Чингисхан

Мэн Джон

Выше лес поредел, и они вышли на плоскую поляну, «усе­ янную ямами, которые наполнены булыжником, между ни­ ми росли островки мха». (Пожалуйста, зафиксируйте внима­ ние на этих ямах, они будут играть существенную роль в дальнейшем повествовании.) Здесь монголы почтительно слезли с лошадей. Наконец на самой вершине они увидели целое поле ово, на главном были навалены обломки оружия,

359

ДЖОН МЭН

ЧИНГИСХАН

наконечники стрел и ламаистские талисманы. Несомненно, Шуберт решил, что перед ним исторический Бурхан Халдун, поэтому где-то здесь на склонах должна находиться могила Чингиса.

Так что поиски могилы Чингисхана дело совсем не для ди­ летантов. Сами монголы вовсе не по-дилетантски подходят к исследованию своей страны, но у них нет средств для при­ обретения высоких технологий для ведения археологиче­ ских

поисков. Такие технологии стали доступны только по­ сле падения коммунизма в 1990 году. Первыми воспользова­ лись открывшимися возможностями японцы, выступившие с проектом «Триречье», тем самым, который использовал ра­ дар для исследования древней монгольской столицы Авра- ги. Поскольку спонсор четырехлетнего (1990-1993 годы) проекта газета «Иомиури Симбун» хотела оправдать затраты широкой паблисити, проект рекламировался направо и на­ лево. Согласно введению в доклад, подготовленный видным японским археологом Намио Эгами, объявленная цель про­екта - обнаружение могилы Чингисхана - была «настолько важна, что могла положить начало новой истории мира». На­ звание проекта дали три реки, истоки которых находятся в землях предков Чингиса, - Керулен, Онон и Туул, - и это было гигантское предприятие — около 50 участников, про­ никающий под землю радар, великолепные фотокамеры и самый современный геодезический инструмент, куча ма­ шин и вертолет. Перед таким финансовым обеспечением не мог устоять Институт географии Монгольской академии на­ ук и дал согласие на осуществление проекта, предложив свою помощь.

К работе приступили в 1990 году, и с самого начала все де­ лалось сумбурно, без четкого плана и продуманной последо­вательности действий. Первым делом экспедиция обоснова­ лась, конечно, в районе Бурхан Халдун/Хан Хентей. Подойдя снизу, японцы обнаружили давно уже обнаруженные разва-

лины храма Камала. Спустившись на вершину с вертолета и проведя там час времени, они констатировали существова­ ние 200—300 каменных пирамидок, которые были описаны Шубертом (это означает, что никто из участников проекта не читал отчета Шуберта). Они не обнаружили там или где- нибудь еще никаких следов древнего захоронения, что и не­ удивительно, если вспомнить, что они подошли к осмотру места столь поверхностно. Никто из японцев не попробовал спуститься к подножию горы или подняться от него к вер­ шине и поэтому не видел «ям», описанных Шубертом и нахо­ дящихся на среднем уровне горы.

Японская экспедиция нашла удивительное количество разного рода могил и артефактов в разных местах — но только не на Бурхан Халдуне, и нет ни намека на период, предшествующий XIII веку. С точки зрения археологии в це­ лом четыре года исследований, проведенных по проекту «Триречье», имели очень важный результат, показав, какое девственное поле лежит перед исследователями в Монголии. Если же судить с позиций поставленной цели, то проект за­ кончился полным провалом. Огромные затраты вряд ли оку­ паются сообщениями о сотнях малозначительных тюркских могил и подробным, но не имеющим отношения к делу опи­ санием местности с использованием спутников, аэрофото­съемки и радара. Экспедиция должна была представить ре­ зультаты раскопок — «артефакты-реликвии, сохранившиеся под толщей земли» и представляющие собой «мировую цен­ ность». К счастью, два места оказались потенциально много­обещающими. Одним из них была Аврага, дочингисова сто­ лица Монголии — важное место, которое доклад проекта «Триречье» превозносит смелым и абсолютно необоснован­ ным выводом: «Почти с полной очевидностью можно гово­ рить, что могила Чингисхана расположена в этом районе». Второй возможный источник «сокровища» совершенно удивителен — огромная каменная стена, огораживающая трехкилометровый участок кряжа в близлежащих горах. Me -

560

361

ДЖОН МЭН

ЧИНГИСХАН

стные жители называют ее Стеной Дающего, и она, скорее всего, не имеет никакого отношения к Чингису. Тем не менее доклад проекта «Триречье» совершенно безапелляционно утверждает, будто «как представляется, Чингисхан был пре­ дан земле где-то /в Стене Дающего/». Доклад пестрит следа­ми столь же небрежных исследовательских работ: Йоханне- са Шуберта называют «Ю. Шуберт», а Худо Арал Ходо превра­ щен из участка земли в князя, написавшего «Тайную историю» и «организовавшего похороны Чингисхана». По­ трачено столько средств, а в результате на право называться местом захоронения Чингиса с одинаковым пылом реко­ мендуются два разных места, и при этом опущено наиболее вероятное, абсолютно никаких новых сведений о похоро­нах Чингиса не получено, и весь проект сочится велеречи­вым дилетантством.

