Чистка

Казаков Дмитрий Львович

От подобного совпадения со своими мыслями Сергей даже вздрогнул.

– Словно в чумной город едем, – печально добавила Жанна. – Здесь хоть небо над головой есть, а там – только тьма. Ведь ее даже отсюда видно, с тридцати километров. Колышется над городом огромным облаком, как ядерный гриб.

В сердце скребла тоска, усиливающаяся с каждым километром. Остаток пути маги молчали, а когда въехали в пределы города, с потемневшего, опустившегося неба упали первые хлопья снега. Начиналась метель.

* * *

Когда

Виктор отвел машину, одолженную у одного из друзей, в гараж, и возвращался домой, наступила уже полная тьма. Вовсю бесчинствовал буран. Несмотря на то, что температура воздуха ощутимо повысилась, почувствовать потепление мешал сильный ветер. Он швырял в лицо полные пригоршни снега, и яростно гудел в проводах.

Виктор брел через снежную круговерть. Дома сквозь метель смотрелись огромными кораблями, светящимися разноцветными иллюминаторами. Невыносимо медленно они проплывали мимо и оставались за спиной. Сверху плененными шаровыми молниями проплывали уличные фонари.

Когда вошел в подъезд, то пришлось долго отряхиваться и топать ногами, избавляя одежду и обувь от снега. И в этот самый момент Виктор ощутил беспокойство. Ему почему-то очень сильно не захотелось идти домой, в небольшую холостяцкую квартиру.

Вряд ли его могло ждать там что-то более страшное, чем тараканы на стенах кухни, но тревога с каждой ступенькой нарастала, давила на грудь холодным тяжелым комом.

Дверь постарался открыть бесшумно. Ступил в прихожую, пахнущую обувным кремом, и замер, прислушиваясь. Тикали настенные часы, да доносились из-за стенки крики ссорящихся соседей. Обычные звуки пустого жилища.

Пришла мысль, что все это нервы, не выдержавшие напряжения последних месяцев. Поверив ей, Виктор захлопнул дверь и включил в прихожей свет. Развернулся к вешалке и принялся раздеваться.

Спокойный голос из-за спины произнес раздельно:

– Ну что, ты все-таки пришел.

Виктор напрягся, пытаясь по энергетическим ощущениям определить, где именно стоит собеседник. К большому удивлению, сделать этого не смог.

Но обладатель голоса расценил его неподвижность несколько по иному:

– Не дергайся и повернись! Очень медленно и плавно. Дернешься – пристрелю.

Виктор ощутил в словах собеседника полную уверенность, и решил ему поверить. Очень медленно он повернулся, и встретился с глядящими ему в лицо серыми глазами и дулом пистолета.

Сердце забилось гулко и протяжно. Выглянул откуда-то из глубины души забытый давно страх. Но мгновенно исчез, сменившись холодной, ледяной отрешенностью.

– Что надо? – спросил Виктор спокойно, прикидывая, сможет ли он выбить пистолет.

– Привет тебе от Егора, – сказал вооруженный человек без улыбки. – Деньги надо было вовремя отдавать.

Палец убийцы напрягся, нереально медленно двинулся курок.

В голове Виктора что-то щелкнуло, и мир вокруг

исчез, распавшись на сверкающие полосы. Грохот, словно от взрыва, безжалостно ударил по барабанным перепонкам. Но, к собственному удивлению, Виктор расслышал сквозь него изумленный человеческий вскрик.

Лицом он лежал в чем-то мокром и холодном. Голова кружилась, словно большая юла, а в ушах отдавался тонкий свист.

Через несколько минут Виктор понял, что свистит ветер, а лежит он навзничь в снегу, раскинув в стороны руки и ноги.

Головокружение прекратилось, и он смог встать на четвереньки, затем на ноги. Отер мокрое лицо и огляделся.

Виктор стоял по колено в сугробе. Шагах в пяти впереди был забор, деревянный, старый, почти до половины высоты заметенный снегом. За ним виднелись деревья маленького сада. Справа темнело какое-то небольшое строение, скорее всего, сарай или гараж. Слева была глухая кирпичная стена небольшого дома, похожего на деревенский.

Виктор развернулся, причем снег под ногами сопровождал каждое движение отвратительным скрипом. Теперь стало видно, что выброшенный из квартиры, он неведомым образом попал в небольшой тупичок, выходящий хоть на узкую, но все же освещенную улицу.

Отряхнулся, застегнул одежду. Размышления о том, каким образом сюда попал, отложил на потом. Главное – что жив, и первое, что надо выяснить – где он оказался.

Когда выбрался на улочку, то обнаружил, что там совершенно пустынно. Тянулись двумя рядами похожие одноэтажные дома, изливая из окон тусклый желтый свет, и выл меж ними ветер, то и дело формируя из снега маленькие смерчи.

Пожав плечами, Виктор зашагал в правую сторону, и вскоре на одном из домов обнаружил табличку, на которых обычно пишут адрес.

"Яблоневая, 65" – значилось на ней. Название улицы показалось знакомым. Виктор потер лоб, пытаясь вспомнить, где его слышал. После некоторых усилий установил, что подобная улица должна быть в крайнем южном пригороде, носящем название Свибирево. Это объясняло отсутствие высоких домов и автомобильных шумов, неизбежных в оживленных районах.

Осталось только найти путь туда, где ходит транспорт. Виктор яростно почесал затылок и зашагал в наполненный снежным крошевом полумрак, ориентируясь исключительно на указания интуиции.

* * *

Поездка ужасно изнурила Сергея, и по приезде он почти час отмокал в ванной, согреваясь и восстанавливая силы.

Потом наладился спать, надеясь дать отдых измученному организму. Но сон не шел. Каждая клеточка вопила от усталости, болела голова, но расслабиться и провалиться в забытье никак не получалось.

Промучившись примерно до полуночи, он сдался. Включил свет, взял первую попавшуюся книгу, что оказалась сборником рассказов Джека Лондона, и погрузился в чтение.