Чуть выше неба
Шрифт:
– Приветствую высоких гостей в моём доме, - собственное тело выдало ещё один сюрприз - голос даже не дрожал.
– Прошу принять искренние извинения. По некоторым причинам я не смогла лично встретить вас. Но, надеюсь, вы довольны нашим гостеприимством и...
– Да как у тебя язык поворачивается, отродье змеиное?!
– перебил её старый Кайран.
– Это не твой дом! И не смей пачкать его...
– Благодарю вас, аэра, - видимо, Натери тоже не считал, будто перебивать невежливо.
– Мы всем довольны. Ваш дом встретил нас теплом и хлебом.
– Это не её дом!
– взвился
– Разве не вы говорили, будто отныне Ланары - это «они», а Кайраны - «мы»?
– ещё тише поинтересовалась Лан, глядя только на господина Островов.
В голове у девушки что-то тихонечко звенело, словно в ухо комар залетел.
– Как ты смеешь причислять себя к нашему роду, мужеубийца?!
Казалось, ещё немного и свёкор начнёт брызгать слюной. А, может, уже и начал. Лан его только краем глаза видела. Заметила, что он приподнялся в кресле, опираясь дрожащими руками о широкие подлокотники.
– Мой супруг, слава духам, ещё жив, - спокойно отозвалась аэра.
– По крайней мере, мне не докладывали о его смерти.
– Он искалечен! Мой сын неподвижен, как бревно! Мой единственный наследник! Это ещё хуже смерти!
– Я не желала и не желаю своему супругу смерти, - твёрдо сказала элва.
– Надежда остаётся, пока бьётся сердце. И молю духов, чтобы они были благосклонны к Сарсу.
А вот тут Лан не солгала и на полногтя. Умри муженёк - и можно смело самой прощаться с жизнью. Хотя она и сейчас висела на волоске. Но пока он дышит, ещё оставалась надежда оправдаться. Впрочем, врать сегодня девушка вообще не собиралась. Поговаривали, что некоронованные короли обладали даром ложь чувствовать. Будто сам Архипелаг им эту силу давал. Так оно или это очередная бабья байка, аэра проверять не собиралась. Не на собственной шкуре.
– Ты, лицемерная, мелкая!...
– свёкор всё-таки начал плеваться - брызги до Лан долетели.
Но она даже руки не подняла, чтобы утереться. По-прежнему смотрела только на Натери.
– Хватит, - господин островов легонько хлопнул ладонью по подлокотнику кресла.
– Мы сюда тащились не для того, чтобы вашу брань слушать. Кайраны свою версию уже озвучили. Что теперь ты скажешь, женщина?
Почему-то это обращение резануло по ушам. Раньше её «дева» называли. Да, со времён девичества много воды утекло.
Лан сглотнула сухим горлом.
***
В зале и до этого момента шумно не было. Сейчас же элвы вокруг девушки и вовсе замерли, боясь, кажется, даже пошевелиться. На миг Лан примерещилось, что за её спиной вообще никого нет - пустота. А, может, и обрыв - она стоит на самом краю.
– Я не буду свидетельствовать!
– громко и чётко, так, чтобы все услышали, выговорила аэра Кайран.
Миг тишина ещё повисела. Но всего лишь миг. Потом воздух сзади сгустился, став плотным, толкнул девушку в затылок недовольным и недоумённым гулом. До криков дело не дошло, но ответ элвы публике явно не понравился.
– Вот видите? Видите? Она сама признаёт свою вину! Ей нечего сказать в защиту!
– старый Кайран стесняться не стал, завизжав не хуже базарной торговки.
Натери поднял руку. Что там ни говори, а был он всё-таки самым настоящим королём. Подчинились его властному
– Почему ты отказываешься нам рассказать?
– спросил господин, глянув на обвиняемую брезгливо.
По крайней мере, ей так показалось.
– Потому что моим словам никто не поверит, - ответила Лан и только тут поймала себя на том, что стоит, сложив руки на груди и выставив правую ногу вперёд. Не слишком женственная поза, да и покорности в ней немного. Но дёргаться ещё хуже.
– Только это не значит, что у меня нет свидетелей. Велите послать слугу. Пусть принесут факел из моей комнаты. Он в большом сундуке, на самом дне.
– И что это за факел?
– уточнил король, кивнув кому-то за спиной аэры.
– Он горел в тот вечер в коридоре, а смола ещё осталась. И если её разжечь, то любой из клана Шепчущих с Огнём сможет узнать, что пламя видело, - по залу опять прошёл лёгкий гул, впрочем, тут же затихнувший.
– Я надеялась предстать перед вашим судом. Потому и спрятала факел. Впрочем, другие светильники до сих пор горят в коридоре. Они, наверное, тоже помнят, хоть и хуже. Кроме того, тут присутствуют элвы клана Повелевающих Камнем. А стены дома сложены из песчаника. Но свидетельству союзников моего отца, боюсь, род Кайранов не поверит. Другое дело ваше слово, господин.
Лан поклонилась - коротко, по-мужски. Чего уж там! Поздно первое впечатление производить.
– Она лжёт!
– крикнул старик, но без прежней уверенности.
– В чём же?
– удивлённо приподнял рыжие брови старший Натери.
Глава Кайранов на это ничего не ответил. А что тут скажешь? Мол: «Вашему слову я тоже не верю, государь?». Ну, давай, скажи! Особенно когда у самого рыльце в пушку.
Государь Архипелага даже Мудрых звать не стал. Сам принял у слуги уже зажжённый факел. Откинулся на спинку кресла, зажав черен между колен и обняв ладонями закопчённую чашу. Прикрыл глаза, что-то нашёптывая. В зале стало так тихо, что Лан расслышала перебранку слуг. На кухне, наверное.
– Там ещё женщина была?
– нараспев, как будто в полусне, протянул Натери.
– С такими роскошными... Красивая аэра. Кто это?
– Это наша гостья, которая готова свидетельствовать о попытке убить моего сына!
– поспешно выкрикнул старик.
– Это любовница моего мужа, которую он из столицы привёз. По крайней мере, мне так кажется, - спокойно пояснила Лан.
– Да уж, таких роскошеств у местных не водится, - хмыкнул рыжий король и резко открыл глаза, словно очнувшись.
– Я имел в виду, драгоценности и платье, конечно, - добавил он, неловко ёрзая в кресле.
– Наряд и...
– Лан всё-таки не удержалась, съязвила, - ... и остальные роскошества её собственные. А драгоценности мои. Супруг отдал их, как и многие другие вещи из моего приданого.
– Да как ты смеешь?
– опять взвился Кайран.
– Мой сын...
– Твой отпрыск, как и ты сам, я смотрю, очень вольно обращается с нашей Правдой, - нахмурился Натери.
– Или вы больше не считаете себя сыновьями Архипелага? Хочешь искать справедливости у их королевы?
Старик помялся, но всё-таки ответил.