Четвертый кодекс
Шрифт:
– Что же будет через шесть лет? – спросил хозяин, однако дон Хуан ушел от ответа, проговорив:
– Однако прямо сейчас я могу вас заинтересовать.
– Продолжайте, - ровно произнес хозяин.
Переговоры, торги, дипломатия – все как всегда…
– Этот мальчик… - дон Хуан замолчал, словно подбирал слова, - он сделает одну очень важную вещь – прочитает документы, которые написали мои далекие предки. И, поверьте, кроме него этого сделать не сможет никто.
– Почему я в это должен верить? – осведомился хозяин.
Дон Хуан слегка пожал плечами.
–
– Однако прочтение этих рукописей – не главное, - продолжил дон Хуан. – Я не могу сказать точно, но он совершит нечто такое, что может перевернуть мир.
– И вы просите меня оставить его в покое? – ехидно спросил хозяин.
– Вы и ваши соратники сделали то же самое – перевернули мир, - в тон ему ответил колдун.
– То есть, юный Кромлех устроит революцию? – уточнил хозяин.
– Гораздо больше – он изменит структуру мира. И это повлечет за собой множество изменений. Например, Соединенные Штаты могут прекратить свое существование…
Глаза хозяина заблестели, но он пожал печами.
– Не могу сказать, что я понял, - заметил он. – Но в любом случае, если верить вам, в этом молодом человеке заключена большая опасность.
– Вы разумный человек, дон Хосе, и должны понимать, что в любом случае он станет важным человеком для вашей страны. Не стоит уничтожать то, что может в будущем принести великое благо.
– Положим, - согласился хозяин. – Но откуда вы все это знаете? Я понимаю – вы колдун, демон или кто-то в этом роде… Но хотелось бы иметь реальные основания для решения.
– Разве мое присутствие здесь не убеждает вас, что я обладаю силами, превышающими возможности обычного человека?
– И все же, - настаивал хозяин, - хотелось бы знать, каким образом вы… видящие намерены использовать этого юношу.
– Я и сам точно не знаю суть его деяния, - признался индеец. – Но уверен, что лишь он способен исправить деформацию, которую нанесло моей традиции вторжение испанцев. Большего сказать не могу.
– И как же вы собираетесь меня убеждать, если сами недостаточно осведомлены?
Дон Хуан вдруг ни с того ни с сего снова разразился громовым хохотом. И – исчез.
А хозяин оказался рядом с журчащим ручейком близ родного Гори и с криком радости погрузил в него голову, начисто забыв про ночного визитера.
Но когда он проснулся – по обыкновению, ближе к полудню, он прекрасно помнил дона Хуана. Более того – ясно сознавал, что это был вовсе не причудливый сон. Во всяком случае, не совсем сон.
Первое, что он сделал – вылез из-под одеяла, босиком шагнул к столу, схватил бутылку боржоми и припал прямо к горлышку.
Мысли прояснились.
Он пошел в ванную комнату, вышел оттуда в халате, включил плитку, вскипятил чайник и заварил чай.
Сидел, прихлебывая и глядя в пол.
Потянулся за папиросой, но потом хмыкнул, встал, подошел к тумбочке и извлек из ящика первую попавшуюся из своей обширной коллекции трубок. Долго набивал ее табаком, добытым из раскрошенной сигары. Раскурил и с наслаждением затянулся. По комнате расползлись прозрачные космы ароматного
Хозяин думал.
Его атеизм всегда был весьма относителен. Не раз в своей жизни он сталкивался с вещами, необъяснимыми с точки зрения материализма, который был для него лишь одним из инструментов доминирования.
Так что он нисколько не сомневался, что ночью к нему приходил сатана или один из его подчиненных. А что не так? Хозяин был уверен, что обманул Самого Бога. Почему бы теперь не помериться силами и с Его противником?.. Самоуверенности «дону Хосе» хватало.
Разумеется, он не дал себя уговорить наглому ведьмаку. Первой его мыслью было арестовать мальчишку со всей семьей. Но по мере того, как тлел табак в трубке, хозяину становилось все любопытнее. Если бес прав, малец должен стать великим ученым. А это хорошо для страны, следовательно – для ее хозяина. С другой стороны, пока парень, судя по всему, совершенно безвреден.
Да еще и Штаты. Они в последнее время все больше нервировали хозяина. И он предвидел, что дальше с ними станет еще хуже.
«Пролив имени товарища Сталина между Канадой и Мексикой, говорите?.. – подумал он. – Чушь, конечно, но приятная… Пожалуй, пускай побегает пока. А я за ним хорошенько присмотрю. Ишь ты, пинчес тиранос… Дон Хуан… Дон ху…».
Хозяин выбил трубку в пепельницу и нажал кнопку вызова.
– Завтрак, - приказал он возникшему ниоткуда дежурному офицеру. – И вызовете ко мне Лаврентия… Нет, Абакумова позовите. Да, прямо сюда. И скорее.
Он бодро вскочил с кресла. Надо было работать.
***
Федор Копенкин. СССР. Красноярский край. Эвенкийский национальный округ. Район реки Подкаменная Тунгуска. 1 ноября 1950 года
Федору было двенадцать, когда с небес пришел змей Дябдар. Потом старики говорили про железных птиц, посланных из верхнего мира старцем Агды, творящем грозу. Но Федька был там и все видел. Какая уж гроза…
Дед Агды сидит на небе и бросает за землю железных птиц – это правда. Но то, что Федор увидел в тот день, пришло не с небес – дальше, много дальше было логово огненного змея, прочертившего в то июньское утро весь небосвод. Потом явилась ослепительная вспышка. Поднялся верховой ветер, ломавший вековые сосны, как спички. Завопили люди, завыли собаки, закричали все звери в тайге. Земля дрожала, словно кончалась от злой лихорадки. И тут пришел страшный грохот – словно бы небо раскололось. Грохот длился и длился, казалось, теперь этот ослепительно-оглушающий мир пребудет вечно.
Юный Федька в панике решил, что тоже умирает. До этого он не слышал ничего подобного. И не услышит еще десять лет – до тех пор, когда в составе корпуса генерала Пепеляева не окажется на фронте против наступающих большевиков. Но даже орудийная канонада не сравнится с грохотом, раздавшимся 17 июня 1908 года близ реки Дулгу Катэнна, которую луча называют Подкаменная Тунгуска.
Ученые начальники, наезжавшие потом с экспедициями, называли это «Тунгусский метеорит». Но он, Федька, знал лучше – то был змей Дябдар.