Чипсы
Шрифт:
– - Она закончила институт и работала конструктором на фабрике игрушек, ты же мама - закончила медучилище, а тётя Лена вообще - недоучка, отучилась на бухгалтерских курсах и всё.
– - Но мы делаем дело, у нас - бизнес. А мать твоего любимого - в Москве на заработках. Неизвестно ещё на каких.
Мне надоело это, мне стало противно:
– - Так вот, мама. Это ты сошла с ума, мама. Ты посмотри на себя. Как ты общаешься с людьми? Как ты отзываешься о людях? Ты бы видела себя, когда ты вся, в джинсах в обтяжку, выходишь из машины! Ты бы видела свою гнусную
– - Высокомерную?
– оторопела мама.
– -Это ты мне говоришь - высокомерную?! Да я в больнице была самой предупредительной медсестрой!
– - Я не об этом. Это ты и сейчас милая. С больными, со стариками. Это я не говорю. Но!
– - Что "но"?
– - С Пропаной Ивановной как ты общаешься, точнее -- не общаешься? Высокомерно! Она занимается со мной бесплатно, а ты, встретив её на улице, не здороваешься!
– - Она занимается с тобой за бассейн и такси. Это деньги, и немалые
– - Но репетитор сейчас стоит как минимум пятьсот. Как минимум.
– - А такси?
– - Всё равно это дешевле. Она занимается со мной почти каждый день, а ты ей ни разу за пять лет "спасибо" не сказала.
– - Что тебе от меня надо? Я не понимаю, - скалилась мама.
– - Ничего. Это тебе от меня было надо. Это ты выложила передо мной распечатку. Ты за мной следишь!
– - Распечатка -- это папа. Мы живём в опасном городе. На тебя могут напасть из-за папы, поэтому распечатка, -- убеждала меня мама.
– И потом, мы с папой очень расстраиваемся из-за того, что ты - шляешься по мужикам.
– - Ты говоришь, что я шляюсь, я тебя позорю. А сама - ты посмотри на себя. Как ты-то меня опозорила!
– - Когда?
– - Да, господи! Во втором классе. Ты же сейчас порвала те заявления и постановления.
– - Я защищала тебя!
– заорала мама.
– Ты не представляешь как мы все переживали. Из-за этих ужасных детей.
– - В гимназии ужасные дети?! Ты пошла по второму кругу. И я тебе говорю ещё раз: я - ужасная, я тогда напала! Из-за ревности! Из-за любви! Из-за того, что он тогда встал в пару со Златой! Ты же знала, что Дэн и я - дружим. Илька тебе говорил! Ты - не человек, ты агрессивная шавка. Дэн так о тебе и сказал. И он прав. И я тогда повела себя так же. Как шавка.
– - Ты - да. Ты - шавка, -- сказала мама. Ей хотелось меня обидеть.
Я достала пакет с чипсами, хлопком открыла, и начала снова здорова, меня заело, подобно маме я пошла по второму кругу:
– - И зачем нужно было просить ещё тётю Лену лжесвидетельствовать в твою пользу? Без этого никак нельзя было обойтись? Ты просто чокнутая мама, -- хрустела я.-- Ты понимаешь, что ты испортила мне всю жизнь? Ты понимаешь это? Со мной никто в школе не разговаривает, не дружит. А маму Белялова ты до инфаркта довела своим хамством.
Мама встала , поставила руку в бок и сказала:
– - Да. Ну ко-онечно! Я -- хамка.
– - Меня ты этим не удивишь. Мне уже рассказали, что ты так подбочениваешься! Представь себе - девять лет назад ты так уже подбоченивалась. И когда меняна свете не было, ты также наезжала на людей. Илька всё рассказал.
– -
– скалилась мама.
– А о том, что наш папа всё сделал, чтобы её сыну срок дали по минимуму твой Дэн тебе рассказал? Наш папа дела развёл, чтобы их Владику меньше сиделось. Ты это скажи, Дэну своему. Пойди извинись от нашего имени и скажи, что это наш папа скосил ему срок.
– - Но почему вы с папой не извинились тогда? Почему вы попытались очернить маму Дэна?
– - С тобой невозможно разговаривать, -- мама накапала себе валерианы убийственной концентрации, обычно эту валериану у нас брали покупатели для своих родственников больных раком.
– - Я не хочу больше ничего слушать. Бросил он тебя и ладно. Тем более, к ним Владик вернулся.
– - Я уже знаю.
– - Ко-онечно. Ты теперь всё узнаёшь раньше меня. Надо это пережить, Ариша.
– мама вдруг стала разговаривать со мной ласково, как с пациентом: -- Спокойно пережить эту неприятность и спокойно сдавать экзамены, -- мама явно взяла себя в руки, она была стреляный воробей.
– - Да не хочу я это спокойно переживать! Папа и сейчас на работе матерится как тогда?
– - Да не знаю я, -- расплакалась мама.
– Не знаю! Он всё где-то пропадает, наш папа! Все эти последние два года, как ты связалась с Дэном. Наш папа тоже с кем-то связался. Неужели ты не замечаешь?
Мама рыдала, а я смотрела удивлённо и хрустела чипсами. Мне совсем не было жалко маму. Нисколечко. Ничуточки. Я злорадствовала.
– - Осталось две недели Арина. Две недели и вы разбежитесь. Навсегда. Будь хорошей девочкой. Закончи школу. Сдай экзамены! И всё! Понимаешь? Другая жизнь!
– - А выпускной?
– - Да не ходи ты на этот глупый выпускной. И всё. Понимаешь? И всё!
– - Я на ЕГЭ тоже не пойду, -- сказала я.
– - Только попробуй, -- сказала мама.
– Только попробуй.
– - И попробую.
– - Приготовь мне чай.
Я стала готовить маме чай пустырник--мелисса--анис. И даже села пить его вместе с ней. Чай меня моментально вырубил. А ночью я проснулась. Мне привиделся Дэн. Он сидел на сундуке, а вокруг него танцевали куклы. Кукла Алёнушка превратилась в Злату, маленькие пальчиковые куклы соединились и превратились в чипсину, а чипсина - в Макса. Я проснулась и подумала: почему Злата сейчас в школе так мило с Максом? Что она ему наплела? Что она делала причёску маме Дэна? Неужели Макс поверил? Наверное, поверил. Я же не сказала Максу, что видела мужской силуэт в окне. Или сказала? Нет, по-моему не сказала...
Перед первым экзаменом папа долго говорил со мной, увещевал, уговаривал, успокаивал как в детстве.
– - Привыкай к ненависти. Не делай изо всего трагедию. Люди всё забывают, люди - флюгеры, их легко повернуть и так, и этак. Наплюй и закончи школу. У тебя вся жизнь впереди.
"У меня вся жизнь впереди. А как быть с инфарктом, до которого ради меня, моей репутации и из-за моего вранья довели маму Дэна?" -- я хотела спросить об этом папу, но не решилась.