Червь
Шрифт:
— Совершенно ли вы пришли в память, сударыня?
Женщина кивает склонённой головой.
— Можно продолжать?
Женщина опять кивает.
— Так что же это на вас напало?
Женщина качает головой.
— Отчего вы так вперились в эту дверь?
Только тут женщина, не поднимая головы, подаёт голос:
— Оттого, что я там нечто увидала.
— Да когда там ничего не было! Что молчите? Извольте, я вам всё прощу — и ваши громовые проповеди, и дерзости, и поносные
Стряпчий складывает руки на груди и ждёт ответа. Всё напрасно.
— Или вам стыдно того, что вы увидели?
Ребекка выпрямляется, поднимает на него глаза и вновь кладёт руки на колени. На её лице проступает скупая и всё же отчётливая улыбка. Аскью потрясён. Эта улыбка запомнится ему надолго.
— Мне не стыдно.
— Отчего вы улыбаетесь?
Женщина продолжает молча улыбаться, словно эта улыбка и есть ответ на вопрос.
— То был человек?
— Да.
— Житель этого света?
— Нет.
— Тот, кого почитаете вы Господом нашим, Спасителем?
— Нет.
— Особа, именуемая вами Святой Матерью Премудростью?
— Нет.
— Да полно, сударыня, скрытничать! Вы глядели так, точно кто-то вошёл в комнату и стоит позади. Верно? Признавайтесь же, кто это был?
Загадочная улыбка придаёт лицу женщины неуловимое выражение. Ребекка будто лишь теперь вспомнила, где она находится, узнала в собеседнике своего врага. Однако при дальнейшем допросе перед стряпчим уже другая Ребекка. Всякому ясно, что ей не победить — ни в этом историческом настоящем, ни в будущем. Всякому — но не ей.
О: Тот, кого вы ищете.
В: Его Милость? Вы положительно утверждаете, что видели Его Милость стоящим в этой самой комнате?
О: Всё равно не поверишь.
В: С каким выражением он смотрел?
О: Как мой друг.
В: Какое на нём было платье? То ли, в коем он ехал в Девоншир, или как в вашем мечтании?
О: Какое он носил в Вечном Июне.
В: Вошёл ли он, открыв и затворив за собой дверь?
О: Нет.
В: Так, стало быть, он пришёл как призрак, как тень, не препятствуемый ничем, что непроницаемо для обыкновенной плоти?
О: Он пришёл.
В: Говорил ли он?
О: Ему нет нужды в словах.
В: И вы не удивились такому его явлению? Ну же, сударыня, отвечайте. А может быть так, что вы уже имели с ним такого рода встречи после первого мая? Не так ли? Отвечайте: так или нет? Правду ли вы показывали,
О: Всё равно не поверишь.
В: Это не ответ. Ну, виделись вы с ним или не виделись? Пусть не так, как нынче, пусть хоть как-нибудь, чтобы можно было сказать: «Да, я с ним видалась».
О: Он теперь мой друг.
В: Иными словами, виделись?
О: Я знаю, что он пребывает близ меня.
В: То бишь, как сказал бы человек не столь затейливый, вы чувствовали близ себя веяние его духа?
О: Совсем близко.
В: Но видали ли вы его, как нынче, — словно бы во плоти?
О: Что есть плоть?
В: Не бесите меня. Вам ли не знать, что есть плоть.
О: Я видала его не во плоти мира сего, а как он есть сейчас.
В: При тех оказиях, когда вы чувствовали близ себя дух Его Милости, не бывало ли, чтобы он к вам обращался?
О: Не словами. Духом.
В: И что же духом? Велел он вам: «Делай то-то и то-то, верь так-то и так-то»?
О: В душе.
В: Вашей душе указывают, как поступать и как верить?
О: Указывают, что она поступает и верит правильно.
В: А не было ли случая, чтобы дух Его Милости — или как это у вас зовётся — рассказал о себе, открыл, где пребывает его тело?
О: Не говорил. Нужды нет.
В: Вы не сомневаетесь, что оно теперь в этом вашем Вечном Июне?
О: Да.
В: Не сообщали вы об этих беседах кому-либо ещё, всё равно хоть мужу, хоть родителям, хоть друзьям или единоверцам?
О: Нет.
В: И никто не может свидетельствовать, что вы имели таковые видения, духовные беседы или как вы их там именуете?
О: Никто, кроме как сам он и Господь наш Иисус Христос.
В: Часто ли вы их имели, считая от первого мая? Да не качайте вы, сударыня, головой. С меня довольно будет и общего понятия. Много раз или нет?
О: Всякий раз, когда у меня есть надобность.
В: Часто или редко?
О: Сперва случалось часто.
В: И чем дальше, тем реже?
О: Да.