Самым странным упущением было то, что не

стали по-на­ стоящему исследовать место, которое является наиболее ве­ роятным местом захоронения, сам Бурхан Халдун/Хан Хен- тей. Этот момент никак не объяснен в докладе экспедиции. Очень странно, ибо тот факт, что наиболее обеспеченный в финансовом отношении исследовательский проект полно­ стью игнорирует самую важную в истории Монголии мест­ ность, представляется мне ошибочным, некомпетентным, а его выводы намеренно искаженными. Ряд экспертов говори­ ли мне, что ошибка была преднамеренной и была сделана по настоянию монгольского правительства. «Власти решили, что проект «Триречье» никаких могил не найдет». Если это так, то такой приказ — следствие широко известного пред­ сказания, что если будет найдена могила Чингисхана, то на­ ция пропадет. Есть люди, которые воспринимают такое предсказание вполне серьезно. Мне говорили, что монголь­ скому члену проекта буквально угрожали смертью, если команда станет исследовать южные склоны. Никаких доказа­ тельств, естественно, не существует, никто сам об этом фор­ мально не сообщал. Но слбва здесь, слуха там было доста-

362

точно. Все это предприятие было обречено с самых первых шагов, уже тогда подкидывалась мысль, что у японцев за па­ зухой совсем иные цели, они будто бы занимаются геолого­ разведкой с помощью космических спутниковых техноло­гий. Сплетни, слухи, иностранные деньги и национальная гордость — вот вам рецепт коктейля, который лишает ума тех, кого им потчуют.

Прекращение проекта «Триречье» открыло дорогу самому недавнему, самому решительному и, вероятно, наиболее разрекламированному искателю могилы Маури Кравицу, финансисту из Чикаго. Кравиц увлекся Чингисханом и Мон­голией с момента, как ему в руки попалась классическая био­ графия Чингисхана, написанная 40 лет назад Гарольдом Лэмбом, и теперь у него одно из самых богатых в мире соб­ раний книг по этому вопросу. Он собрал 5,5 миллиона дол­ ларов, создал консультативный совет и подписал контракт с Институтом географии, тем самым, который поддержал проект «Триречье», получив эксклюзивные права на поиск могилы, о чем сообщил целым шквалом рекламы в августе 2001 года.

Место, которое он выбрал для раскопок, Стена Дающего, само по себе нечто замечательное. Это со вкусом выбранное место в одной из боковых долин в стороне от равнины, кото­ рая уходит к северу от древней столицы Авраги в глубь ко­ ренных монгольских земель, оставляя главный массив гор Хентей к западу. Когда мы туда добрались, Хишиг, Баатар, Гойо и я, работы на классическом профессиональном рас­ копе шли полным ходом. Рядом, обнесенная оградой, распо­ лагалась база экспедиции — пять отличных однокомнатных и двухкомнатных домиков, четыре юрты и с десяток автома­ шин.

За домиками начинался кряж двухсотметровой высоты, покрытый редкими елями и высовывающимися наружу, как голое плечо, огромными валунами на более крутых участках

363

ДЖОН МЭН

ЧИНГИСХАН

склона. Главный объект этого места — гигантская стена, ог­ раничивающая полукруглый участок кряжа трех километ­ ров длиной. Я поднялся на вершину кряжа и с восхищением огляделся: стена представляла собой исключительный об­ разчик кладки без раствора, высота стены была 3—4 метра, стена для большей устойчивости отклонялась на несколько градусов вовнутрь с внешней стороны и опиралась на на­ клонную насыпь из более мелких камней, образуя треуголь­ ный в разрезе вал. На том участке, где я прошел, камни внеш­ ней стороны стены были необработанными, словно их по­ ставили на место прямо из каменоломни. Некоторые могли быть подняты одним человеком, большинство требовало усилий двух-трех человек, некоторые нужно было подни­ мать целой командой. По грубым подсчетам, внешняя часть стены состояла из нескольких сотен тысяч крупных глыб и около 10 000 кубических метров камней поменьше, которые укладывались в опору стены. Впрочем, стена одинакова не на всем протяжении. На вершине стена представляла собой немногим больше, чем простой вал из булыжников и гальки, заполнявших промежутки между выступами каменной по­ роды и большими монолитами. Как бы там ни было, но строительство такого циклопического сооружения должно было потребовать целой армии рабочих рук и немало лет.

Что это такое и для чего? Это не крепость, в стене нет во­ рот, нет никаких оборонительных укреплений, нападаю­ щие без труда могли бы растащить по камешку всю стену — камни легко вынимаются из кладки. Без въездных ворот это сооружение вряд ли могло быть городской стеной. И место расположения по меньшей мере неудачное — многие сме­ нявшие друг друга культуры в Монголии строили города на равнине, где жители могли иметь широкий обзор вокруг. Здесь же горизонт был сужен гребнями гор и деревьями. По одному несколько эксцентричному предположению, это могло быть загоном для скота, но стена с плоским верхом,