Чейзер
Шрифт:
– Штука у вас больно странная, - трактирщик глазами показал на мой смартфон.
– Магическая, истинно.
– Ну это так, подарок от святых отцов, - сочинил я на ходу.
– Так как насчет скидки?
– Ваша воля, ваша власть, соглашусь на четверть кварта себе в убыток, доброму гостю на радость.
– Тут трактирщик шутливо погрозил мне пальцем.
– Горазды вы торговаться, твоя милость.
– Так иначе я отсюда с пустыми карманами уйду, - ответил я.
– Словом, договорились.
– Знамо дело. Так, выходит, твоя милость не маг?
– Сказал ведь уже, что
– Чего привязался?
– Да так, подумалось кое-что.
– Ну ты говори, не мямли!
– Да барынька тут у меня в корчме остановилась со служанкой своей. Видно что благородных кровей, и денег у нее немало будет. Третий день как гостит. Спрашивала меня, нет ли в Эммене мага или кого-нибудь, кто с магами якшается. И погрустнела шибко, когда я сказал, что нет у нас этих, прости Высшие....
– А причем тут я?
– Дык барынька эта искала охотника некую работенку для нее сделать. И плату сулила хорошую, аж пять золотых монет. Вот я и подумал - коли твоя милость маг, так и деньжат бы заработал, и мне, убогому, с сей прибыли толика перепала бы за посредничество.
Так, интересно. Надо бы узнать поподробнее, что за работа. если я застрял в Эммене на сутки, можно будет хотя бы заработать.
– А где эта дама остановилась?
– спросил я.
– У меня, в гостевых комнатах. Это во дворе, в гостинице. Три дня сидит со служанкою своей у себя в номере, носа на улицу не кажет. И уезжать вроде не собирается. Странная какая-то.
– Ладно, спасибо за разъяснения. Попить у тебя есть чего?
– А что господин мой прикажет, то и подам. Сидр есть, медовуха, пиво, вина разные. Или ключевой воды угодно?
– Пиво какое у тебя?
– Светлый маскер и гаусбургское. Свежее, только вчера мой приказчик из Эттбро доставил.
– Дай мне кружку гаусбургского.
– С превеликим удовольствием. А покушать чего желаете?
– А что есть?
– Из закусок сардельки по-вальзератски, копченые свиные ребрышки, колбасы разные, добрые твердые и мягкие вальзератские сыры, щука в чесночном соусе. А коли добрый мастер желает, можем и горячее приготовить - , сырную похлебку, рагу из баранины, или яичницу с ветчиной.
– Яичницу с ветчиной давай. И гаусбургское твое.
– Гражина!
– Трактирщик рявкнул так, что я вздрогнул.
Из скрытой в глубине зала двери - видимо, это была дверь на кухню, - выглянула средних лет полная женщина в белом чепце и переднике.
– Гаусбургского мастеру подай и сковороду на плиту поставь!
– велел женщине корчмарь.
– Сам гостю яичницу пожарю.
– Спасибо, - поблагодарил я и сел за один из столов.
Сильного голода я не испытывал, но поел с удовольствием - яичница из настоящих деревенских яиц с отличной нежной ветчиной была отменна. Да и перцу трактирщик не пожалел, сдержал слово. Вот только соли было маловато. На столах солонок я не увидел, а потом вспомнил, что в старину соль ценилась чуть ли не на вес серебра. Пиво тоже оказалось превосходным, холодное, свежее, чуть горьковатое, чем-то напомнившее мне чешское великопоповицкое. Я вообще-то не любитель пива, но пару кружек могу выпить с превеликим
– Еще чего подать, твоя милость?
– осведомился трактирщик, наблюдая за мной.
Я хотел ответить, что пока ничего не нужно, но тут дверь в глубине зала открылась, и в трапезную вошла молодая женщина очень необычной внешности. Во-первых, она была темнокожей, и черты ее лица говорили о сильной примеси негроидной крови. Во-вторых, незнакомка обладала великолепной фигурой и была одета в мужское платье, жемчужно-серый приталенный дублет, подшитые кожей штаны и высокие сапоги без каблуков. Мельком глянув на меня, она подошла к трактирщику и спросила:
– Что скажешь, Гаспар? Ни с кем не разговаривал?
– Да вот только что с молодым господином гутарил малясь, да только он не маг, - извиняющимся тоном ответил корчмарь, показывая на меня глазами.
– А более у нас никого нетути, говорил уже вам, милая мазелька. Одни землепашцы да ремесленники.
Темнокожая красотка на этот раз адресовала мне куда более долгий и внимательный взгляд. Я встретился с ней глазами, пару секунд поиграл в гляделки, а потом сделал вид, что остатки пива в моей кружке интересуют меня больше, чем возможное знакомство. Впрочем, женщина тут же подошла ко мне.
– Путник?
– спросила она.
– Разве это важно?
– ответил я, прекрасно понимая, что отвечать вопросом на вопрос невежливо. Барышня нахмурилась.
– Чего ты весь такой загадочный?
– с раздражением произнесла она.
– Так надо. Потому я и зовусь Мистер Энигма.
– Мистер...что?
– Загадка я ходячая. Пивка?
– Ты не похож на фермера, - внезапно заявила дамочка.
– И на торговца тоже.
– Это почему еще?
– Куртка у тебя из очень дорогого сукна. Такое сукно делают только в Орандуре, и торговцы просят за аршин аж девять копперов. Фермеру такая куртка не по карману. И кинжальчик у тебя отличной работы.
– Текстильный институт заканчивала?
– Чего?
– А ты наблюдательная, говорю. Люблю внимательных девушек.
– Ты ведь рыцарь, верно?
– Ну, это с какой стороны посмотреть. Я вот рыцарей иначе как в латах и с мечами себе не представляю.
– Хватит мне голову морочить. Ты рыцарь, клянусь Ошей.
– Допустим, ты права, - я спокойно допил пиво.
– Что дальше?
– А это что у тебя на шее?
– На лице девицы отобразилось неподдельное удивление.
– Знак Дикой Розы?
– Слушай, родная, тебе чего от меня нужно? Или ты себе жениха с титулом ищешь?
– Глупый ты, - мулатка сердито сверкнула глазами.
– Я всего лишь хотела предложить тебе кое-что. Есть работа для настоящего мужчины.
– Буфетчик говорил мне кое-что, - сказал я.
– И еще он сказал, что ты готова заплатить пять золотых.
– Не я. Моя госпожа.
– Значит, ты служанка. Так что за работа?
– Этого я не могу сказать. Тебе надо поговорить с госпожой. Ей очень нужна помощь. Даже не представляешь, как нужна.