Чучело
Шрифт:
— Ты что хулиганишь? — набросилась она на Вальку. — Ах ты шпана бессовестная!
— Тетя Клава, я не в вас, — оправдывался Валька, увертываясь от тети Клавы. — Я в нее! — Он показал на Ленку: — Она змея. Нашипела!
— Ничего не понимаю, — все еще раздраженно сказала тетя Клава. — Что у вас происходит?
— Она гадина, а ты делаешь ей прически! — закричал Рыжий и хотел садануть Ленку.
— Ты что?! — Тетя Клава была в ужасе. — Толик!.. — Она схватила сына за руку.
— Не мешай нам! — Рыжий вырвался из рук матери.
— Мы же просто
Валька и Лохматый схватили Ленку и потащили, ее куда-то в сторону. Ленка упиралась. Она боялась уходить от тети Клавы.
— Подымите ее! — приказала Железная Кнопка.
— И несите как принцессу! Она же у нас красавица, — Шмакова засмеялась. — Рот до ушей, хоть завязочки пришей! — Крикнула Попову: — А ты чего застыл?
Попов бросился на помощь Лохматому и Вальке, и они пытались втроем поднять Ленку.
Та отчаянно сопротивлялась, и колечки волос метались и прыгали у нее на голове.
— Димка-а-а! — сорвалась Ленка.
Она закричала таким же истошным голосом, как на игрушечной фабрике, когда испугалась их звериных масок. Но на этот раз на ее отчаянный и печальный зов Димка не откликнулся.
— А ну оставьте ее! — решительно вмешалась тетя Клава, расталкивая ребят. — Что за дурацкие игры! Вы ей прическу испортите!
И вдруг Васильев бросился на помощь тете Клаве — откуда сила взялась! — раскидал в разные стороны Лохматого, Рыжего, Вальку и Попова и с криком: «Девчонок не бить!» — вырвал Ленку из рук ребят.
Ленка оттолкнула Шмакову, которая стояла у нее на дороге, и побежала… Пересекла площадь и скрылась за углом.
Все остальное произошло в одно мгновение. Лохматый сбил с ног Васильева. Миронова бросилась вдогонку за Ленкой, а остальные с криком и свистом унеслись за нею.
— Толик! — закричала тетя Клава. — Вернись!.. Толик!..
Но Толик, конечно, не вернулся, увлекаемый злым ветром погони.
Тетя Клава печально покачала головой:
— Вот несчастье, не попали в Москву. Поди попробуй пойми их. Кто прав, кто виноват?.. — Она посмотрела на Васильева. — Ты не знаешь, за что они так на нее?
— Не знаю, — мрачно ответил Васильев, отряхиваясь после падения.
— Я так и думала… Вы все всегда ничего не знаете. — Тетя Клава скрылась в парикмахерской.
И тут вновь появился Димка… и увидел Васильева.
— А где остальные? — спросил он, едва отдышавшись.
— Остальные?.. Известно где. Бессольцеву погнали.
— Погнали?.. Эх, черт, не успел я, — сказал Димка. — А то у меня был к ним один разговор…
— Про Бессольцеву? — спросил Васильев.
— Про нее, — небрежно и самоуверенно ответил Димка. — Я бы им все карты перепутал.
— А что хотел сказать? — заинтересовался Васильев.
— Пока секрет, — Димка победно ухмыльнулся.
— Значит, ты ей поможешь? — обрадовался Васильев.
— Конечно, помогу, — кивнул Димка.
— Неужели она предатель? — Васильев в сильном волнении посмотрел на Димку.
— А ты не веришь? — осторожно спросил Димка.
— Факты — вещь
— Она тебе нравится? — вдруг спросил Димка.
Васильев смутился — круглые большие глаза за толстыми стеклами очков отвернулись в сторону.
— Молчишь? — продолжал Димка. — Значит, нравится.
— Миронова чокнулась: раз виноват, то расплата. Лохматый рубит, как гильотина.
— И чего они на нее так взъелись? — осторожно спросил Димка.
— Не на нее, а на предателя. Они никому бы этого не простили. — Васильев криво усмехнулся: — Даже тебе!
— Ну, я-то их не боюсь, — ответил Димка и вдруг почему-то добавил: — Послушай, Васильев, а может, ей лучше уехать?
— Уехать? — Васильеву это предложение явно не понравилось. — Совсем?!
— Ну ты даешь, — сказал Димка. — Человек погибает, а тебе, видишь ли, расставаться с нею неохота. — Он замолчал, задумался. — Я бы ей обязательно об этом сказал. Но мне неудобно… Слушай, Васильев, сделай это ты! Надо же ее выручить.
— Вот дура! — сказал Васильев. — Ну зачем она это сделала? — Он посмотрел на Сомова: — Ну зачем?!
В это время издалека, откуда-то сверху, из чистого, прозрачного высокого неба, какое бывает только в сухой погожий осенний день, донесся крик:
— Чу-че-ло!
— Пре-да-тель!..
Димка и Васильев переглянулись.
— Мы здесь сидим, беседуем… А ее, может, тал колотят! — вдруг крикнул Димка и бросился бежать.
Васильев сорвался за ним следом.
Глава десятая
— Ты представляешь, — сказала Ленка, — они гнали меня по городу. На виду у всех. Бежать мне было трудно… Тебя никогда не гоняли, как зайца?..
Николай Николаевич промолчал, хотя его тоже гоняли и он знал, как это трудно. Во время войны он бежал из плена. Его отправили на полевые работы куда-то под Гамбург, и он снова бежал. Утром в лесу его обнаружили дети, он заснул от слабости или, может быть, просто потерял сознание от голода. Он проснулся от неясного шороха и тихого разговора по-немецки. Открыл глаза и увидел детей — они были вооружены палками. Он попытался улыбнуться им, встал и, не оглядываясь, пошел по лесной тропинке. А они загалдели, ринулись следом, забегая вперед и толкаясь позади него. Тогда он побежал, а они засвистели и заулюлюкали, победно размахивая палками. И так они гнали его, пока он не упал.
— Вот ты и не знаешь, что это такое, когда тебя гоняют, как зайца. А получается, раз побежал — значит, виноват. Теперь я ученая — надо отбиваться, если даже их много и тебя бьют. Но бежать нельзя. Тогда я этого не понимала и побежала.
А они меня гнали:
«Чу-че-ло-о-о!»
Прохожие смотрели на меня: каждому охота поглазеть на чучело. Тогда я переходила на шаг, ну чтобы получилось, что вроде бы не я убегала и вроде бы не мне кричали.
Один раз они меня нагнали, и Валька схватил меня за руку. Но я вырвалась и вбежала в нашу улицу. А вся эта стая — за мной!