Чикаго, 11
Шрифт:
Лу проследила за ним до второго этажа, потом вошла к себе и удостоверилась, что ее дверь надежно закрыта и заперта.
Чем там занимается эта Терри, ее не касается. Но такой хорошенькой и фигуристой блондинке из 303-й квартиры следовало бы быть более разборчивой в выборе компании. Лу надеялась, что девочка и ее отец отдают себе отчет в своих поступках.
Глава 11
Бензедрин (бензол — эфедрин) — амфетамин формулы C6H5CH2CH(NH2)CH3, производный от эфедрина, используется в качестве
Ощущение было слегка интригующее. Фрэнки слышал шлепанье своих босых ног по металлическим ступеням винтовой лестницы, но у него было такое чувство, будто он парит в нескольких дюймах над ними, идет прямо по воздуху.
«Должно быть, — размышлял он, — именно так передвигаются суда на подводных крыльях. Здорово было бы заиметь судно на подводных крыльях. Скажем, тридцати— или сорокафутовое с парящим капитанским мостиком?»
Такое, как он видел в гавани Белмонт. Такой корабль неслабо подойдет к его новому блейзеру. Если бы у него был корабль, то ему осталось бы только купить белую капитанскую фуражку.
Настоящую. С золотым галуном.
Капитан Фрэнки Маэстро. Такое звание и выговорить приятно. Когда-нибудь, когда у него будет время, нужно заняться этим делом. Может, ему удастся украсть судно.
Поднявшись до верхней лестничной площадки, он остановился и прислушался. Если его не обманывал слух, то ни из одной квартиры не доносилось ни звука. Есть шанс, что ему повезло, и никого из жильцов нет дома. Никого, кроме смазливой старой девы на первом этаже. И если кто-то постучит в дверь и спросит, что он делает в этом доме, нужно только пересказать ту же историю, что он придумал для нее.
Фрэнки остановился у двери 301-й квартиры и прислушался.
Никаких признаков жизни. Внутри было так же тихо, как и в коридоре. Он прошел по коридору и проверил номер на следующей двери. Через дверь 303-й, как и 301-й, не доносилось ни звука. Он перепробовал все ключи из чехла, пока не нашел тот, который подошел, потом повернул дверную ручку и открыл дверь, стараясь делать это как можно тише.
В гостиной никого не было. Никто не спросил: «Кто там?»
Фрэнки закрыл дверь и прислонился к ней спиной, чувствуя, что у него глаза разбегаются и ему трудно сфокусировать изображение. Это было почти такое же потрясное ощущение, как то, когда он поднимался по лестнице. Сначала его глаза как бы увеличивали изображение чуть ли не вдвое. Потом ни с того ни с сего предметы обретали нормальные размеры, а затем становились маленькими, словно смотришь на них издалека через воткнутую в кусок бумаги английскую булавку.
Это была самая прекрасная квартира из тех, что ему доводилось видеть. Ковер цвета золота покрывал пол от стены до стены.
Он был мягким и проседал под ногами. Мебель выглядела дорого. Один только цветной телевизор с 23-дюймовым экраном, стоящий на стойке со встроенным радиоприемником и проигрывателем, стоит по меньшей мере тысячу долларов. Неудивительно, что эта маленькая блондинка
Фрэнки подавил приступ жалости к себе, когда клал сложенное пляжное одеяло и тяжелую пляжную сумку на диван.
Вот уж точно, жизнь — штука несправедливая. Доверять нельзя никому.
«Ну ладно, — сказала ему маленькая блондинка. — Если уж у меня нет другого выхода. Но я не хочу, чтобы другие смотрели. Я слишком стесняюсь».
Так и сказала. Но когда он отослал парней прочь, когда он изо всех сил старался сделать ей приятное, что она сделала?
Она же ударила его бутылкой и двинула коленкой в сокровенное. И это тогда, когда он почти был готов кончить. А ведь всем известно, что мужчина может от этого умереть.
Он открыл одну из дверей в гостиной. Постель в комнате была аккуратно застелена красивым покрывалом. На трюмо лежал слой пыли. Вероятно, это спальня ее отца, который, как говорилось в письме, что они нашли в сумочке Терри, не бывает дома месяцами.
Фрэнки открыл другую дверь. Эта комната больше похожа на жилую. Кровать разворочена, покрывало и верхняя простыня откинуты. На стуле у кровати валялись чулки, трусики и лифчик. Это уж точно ее комната. Он даже чувствовал ее запах. Вся комната пахла девчонкой.
Он взял трусики со стула и подержал их в руке, наслаждаясь ощущением мягкой ткани. Ничто не дает такого ощущения и запаха, как девчонка. Потом, вытерев тоненькой полоской ткани пот, выступивший на лице и груди, он заглянул в большую и вычурную ванную, соединяющую обе спальни.
Как удивится эта маленькая блондинка, когда придет домой и обнаружит, что они ее уже ждут!
В квартире было жарко и тихо так, что перехватывало дыхание. Продолжая вытирать лицо трусиками, Фрэнки вернулся в гостиную и прошел через нее и короткий коридорчик в кухню, к черному входу.
Была причина, по которой они не могли проникнуть в квартиру через черный ход. Кроме обычного замка, на его двери была защелка и цепочка. Фрэнки открыл защелку, снял цепочку и открыл дверь.
— Рад тебя вновь видеть, — сказал Джо-Джо.
— А где же Солли и Гарри? — спросил у него Фрэнки.
Джо-Джо указал вниз:
— Ждут на нижней площадке. Ты так долго не появлялся, что мы уж подумали, не случилось ли чего.
Услышав их голоса, оба парня поднялись по лестнице. Солли нес в руках большой пакет из оберточной бумаги.
— Мы уж начали думать, что с тобой что-нибудь случилось, — повторил он.
— Я испугался, — признался Гарри.
Фрэнки провел их в кухню.
— Чего бояться-то? Мы ведь только вернули барахло, которое девчонка забыла на пляже.
Гарри все еще сомневался.
— Даже если и так. Я не хочу возвращаться в Сент-Чарльз.
Мне это место не нравится.
— Расслабься, — сказал Фрэнки. — Никуда тебе не надо возвращаться. Даже после того, как мы сделаем то, ради чего сюда пришли, она никому ничего не расскажет. Девчонки все такие. Они соглашаются, если у них нет другого выхода, но не хотят, чтобы об этом знал кто-то другой. По причине, что слишком стыдливы.