Черта
Шрифт:
***
Вчера был Турнир. Наш третий турнир.
О да… уже прошло четыре месяца, как мы здесь. Четыре месяца…
… черт, я так и не знаю, что там с моим Павликом. Остается лишь … предполагать и надеяться.
Так, стоп. Простите, не туда что-то меня понесло… больная тема всплыла… - не нарочно.
Разговор шел о Турнирах…
Парням мы все же проиграли. Но в сумбуре всех тех событий, происшествия со Светой – это было меньшей бедой. И вообще… едва заметной.
Вчерашнее
Да меня это как-то не воодушевляет. Надоела игра, надоели шутки. НАДОЕЛО СМЕЯТЬСЯ, когда понимаешь, что всё, всё к чему ты идешь – ЭТО КРАХ, СМЕРТЬ и ЧУЖИЕ СЛЕЗЫ.
Чужие? Нет, даже если в ТВОИХ руках автомат, даже если ТЫ жмешь на курок, а не кто-то другой, пулей в твою сторону – от этого нелегче. Только больнее… и дольше яд будет разрушать тело, вместо быстрой кончины.
…
Ах, ну да… снова что-то моя депрессия берет вверх, вгоняя в расстроенные чувства и окружающих.
Простите.
Турниры… Я говорила о турнирах.
Два – один. Наверно, это всё же – неплохо? Как думаете?
Глава Тридцать Четвертая
***
И снова воскресенье. И снова мы едем на ПТБ.
Я пытаюсь…
Честно, я пытаюсь радоваться тому, что со мной происходит.
Н-но… не всё выходит так, как хочешь.
…
– Светик, я конечно рада за тебя, но, может, сначала вы карту посмотрите? А уж потом…
– Лера, клятвенно обещаю… через час вернуться на базу и изучить…
– Света, Света.
– Прости, котик. И пойми меня… Прошу. Прости, - и мышей умчала в дом, к своему Юрику.
Коза…
Хех.
И что мне остается? За остальными – в лес… и на ощупь, на «авось» выискивать пути прохода к базе врага.
***
Черт. Устала, устала…. Но не физически, нет. Не физически – морально…
Устала грустить, страдать,
жить…
Плюхнуться попой на мягкий мох, поджать коленки к груди – и замереть так. Замереть – а лучше покачиваться из стороны в сторону, убаюкивая сознание…
Надоело, Боже, как же надоело играть роль «героя беззаботной, веселой жизни».
Нет больше сил. Черт! НЕТ!
– Привет, - от неожиданности меня дернуло на месте. Резкий разворот – не послышалось, не привиделось, не причудилось… Рядом со мной (за высоким подлеском, густыми кустами) стоял парень.
Резкие шаги – и подошел ближе.
… присел рядом, на корточки. Лицом к лицу…
– Что-то случилось? Тебе плохо? – взволнованный голос… будоражил сознание, опровергая миражность видения.
Резкие движения – и стащил с себя каску (на ремешках оставил висеть на шее).
Не могу еще понять,
Перебираю
Милая, нежная улыбка,
пристальный, заботливый взгляд…
зеленых, изумрудных глаз, с глубиной, с размером души.
Ангел… Боженька, ты ко мне спустил своего Ангела?
Молчу, молчу, как дурочка, все еще разглядывая «чудо». Красивое, очень красивое чудо…
– Валерия, правильно? Тебя же так зовут?
Несмело кивнула – и снова молчу, жадно, покорно смотрю в глаза – Господи, я еще никогда не позволяла себе такой вольности, смелости. Что со мной происходит?
– Тебе плохо?
Снова жесты вместо слов – качаю (отрицательно) головой.
– Это хорошо. …
Данила, - вдруг мило улыбнулся и тут же протянул руку в знак приветствия.
Вылупилась. Вылупилась на него – и не могу нормально реагировать, Ау! Лерка! Соберись!!!
– Очень приятно, - едва слышно, скомкано, взволнованно прошептала. О, боже…
От прикосновения к нему, от чувства тепла… прям, передернуло, током стукнуло… от напряжения.
Пристыжено улыбнулась.
– Пошли прогуляемся, а то сюда скоро наши припрут.
(и вдруг завертел в руках радар, радар… капитана)
Кривая, стыдливая ухмылка.
– Пошли?
И снова вялый кивок вместо слов.
Глупые, неловкие попытки встать – тут же подхватил за руку и потащил на себя, помогая справиться с ватными, отекшими от неудобной позы сидения, ногами.
– Черт, мурашки в ногах… Сейчас…
(пошатнулась, как мешок – подхватил, уловил в объятия,… удерживая вертикально)
Краснею… белею, взволновано соплю, робею.
– Спасибо…
– Вот черт. Идут уже. Не успеем. Присядь.
(резкое движение – он присел, а я едва не завалилась на землю – удержал, притиснул к себе, пряча в папоротнике)
– Замри, - едва слышно прошептал на ухо.
Пристальный взгляд на радар.
Potapov, Melnik, Ogyrcov…
Ярко-зеленые точки упорно приближались к нам, вызывая страх и дрожь в моем теле, и в душе.
Черт, и чего это я? Словно в их руках – боевые патроны, а я, а я – едва не в тылу врага разведчик.
Молчу, молчу… едва дышу, зажатая в объятиях чуть мне знакомого парнишки. КАПИТАНА врагов.
Бог мой. Валерия Клинко, что ты творишь? Одумайся…
Шуршит трава, хрустят мелкие, отмершие палки-ветки под ногами, бурчит подлесок на грубых гостей – замерла, не дыша. Ужас… кусачими муравьями вмиг забрался по спине, разливая в душу жидкий азот – холод, дикий холод, мороз волнения разрывал всю меня изнутри.