот черт. Веселья не получится. А жаль... В данных обстоятельствах у нас есть один-единственный разумный выход. Забаррикадируемся здесь как в крепости и будем всю ночь держать оборону. Вместе. Ты тоже останешься, Фрэнк. Если кто-нибудь следит за домом, то может подумать, что ты забрал рукопись с собой. К счастью, животных мы с Элли уже накормили. Завтра все вместе отправимся в Шарлоттсвиль. Денни Уилкс вызовет для нас какого-нибудь знатока.