Чудовищ нет

Бурносов Юрий Николаевич

– Вон он, – показал Стасик. – Гараж как гараж, насмотрелась?

– А где твой папа видел страшилку?

– Да тут где-то… Вон в стенке дырок сколько. Да и не все ли равно, причудилось человеку, с кем не бывает…

– Я ж говорил, не надо было идти. Мы вроде про пиво говорили? Или я че-то спутал? Или мне показалось?

– Сейчас, – сказала Лорка, подошла к забору и посмотрела сквозь дыру на кладбище. Потом легко подтянулась на руках, перемахнула на ту сторону, только кружева мелькнули. Сделала она это как-то очень целомудренно,

хотя юбка была короткая.

– Оп-па! – сказал Стасик. – Спорт!

Лорки не было минуты три. Наконец над забором появилась ее голова, и тем же манером она вернулась к нам.

– Ну, как там? Кости гложет красногубый вурдалак? – поинтересовался Стасик.

– Сглодал уже все, – буркнула Лорка.

Она выглядела озабоченной, но ничего рассказывать не стала, отряхнула идеально чистую с виду одежду и пошла вперед. Мы переглянулись и поспешили за ней.

Ларек с лирическим названием «Колокольчик» находился неподалеку – за гаражами, откуда начиналась улица Салтыкова-Щедрина. В кустах шиповника возле урны лежал мордой вниз пьяный со спущенными штанами, и мне стало за него стыдно. Слава богу, Лорка не обратила никакого внимания на обращенную к небесам волосатую задницу. Я пошарил в карманах, но Стасик великодушно выложил полтинник, заметив небрежно:

– Дивиденды от батяни. Гуляем.

– На полтинник разгуляешься… – пробормотал я, покупая три бутылки «Славянского» и воблу.

Мы сели на лавочку под березой, я откупорил пиво брелоком-открывашкой и принялся чистить рыбину, сухую и ломкую, словно осенний лист.

– Первое сентября… – задумчиво сказала Лорка. – Опять учиться.

– А ты раньше где училась? – спросил Стасик, ковыряя пробку ключом. Открывашками он почему-то из принципа не пользовался.

– В Киеве.

– Так ты украинка?

– Почему? – Она протянула мне пиво. – Открой, пожалуйста.

– В Киеве училась, жила. Мы ж теперь разные государства.

– У меня было российское гражданство. – Лорка в белых праздничных кружевах приняла у меня бутылку и отпила глоток. – Холодное… Так что я ничего не меняла, как была гражданка Российской Федерации, так и осталась.

– Э! Э! – прикрикнул я. – Куда икру выковыриваешь всю?!

– Я не всю… Ну, и как там в Киеве? – не унимался Стасик.

– Нормально.

– А чего уехали?

– Родители… – неопределенно пожала плечами Лорка.

– А чего тебя на кладбище понесло?

– Просто так. Интересно. – Она сделала еще глоток.

– Слушай, кончай цепляться, – сказал я. – Кладбище и кладбище, ты вон в прошлом году картинки со стенок в туалете кинотеатра «Старт» перерисовывал.

– Лорка с интересом уставилась на Стасика. Тот покраснел и проворчал:

– Это научный интерес. Я изучаю граффити.

– Ну-ну. – Я заулыбался.

– Мог бы и не вспоминать.

– Чего же? Одним интересно на кладбище сходить, другим – в туалет, да еще и за картинками. Так что утихни.

Стасик

утих, но явно обиделся на меня – нечего, мол, языком болтать. Я и сам пожалел, что брякнул про туалет, но и на Лорку наезжать не стоило. Кладбища – вещь в самом деле интересная, что есть, то есть. Особенно когда философски подойдешь.

Мы еще некоторое время развлекали Лорку рассказами о том, как физичка Мариша заснула в лаборантской и проспала урок, а ее там еще и приперли на всякий случай партой, и как физкультурник Иван Пятрович – он так говорил сам, напирая на «я», – показывал навыки лазанья по канату, а канат оторвался от крюка в потолке, и Пятрович сверзился. В итоге сошлись, что школа у нас хорошая и Лорке очень даже не повезло бы, попади она в другую.

– За первый учебный день, – сказал Стасик, допивая пиво. – Еще по одной?

– А деньги? У меня червонец с мелочью.

– У меня еще осталось. – Лорка показала бутылку, где плескалась примерно треть.

– У меня ноль, – пожал плечами Стасик. – Можно домой метнуться, взять… Зря сразу не подумали.

– Да ладно вам, – поморщилась Лорка. – Алкоголики.

– От пива алкоголиками не бывают! – возмутился Стасик.

Он нашел среди рыбных очистков плавательный пузырь, быстренько обжарил его на огне зажигалки и сунул в рот.

– Бывают. Есть даже термин такой – «пивной алкоголизм», когда человек без пива не может.

– Я тоже читал, – поддержал я.

На самом деле я о таком не слыхал, но хотелось помочь Лорке. Стасик под нашим напором сдался и заявил:

– Тогда пошли на футбол. Сегодня с тамбовским «мясом» играют.

– С каким еще мясом? – не поняла Лорка.

– «Спартак» так называют, – пояснил я. – Не слыхала, что ли? А на футбол мы бесплатно пройти можем, у нас там знакомый работает, на стадионе.

– А во сколько матч?

– В пять вроде как должен начинаться. – Стасик посмотрел на часы. – Фигня идея. Что до той поры делать? По городу ходить? Весь день, считай, впереди.

– Тогда купим вина, – сказала Лорка.

Мы со Стасом воззрились на нее с дичайшим удивлением, которое она поняла правильно и, вытащив из карманчика на переднике пятисотрублевую бумажку, торжественно помахала ею перед нашими носами.

– Гля, четко! – сказал Стасик. – И все можно прос… прокутить?

– Не все. Но вина выпить можно.

Мне было как-то неудобно, но потом я подумал, что Лорка полноправный и равноправный товарищ, чего бы ей и не потратиться?

– Нормально, – согласился я.

– А куда пойдем?

– Да куда угодно, – замахал руками оживившийся Стасик. – Сейчас народ из школы повылезет, все пить начнут за первое сентября… Надо скорей места в шатрах занимать.

– В шатрах, – скривилась Лорка. – А поинтереснее?

– В кабак, что ли?

– Нет. Какое-нибудь красивое место, интересное.

– Проклятое, – улыбнулся Стасик.