Червь 3
Шрифт:
— Ты наденешь что-то необычное. Похуй что, но главное — необычное. Понимаешь?
— Нет.
— Будь креативен. Белая майка и драные джинсы не подойдут. Понимаешь?
— Я понял.
Всю ночь я думал о сюрпризе, подготовленным моим другом. Я много чего нафантазировал, много где побывал мысленно, многим залез под юбку, но я ошибался. Ни разу не попал. Сюрприз так сюрприз.
Как и обещал, Дрюня заскочил утром. В самый разгар жары.
Ебаная очередь!
Сегодня мы с Дрюней стали частью огромной очереди. Бурлящая река из тощих и жирных подростков тянулась к подножью огромного стеклянного здания, фасад которого был
Когда нам с Дрюней уже все шлюхи района встали поперёк горла, а на сайте знакомств мы объездили всех РСПэх нашего города, мы твёрдо решили, что хватит заниматься этой хернёй. Всё! С нас хватит! Но и на этом мы не остановились. Когда мы уже были в шаге от того, чтобы заскочить в дом престарелых на очередную вечеринку — там такие проводят, по четвергам — Дрюня вдруг вытянул счастливый билет. Два билета на этот грёбаный комикон. И где он их мать вообще откапал?
И вот, мы стоим под палящим солнцем, готовые зажариться как земляные черви на асфальте, в тесной очереди ряженных подростков. Куда не глянь — воплощение чей-то сумасшедшей фантазии. Всюду полная дичь.
Это полная хуйня.
Это полный пиздец!
Грёбанный железный человек!
Я ощущал себя белой мышью, забежавшей в грязный подвал. Дрюня просил меня надеть хоть что-то экстравагантное, неповседневное, но откуда у меня такое шмотьё? Смирительную рубашку мне с собой не завернули, а вот дюжину накрахмаленных белых маек отсыпали с горкой.
Я надел самую чистую. Самую ровную. Короче, лучшее, что я нашёл у себя в шкафу, но уже сейчас мой образ походил на «половую тряпку» из-за пятен пота, украсивших мою майку влажными овалами. И уже спустя полчаса, я ощущал себя серой мышью. Маленькой и крохотной мышкой, особо не выделяющейся на фоне моего другана.
Дрюня сегодня молодец. Удивил, так удивил. Предстоящий день можно обозначить так — от баб не будет отбоя!
Когда я выхожу из дома и усаживаюсь на пассажирские сиденье нашего фургона, я быстро охуеваю. Дрюня встретил меня во всей красе.
— Ох, нихуя себе ты вырядился! — воскликнул я.
— А что не так?
«Не так» тут было всё. На нём в обтяжку синие брюки и белая майка с изображение обложки альбома группы «iron maiden — the troopers.» Это там, где уже подсушенный до морщин мёртвый вояка тащит британский флаг. Охеренный альбом. Классика! Можно слушать бесконечно. Дрюня достаёт с заднего сидения красный пиджак-мундир. Надевает его, и теперь я сижу рядом с тем самым солдатом с картинки альбома. Знаете, что-то внутри меня зашевелилось. Я прочувствовал атмосферу. Но кое-чего не хватает!
— Где британский флаг? — спрашиваю я.
— Был потерян во время штурма огромной пизды твоей сумасшедшей соседки!
Да, угарный был день, но он имеет в виду не соседку по лестничной клетке, а ту странную девицу, что лежала в соседней палате. Дрюня тогда узнал много нового, но отказался делиться сокровенным, сославшись на то, что я и сам могу всё разузнать. Нужно было со всеми выходить на прогулку, а не лежать связанным в постели. Такой вот друг,
Ёбаные гномы!
Пару капель брызнули в нашу сторону.
Тощий паренёк, потративший всё утро на перевоплощение в скитальца из зоны отчуждения, тёрся возле подкаченной тёлки, окрашенной с ног до головы в зелёный цвет. Интересная парочка. Неужели она разрешила ему подкрасить кистью свои недоступные места? А может и не кистью… В любом случае, их вид меня тревожил. По-хорошему. Представив их вместе, на койке, я взмок еще сильнее. Но намок не только я.
Я стою и смотрю, как густые капли пота сочатся из чёрных женских волос, пересекают лоб, окрашиваются в ярко-зелёный цвет и мигом скатываются к массивной шее, которую я при всём желании не смог бы обхватить двумя руками.
И тут-то до меня доходит. Весь этот зелёный пот, это тяжелое дыхание, эта неловкая застенчивость при виде моего взгляда — это всё из-за меня. Как только мы примкнули к концу очереди и встали позади этой парочки, этот зелёный огурец сразу потерял интерес к своему сталкеру. Ну что за дебил! Только попробуй посмотреть в мою сторону, я быстро обращусь в монолитовца и дам тебе хорошеньких люлей. Так и знай!
Гребаные эльфы!
Дрюня всё видит. Заметив изменения в моём настроении, он кладёт руку мне на плечо. Я смотрю на него. Его глаза с отвращением бегают по телу зелёного шкафа, с которым мы бы и вдвоём не справились. Так что, если мне и придётся схлестнуться в равной битве с бродягой, его подружка нас быстро отправит прямиком в недра чернобыля, в самую глубокую яму.
— Выдохни, — говорит мне Дрюня, — у нас будет лучше.
— В каком смысле? — спрашиваю я, продолжая изучать очередь. — Больше? Тяжелее? Или еще зеленее?
Дрюня смотрит на меня каменным взглядом. Я выдохнул. Чуть успокоился. Вся эта атмосфера, все эти запахи вспотевших подростков и их разговоры, из которых я ни черта не понимаю, откровенно говоря, меня возбуждали. Я заводился.
Я еще раз выдохнул. Думал, что успокоился, но не тут то было. Дрюна воскликнул:
— Вот и наши пёздочки идут.
Кстати о звёздах. Вся эта очередина в основной своей массе образовалась из-за парочки заграничных петухов, неохотно примчавшихся в нашу страну прямиком из скучного сериала про каких-то охотников на демонов. Ну и дешевое дерьмо! Но всё равно я вынужден выразить им свою благодарность за возможность побывать здесь, прочувствовать на своей шкуре густую атмосферу подростковой влюблённости в иллюзорные идеалы. А вот то, на что смотрел Дрюня — было не иллюзией. Они были настоящими!
И даже ссаный Наруто не мог отвлечь меня своими молниеносными забегами с закидыванием рук за спину.
Девки сразу бросились в глаза. Яркий внешний вид выделял их среди общего нагромождения различных фантазийных образов. Две юные кошёлки, что медленно плыли в нашу сторону, начали нам махать. Точнее, они махали Дрюне.
— Где ты их откопал?
Лицо Дрюни растягивается в широкой улыбке. Мы закуриваем. Он говорит мне:
— Добрые поступки вознаграждаются, чувак. Помог одной девушке перевезти вещи из квартиры в общагу. Девка яро рвалась из родительского капкана на свободу. Готова была лапу себе отгрызть, но угадай, кого она встретила у подъезда? Слово за слово и мы замутили. Я помог ей снять капкан, а она позволила мне зализать её раны.