Четырнадцать
Шрифт:
– А кто за обед платить будет, э?! – донеслось ему вслед… Но эти мелочные и сугубо материальные вопросы уже не имели значения для Семена. Андрей, тот самый человек, благодаря которому Семен оказался на лекции Мастера Ли Пиня, он же показал, где кроется расшифровка заветной фразы. Только нужно искать в самом романе, а не в комментариях различных «экспертов», порой даже вменяемых. Тем более, на пути из кафешки в офис был книжный магазин, где Семен быстро нашел нужный стеллаж, на котором одиноко стоял последний экземпляр романа. «Ты-то мне и нужен!», – усмехнулся Семен, схватил книгу и радостно
А нужно было всего лишь…
Увлекательное знакомство с книгой с ее волшебным хрустом новых страниц и запахом типографии плавно перенесло Семена в детство и юность, когда он все лето напролет гостил с бабушкой, Верой Петровной, в деревне, в дальнем углу Подмосковья и успевал прочесть по десять-пятнадцать романов за одно лето: Дюма и Пушкин, Сабатини и Жюль Верн… Звонок офисного телефона прервал ход мыслей.
– Семен Викторович, где отчет по поставкам за прошлый месяц? – холодно произнес голос руководителя Семена из трубки, – обещали к обеду прислать, а уже пятый час.
– Как пятый час? – Семен судорожно пытался разглядеть часы на экране ноутбука, но цифры почему-то предательски прыгали и никак не складывались в часы и минуты.
– Я не знаю, как… Где отчет?
– Марат Аркадьевич, вышлю в течение получаса, – машинально ответил Семен заученной фразой, все еще находясь в шоке. Из трубки донеслись быстрые гудки, напоминающие безжалостное тиканье таймера обратного отсчета бомбы, что поспособствовало быстрому возвращению рассудка.
На столе под книгой Бредбери лежал лист бумаги, на котором собственной рукой Семен написал вчера список рабочих задач, которые требовали срочного выполнения сегодня, в четверг. Среди них был тот самый отчет, но еще несколько важных документов, про которые он напрочь забыл. «Да гори оно все огнем!» – сурово произнес Семен, глядя на лист бумаги со списком дел, и вдруг понял… Грустная улыбка скользнула на его лице. Опустив глаза на ту самую рукопись, написанную собственноручно, Семен с горечью подумал о том, как легко он позволил себе улететь из мира реального к глупым фантазиям, сколько времени было потрачено впустую. Какая-то глубокая тоска по не выпитому утром кофе, не просмотренным новостям вдруг охватила его.
И, в пятом часу дня, Семен, твердо решив привычно начать свой рабочий день, побрел к единственной в офисе кофемашине.
После дождичка в четверг…
Когда Семен вышел из офиса, выполнив все задачи и получив приличную порцию выговоров и критики со стороны руководства, на часах было почти девять вечера. Торопиться было некуда, тем более проливной дождь, который шел более трех часов и прекратился только недавно, наполнил воздух удивительным ароматом свежести и чистоты, которым хотелось надышаться.
Медленно шагая к метро длинным путем, Семен впервые порадовался тому, насколько теплый и приятный май был в этом году. Почему-то детская способность восторженно радоваться таким мелочам, как хорошая погода, прогулки по улице с лучшим другом и свежий черный хлеб с хрустящей корочкой вытеснялась к тридцати годам взрослыми серьезными проблемами. Но сейчас легкий вечерний ласкающий ветерок снова перенес Семена в прошлое,
Неожиданно, чья-то рука подергала Семена за рукав куртки. Он обернулся, пройдя за доли секунды длинный путь из детства в настоящее.
– Извините, у вас рюкзак открыт, – улыбнулась ему всеми оставшимися молочными зубами девочка лет семи. Одной рукой девочка все еще сжимала рукав куртки, другой, не менее крепко, держала за руку свою маму.
– Ага, спасибо, – улыбнулся Семен. Действительно, рюкзак был открыт и из него торчал уголок книги с виднеющейся на обложке частью имени автора «…бери».
– О, это Бредбери? Прекрасный писатель! – воодушевилась мама девочки, заметив книгу, – взахлеб читала его Марсианские хроники и многие рассказы. Что у вас?
– Это «Фаренгейт».
– 451 градус по Фаренгейту – температура, при которой воспламеняется и горит бумага, – воодушевление мамы нарастало, – Давно хочу прочитать эту книгу. Стоит того?
Семен молча расплылся в улыбке. В груди стало тепло и впервые за день тихо… Он достал книгу из рюкзака и протянул ее девочке: «на, держи!».
– Что вы, не стоит! – удивилась мама, – зайду в книжный и куплю.
– Нет, не купите. Поверьте, – с этими словами Семен закинул рюкзак на плечо, развернулся и медленно пошел в сторону метро. Лишь на секунду он замедлил шаг, проходя мимо двери двухэтажного кирпичного здания. Дверь была закрыта, в окнах темно.
День третий
Наглая подмена
Телефон зазвучал новой мелодией. Семен открыл глаза и потянулся к прикроватной тумбочке. На телефоне была надпись: «Марат Аркадьевич Селиверстов».
– Только этого не хватало, – сквозь зубы пробурчал Семен и нажал кнопку «Принять вызов». Кинув телефон обратно на прикроватную тумбочку, Семен снова лег, чтобы обдумать такой странный поворот в посланиях Создателя. Из тишины утра доносились тихие сотрясания воздуха: «Алло! Алло! Семен Викторович!».
– Твою мать! – неожиданно громко вскрикнул Семен, резко подскочил и схватил телефон, – Марат Аркадьевич, слушаю! Я проспал? Сколько времени?.. Простите, я вас с программой перепутал… – наступила пауза.
– Семен Викторович, последние дни у вас странное поведение, я вас совершенно не узнаю, – голос Марата Аркадьевича был как всегда дьявольски холоден. – Тем не менее, сейчас половина седьмого. И я звоню сообщить, что в девять утра будет выездное совещание по нашей тематике, я не смогу присутствовать и прошу вас заменить меня. Все подробности уже на вашей почте. Как вернетесь в офис – доложите! Всего доброго.
Собеседник отключился, на экране было 6:32.
– Это надо ж было так… второй день подряд, – Семен отрицательно покачал головой, вспоминая свои промахи перед шефом, и принялся проверять почту.