Черта невозврата

Было раннее утро хорошего московского лета. Размеренную тишину терминала для бизнес-авиации неожиданно нарушили быстрые шаги человека в лётной форме, практически подбежавшего к зоне досмотра.

– Опаздываете, Виктор Павлович, – улыбнулась ему миловидная девушка в форме работницы терминала.

Лётчик взглянул на часы:

– Пробка, подарок из Африки! –

отшутился он, обыграв цитату из популярного фильма. – Мы-то работать хотим. А вот народ куда в такую рань прётся?

– Пятница. Жара. На небе – ни тучки. Все спешат занять своё место под солнцем.

– Мужу привет! Извини, опаздываю.

Проскочив через арку металлодетектора, лётчик схватил с тумбочки завибрировавший смартфон и, убегая, крикнул в трубку:

– Дима, я уже здесь!

Торопливого пилота проводили взглядом не только работница аэропорта, но и два человека, одиноко стоявшие в зале ожидания. Моложавый мужчина в строгом костюме, держащий в руках журнал «Forbes», проворчал:

– Ну всё, шеф наконец-то купил себе самолёт и теперь совещания и планёрки будут у нас называться исключительно «летучками».

– Что тебе, Серёжа, не нравится? – с непроницаемым выражением лица поинтересовался его собеседник.

– Не называй меня «Серёжа»! Я не твой зам, а Вельтмана. Только он меня может так называть. А не нравится мне одно: подрываться, как идиот, ни свет ни заря, чтобы скакать сумасшедшим галопом в Шереметьево.

Он нервно постучал журналом по ладони руки.

Его визави говорил спокойным хрипловатым голосом, смотря при этом через стекло на практически пустую автомобильную стоянку. Такая манера общения явно раздражала нервного «Серёжу».

– Чего ты хорохоришься? Ты на этой должности без году неделя. А я в конторе уже двенадцать замов пережил. Вот станешь моим шефом, тогда и будешь указывать, как тебя называть. А пока ты для меня – Серёжа.

Серёжа задёргался, но удержался от дальнейшей пикировки:

– Надеюсь шеф в хорошем настроении.

– С каких это щей?

– Вот. В списке «Форбс» он на два пункта поднялся, – Серёжа небрежно помахал журналом.

– Не вздумай об этом Вельтману сказать. Он терпеть не может упоминания своего имени в прессе.

– Но ведь это престиж! Он поднялся в списке.

– Поднялся говоришь? Пошли! Шеф приехал, – он указал на одинокий автомобиль, проезжающий через ворота охраны приватного терминала. – Сейчас он тебя опустит с небес до уровня городской канализации.

Леонид Вельтман не входил в двадцатку богатейших людей России. Но с начала двухтысячных имя этого долларового миллиардера в списке «Форбс» фигурировало постоянно. Его интересы в бизнесе простирались от владения активами крупных промышленных предприятий до ресторанного бизнеса. Но основной свой капитал он нажил не вполне честной игрой на бирже.

Выйдя из машины, Вельтман сразу устроил разнос:

– Серёжа, вчера из нашей конторы извлекли семнадцать жучков. Семнадцать!

Сергей Валентинович

Губский, заместитель генерального директора инвестиционной компании «LEOVEL», являющейся прикрытием для проведения крупных спекулятивных сделок, подобострастно промямлил:

– Я в курсе, Леонид Вячеславович …

– Да мне начхать, что ты в курсе! Что делать будем, Серёжа?

– Будем искать.

– Кого искать? Развёл бардак в конторе в моё отсутствие. Проходной двор. Семнадцать жучков! Это получается, что все, кто хочет – от конкурентов и вплоть до ФСБ – знают каким ты пальцем в носу ковыряешь. В такой ситуации о какой сверхприбыли мы можем мечтать? Остаётся сидеть и ждать, когда «моржовый Колян» к нам в дверь постучит.

– Ну, Margin call нам не грозит…

– Пока не грозит! Пока, – перебил его босс.

– Выявление жучков не входит в мои прямые обязанности. У нас для этого Служба безопасности во главе с господином Солнцевым существует, – «Серёжа» попытался перевести стрелки на стоявшего рядом с ним Алексея Солнцева.

Это привело Вельтмана в бешенство:

– Что?! Послал бог заместителя. Я буду тебя спрашивать за всё! Ты меня замещаешь. Слышишь? Меня! А не какие-то там бумажные обязанности выполняешь. Уволю к едрене фене всех. Начиная с тебя и до поломойки! Последнее тебе предупреждение.

Солнцев:

– Леонид Вячеславович, жучки могли поставить только свои. Три дня назад их ещё не было. Из чужих нас за это время посещала только противопожарная инспекция. Но я сам с ними лично ходил, как поводырь.

Вельтман:

– Вот видишь, господин Губский. Жучки ставила крыса. Пока не найдёте – кто, когда и зачем – включаем план «Б».

– Понял. Никаких несанкционированных вами контактов, никаких документов вне сейфа.

Солнцев:

– По поводу вашей поездки. Может, в помощь к Сурганову ещё пару ребят добавить?

– Лёша, что они там будут делать? Ты совсем уж не психуй!

– Бережёного бог бережёт.

– Глупости не морозь. Туда что, подводную лодку подошлют или истребитель? Может снайпер на лыжах припрётся? Или того лучше – отряд боевых чукчей на собаках? Лучше скажи, там всё готово?

– ВПП расчистили. Грузовой борт вылетел из Мурманска полчаса назад. Так что вы будете садиться уже на испробованную полосу. С места докладывают, что погода сегодня хорошая: ветра нет, туч тоже. Пока стоит туман, но к вашему прилёту всё должно наладиться.

В это время к входу в терминал подрулил автобус с эмблемами «LEOVEL» на бортах.

– Договорим у трапа. Дочь приехала.

Из автобуса вывалилась группка шумных молодых ребят. Девушка весело помахала Вельтману рукой. Все прошли в зал ожидания.

Через минуту отец и дочь обнялись:

– Могла бы по приезде в Москву и навестить старого отца.

– Ну, пап. Мы с тобой по «Вайберу» общаемся. Каждую неделю.

– Не прикидывайся глупышкой.

– Ну ты же знаешь, что я не переношу эту твою новую.