ЧИХНЁШЬ В ВОСКРЕСЕНЬЕ...

Нортон Андрэ

— Но, Кристофер, я считала, что вы регулярно рабо­таете здесь. Разве не об этом мы договорились? То есть я считала вас своим работником.

— Да, мэм... но добрый Господь велел помогать ближ­нему, а там у них неприятности... — он помолчал и значительно добавил: — Мисс Хартвел, она никогда не возражала. — Понятно, — Фредерика раздражённо прикусила губу, но понимала, что неразумно и бесполезно что-то говорить. — Я налью вам кофе, — быстро добавила она.

Улыбка вернулась на лицо Кристофера, и он энергич­но кивнул.

— Я посижу тут, на пороге. Мисс Хартвел, ей не нравилось, когда я вхожу

в башмаках на её пол, — и он вытянул ноги в тяжёлых и грязных ботинках, щедро подбитых гвоздями. Фредерика повернулась, чтобы вер­нуться на кухню. Но, оглянувшись через плечо, заметила, что Кристофер бросил на неё взгляд украдкой и отодви­нулся на край крыльца.

Все ведут себя странно? Или странное в ней самой? Фредерика налила кофе и взяла из большого глиняного горшка мисс Хартвел два пончика. Вернувшись на крыль­цо, она обнаружила, что Кристофер сидит в дальнем углу, вытянув ноги перед собой. Он, казалось, весь как-то сморщился в своей яркой клетчатой рубашке и сосредо­точенно разглядывал собственные ноги.

— В чём дело, Крис? — спросила Фредерика, неожи­данно встревожившись.

Он с явной благодарностью принял кофе, но не отве­тил. И Фредерика сразу поняла: Кристофер испуган, очень испуган. Поэтому он как можно дальше отодвига­ется от того места, где висел гамак. Именно поэтому он и не появился вчера.

— Всё в порядке, Крис, — быстро сказала Фредерика. — Её забрали... я хочу сказать, миссис Клей... и гамак тоже.

— Да, мэм, — Кристофер больше ничего не сказал, но явно испытал облегчение. И с видом полного удовлетво­рения принялся запивать пончики кофе.

Просто суеверный страх или чувство вины? Знает ли он о тайнике Марджи?

— Крис, — неожиданно сказала она, — я осматривала двор в воскресенье и нашла дыру в изгороди. Вы знаете об этом? — Да, просто лисья дыра. Я говорил мисс Люси, но она сказала, что её лисы не беспокоят, — он рассмеялся, и звук его смеха болезненно резанул по натянутым не­рвам Фредерики.

— А что это за вещи в старой теплице?

— Это мисс Марджи. Мисс Люси велела их не трогать, — он нахмурился и взглянул на пустую чашку.

Это какой-то заговор против меня, беспричинно под­умала Фредерика. Бесполезно пытаться что-нибудь вытянуть у Криса. Она взяла чашку и пошла за письмом мисс Хартвел.

В поисках марки Фредерика снова наткнулась на се­ребряную табакерку и на время забыла о своей цели. Надо было спросить у Джеймса Брюстера, не видел ли он у кого-нибудь эту табакерку. Может, Питер говорил серь­ёзно. Но табакерка могла принадлежать и Марджи. Её нашли у заднего крыльца, а Марджи чаще других пользу­ется этим ходом... Но правда и то, что такая вещь вряд ли подходит Марджи. Больше похоже... да... на вещь самой Кэтрин Клей. По-видимому, в то роковое воскресенье Кэтрин, обнаружив переднюю дверь закрытой, подошла к задней. Она должна была пройти так, иначе ей не попасть в гамак. Надо было спросить Джеймса, не Кэт­рин ли принадлежала табакерка. Интересно было бы понаблюдать за его реакцией — очень интересно. Впро­чем, какая из неё ищейка.

Фредерика нетерпеливым жестом снова положила шкатулку в ящик. Во что превратится её работа, если она всё время будет посвящать бесполезным размышлениям, которые ни к чему не ведут? Она нашла марку, с ненуж­ной силой прилепила

её на письмо и вернулась к Кристоферу.

— Не знаю, когда здесь забирают почту, но не отпра­вите ли это для меня, Крис? Специально не ходите, но я бы хотела, чтобы оно ушло сегодня.

— Да, мэм. Я собирался скосить траву и прибраться в кладовке. Почту забирают после полудня. Отнесу, когда пойду есть. — Хорошо, — Фредерика повернулась, чтобы вернуть­ся в дом, но Крис заговорил снова.

— Я всё думаю о том старом колодце. Всё беспокоюсь, он ведь открыт. Я накрыл его ящиком, но пользы мало. Сэм Льюис работает ниже на дороге. Могу сходить за ним, пусть посмотрит.

— Я написала мисс Хартвел, Крис. Через несколько дней получим ответ. Может, подождём его? Мне не хочется втягивать мисс Хартвел в расходы, если я не уверена, что она этого захочет.

— Да, мэм. Хорошо, — Крис покорно надел старую шляпу и зашагал по тропинке. Фредерика вернулась к своей посуде, а потом к столу и через несколько секунд с облегчением услышала гул газонокосилки. Как будто на боковой лужайке, подумала она. Значит, оправился от паники. Это хорошо.

Она продолжлала работать, но вскоре, когда косилка неожиданно смолкла, какой-то импульс заставил её встать и подойти к окну. Между двумя деревьями висел гамак. Рядом с ним на четвереньках стоял Крис. «Молится?» — спросила себя Фредерика. Конечно, нет. Она уже собра­лась спуститься и выяснить, в чём дело, как Крис встал и вернулся к косилке. «Нужно взять себя в руки, — решила Фредерика. — Он просто срезал траву под деревьями...»

После этого перерыва утро прошло без просшествий, если не считать звонка Тэйна Кэри, которому сержант доложил о ночном разговоре. Фредерика коротко расска­зала о своих приключениях, но полицейский расспросил обо всех подробностях. Потом сказал, что зайдёт на Ферму и сам расспросит Марджи. Говорил он торопливо и после нескольких любезностей повесил трубку. «Ну, он как будто не встревожился, — решила Фредерика, воз­вращаясь за стол. — Слава Богу, я не вытащила его из постели посреди ночи».

Зашли два посетителя, вернули книги в библиотеку и задали неизбежные вопросы. Но Фредерика быстро от них избавилась, она уже овладела этой техникой. Укаждого она спрашивала о серебряной табакерке, но никто из посетителей не видел такой раньше. Однако разглядывали её с нескрываемым интересом.

— Лучше повесить объявление на почте, — предложил один из них.

— Если никто не спросит,— ответила Фредерика, возвращая табакерку в ящик.

Она разбирала груду счетов и заказов, когда почувство­вала, что кто-то подошёл сзади. Быстро повернулась и увидела Криса.

— В чём дело? — спросила Фредерика, пытаясь скрыть раздражение. Почему он подобрался так незаметно? — Мне казалось, мисс Хартвел не любит, когда вы заходите в дол! в своих ботинках, — сердито добавила она.

— Я их снял, мэм, мисс Винг, — он протянул ей груду писем. Фредерика посмотрела на его ноги в носках, из одного носка торчал большой палец, и устыдилась своей несдержанности.

— Спасибо, Крис.

Однако он не уходил. Фредерика посмотрела на него.

— Я увидел тут иностранную марку, — он кашлянул. — Франция, — и торопливо добавил: — Мисс Хартвел всегда отдавала мне марки для коллекции.