Чикаго
Шрифт:
— Мои поздравления, мистер Данана! Результаты обоснованны и достоверны.
— Спасибо.
— Мне пришла в голову идея, которая будет интересна для ваших исследований. Покажите мне любой из образцов.
Данана медленно поднялся, открыл ближайший от стола шкаф и подал Бейкеру образец. Профессор осторожно взял его, надел очки и стал разглядывать через микроскоп. Вдруг он поднял голову:
— На этой пластине сто шестьдесят семь черных точек!
Данана молча покачал головой. Бейкер еще раз посмотрел в микроскоп и воскликнул в удивлении:
— Странно. Число, которое зафиксировали вы, больше…
Он с недоумением посмотрел на Данану, сам направился к шкафу, взял две другие
Такого голоса у Бейкера никто раньше не слышал. Профессор в ярости закричал:
— Какая мерзость! Ваши результаты сфальсифицированы! У вас нет ни чести, ни совести! Ваш проект будет закрыт, а вас отчислят немедленно!
21
— Доброе утро, я звоню по объявлению насчет работы…
— Вакансии уже нет, — ответили коротко и повесили трубку. Услышав длинный гудок, Кэрол почувствовала горечь. Все было по-прежнему. После того как Грэхем уходил в университет, а Марка отводили в школу, ее день начинался с того, что она делала себе большую чашку черного кофе, садилась в гостиной, раскладывала чикагские газеты с объявлениями о работе — «Трибьюн», «Сантайм», «Ридер» — и морально готовилась к тому, чтобы набрать номер.
Она собиралась с духом и старалась, чтобы ее голос звучал как у человека, который добросовестно исполняет свои обязанности. Она не хотела быть безработной черной, живущей на пособие. Она не умирает с голода, не попрошайничает и не ищет сочувствия. Она просто хочет узнать о заинтересовавшей ее вакансии. И только. Точно так же, как она спросила бы о билетах на концерт или о времени работы любимого ресторана. Если это то, чего она хочет, она будет счастлива, если нет, на этом жизнь не кончится. Так она убеждала себя, чтобы не чувствовать унижения. Каждый раз она задавала одни и те же вопросы и получала на них одинаковые ответы. К концу дня у нее накапливалась куча адресов. За несколько месяцев она побывала во всех районах Чикаго и прошла бессчетное количество собеседований. Она пыталась устроиться секретаршей, нянькой, воспитательницей или получить должность в приемной, но до сих пор не нашла никакой работы. Управляющий персоналом гостиницы «Hayat» заявил ей, смущенно улыбаясь:
— Вам повезет в другом месте. Будьте терпеливы. Сейчас высокий уровень безработицы. На одно место претендуют десятки, а иногда и сотни людей. Чудовищная конкуренция!
Два месяца назад она ходила устраиваться телефонисткой в одну компанию, занимающуюся лифтами. Она прошла первое интервью, и ей осталось только протестировать голос. Представитель компании заявил ей:
— Вы получите работу, если ваш голос будет звучать по-женски мягко и соблазнительно, но в то же время не пошло. Голос должен нести радость и говорить о вашем благополучии. Вы должны держаться так, как будто зарабатываете в десятки раз больше. Ведь вы будете представлять нашу компанию потенциальным клиентам!
Кэрол серьезно готовилась. Она много раз записывала свой голос, произнося одну и ту же фразу: «Фирма «Хендрикс» по обслуживанию лифтов. Доброе утро! Чем могу вам помочь?» Каждый раз она прослушивала запись и находила что-то не то. Слишком тихо. Голос дрожит. Запнулась. Быстрее, чем надо. Нечеткое произношение. Название компании произносится иначе.
Через несколько дней тренировки она наконец добилась, чего хотела, и пришла на экзамен. Вместе с ней пробовались пять девушек. Всех их посадили в одной комнате напротив представителя компании. Это был полный белый мужчина
Больше боли ей причиняло обращение с ней некоторых белых работодателей. Ни один из них напрямую не признался, что отказ связан с цветом кожи, потому что это было незаконно. Однако лицо работодателя становилось холодным и высокомерным, а собеседование заканчивалось обещанием позвонить, которому Кэрол не верила. Эти унизительные ситуации были для нее как пощечины. Иногда по пути домой она плакала, иногда ночами не могла заснуть, представляя, как мстит расисту, как ставит его на место и говорит, что она сама не желает иметь дело с таким мерзким человеком.
Ситуация достигла пика, когда она пошла на встречу, надеясь получить работу по выгулу собак с оплатой двенадцать долларов в час. Должность, конечно, была жалкая, и Кэрол три дня заставляла себя пойти на собеседование ради денег, в которых нуждалась. Она не могла больше причинять страдания Грэхему. Ведь он терпел лишения, чтобы содержать ее и ее ребенка. Все испытания он переносил безропотно, и это было ей огорчительнее всего. Если бы он жаловался или был с ней сух, ей было бы легче. Но он, напротив, был всегда весел, нежен и даже баловал ее. Его доброту невозможно было выносить. Она пойдет на эту работу ради него. В конце концов, нет ничего плохого в том, чтобы заботиться о собаках. Она будет выполнять эту работу, пока не найдет лучшую.
Собеседование проходило в шикарном особняке на северной окраине Чикаго. Место было пафосное и роскошное, похожее на декорации к фильму. Ее встретил почтенного вида слуга в черной ливрее и проводил в огромный зал. Опустившись в мягкое кресло эпохи Людовика XVI, она стала рассматривать на стенах картины, написанные маслом. Через некоторое время вошла пожилая дама и, холодно поздоровавшись, села напротив. Начался пространный разговор о погоде и общественном транспорте. Наконец Кэрол прервала его, заставив себя улыбнуться:
— А где собачка, с которой я буду гулять? Как ее зовут? Где же она? Я обожаю собак!
Старуха удивленно замолчала, а потом произнесла, избегая смотреть Кэрол в лицо:
— Хорошо. Буду с вами откровенна. Мне кажется, что это работа не для вас. Оставьте мне номер вашего телефона. Я подыщу работу, которая вам подойдет, и в ближайшее время свяжусь с вами.
Тяжелые дни для Кэрол не кончались. Она совсем потеряла надежду и перестала листать газеты в поисках работы. Утро она проводила в постели, выпивая несколько чашек кофе и глядя в потолок. Она думала о своей жизни. Ей было тридцать шесть, а она еще и не начинала жить, как хотела. К ней и относились несправедливо и пренебрегали. Она вспоминала лица тех, от кого зависела ее судьба. Слабохарактерная мать, избегающая конфликтов, и жестоко избивающий ее муж-пьяница, который, когда выросла Кэрол, стал приставать к ней. Она столько раз просила защиты у матери, но та никак не реагировала, потому что подчинялась мужу до самоунижения. Ее любимый Томас, с которым она прожила десять лет, которому родила Марка, и который сбежал, взвалив ответственность на ее плечи. Добрый старина Грэхем, которого она любила и чью жизнь она превратила в кошмар вместо того чтобы сделать счастливой.