Чужак
Шрифт:
Наклоняю ее прелестную головку к себе и губами ловлю ее ротик. Какие нежные и мягкие у нее губы.
– Арна, – шепчу я, пытаясь поймать ее язычок, – я сейчас отведу тебя наверх, сорву это прекрасное платье, брошу на кровать и начну развращать как невинную пастушку.
Не переборщил? Нет вроде. Арна тает в моих руках. Перевод левой руки с ее чудесной попки к не менее чудесной груди. Взвешиваю в ладони, черт, не помещается. Теперь завершающий штрих. Целую ее шейку и медленно передвигаюсь губами к нежному ушку.
Самое интересное, что я абсолютно честен. Мне действительно плевать, сколько ей лет. Выглядит она на двадцать пять, а остальное меня не интересует, как и средства, которыми было это достигнуто. Скальпель пластического хирурга или магия потрудилась мне действительно безразлично. Кто сказал, что силиконовая грудь хуже натуральной? Тем более, что никакого силикона нет и в помине. Плевать, что она может убить меня любым способом, пришедшим в ее прелестную голову. Я понимаю, что чувствуют местные мужчины, общаясь со столь опасными созданиями. Понимаю головой, но не сердцем и, тем более, самым важным для мужика органом.
Так, а теперь пора заканчивать, еще несколько телодвижений и вздохов разошедшейся и забывшей, где находится, Арны и я разложу ее прямо здесь. Я же не железный. Такая девушка и импотента моментом вылечит.
Громкий свист и вопли восторга прерывают пикантную ситуацию, и обламывают мою разошедшуюся, больную фантазию.
Арна прячет покрасневшее лицо у меня на плече. Осматриваюсь. Твою. Это что тут, бесплатное представление? Кажется, все собрались вокруг меня и Арны. Развлечение, блин, нашли. Ну никакой личной жизни.
– По ихним меркам то, что вы вытворяли с Арной в углу, тянет на шоу в стриптиз баре.
Понял "Я". Надо спасать ситуацию и репутацию девушки. Чем же отвлечь внимание от Арны? Комментарии сыплются со всех сторон, вгоняя ее в еще большую краску. Особенно старается Яг Топор. Вот уж радости полные штаны. Скоро он из них, кстати, выпрыгнет от восторга. Так, Арну за спину, мой выход на сцену.
– Охотник должен быть всегда охотником. В погани или в Белгоре безразлично. А то там могу, а там не могу, несерьезно. Тебя, Яг, это касается в первую очередь.
Удалось, теперь все ржут над Ягом. Выпускаю Арну из-за спины и в толпу ее, в толпу. Яг не знает, что ему делать, смеяться или сконфузится. Сам виноват. Наверняка ты внимание привлек к нашему интиму.
– Вот когда добычу возьмешь, тогда и станешь настоящим охотником, а не охотником за юбками, – пытается перевести стрелки Яг.
Типа уел меня, ответить то нечем. Стоп. Вот черт, я и забыл. Узелок то у меня в сумке для добычи.
– Кстати, на счет добычи. Взяли ее мы в погани. Матвей, мешок для добычи не принесешь?
Смешки прекратились. На лицах недоумение.
– Раньше нужно было думать.
Когда, Арну спасать надо было.
– Вечно из-за баб…
Заткнись.
Озадаченный Матвей выносит абсолютно чистый мешок и кладет его на стол.
У него, что вдобавок к магазину одежды в подполе еще и прачечная?
Подхожу к столу.
– Посмотрим, что мы в погани добыли, – говорю я, открывая мешочек.
– Влад, – говорит Гил, – все, что взял в погани, а тем более с тела, твое, такие правила. И так за спасение, нам до конца жизни расплачиваться.
– Он прав, молодой человек.
Ну не хотите, как хотите. Блин, зрители кругом толкаются. Любопытные вы наши.
Развязываю узелок и на стол выкатываются три небольших, с горошину размером, розовых камня. Общий вздох.
Молчание.
– Влад, – осторожно спрашивает Матвей, – где ты это взял?
– Хор.. Мясник с Рувом за камень боли расплатился.
– Наверно не только за один камень. Скорее всего, тут оплата за остальные, которые он должен был сделать. Не постоянно же ему ездить и отдавать их по одному.
– Значит, хорошо, что я его прикончил.
– Очень хорошо, – задумчиво кивает Кар, – значит, Граю понадобилось много камней для какого-то дела, а ты ему весь план поломал. Камни могут делать считанное число колдунов. Пять, шесть не больше. Теперь Граю придется с другими контакты налаживать. Хорошо. Очень хорошо.
– Что, так много это стоит?- удивленно спрашиваю я.
– Нет, не много, – усмехнулся Матвей, – очень много.
– Лис, – сказал в окружающую нас толпу Кар, – сколько могут сейчас стоить такие слезы Таии?
Невысокий, тщедушный охотник подошел к столу и начал вертеть камни в крупных руках.
– Гляди, еще один гном.
Думаешь?
– Уверен, – с апломбом заявил "Я". – Один в один Дорн, а он тоже охотником по молодости лет срок канал.
Лис покрутил камни и посмотрел на меня.
– Если продавать сейчас, стоить будет тысяча золотых каждый, если через гильдию, то попозже и на Крайсе, дадут тысячу двести, двести пятьдесят.
Изумленный вздох в зале.
– Ну что ж, ученик, – заявил Матвей глядя на меня, – ты сегодня не поразил меня, а ОЧЕНЬ поразил. С первой вылазки в погань выжить и принести крупнейшую добычу для одиночки за последние двадцать два года многое стоит. Сколько ты тогда получил Кар?
– Две с половиной тысячи, Матвей и кличку в придачу, – задумчиво сказал магистр, глядя на меня.