ЦИФМИН
Шрифт:
– Ты это, спускайся, наверное, – сказал он Леше и ушел к себе в кабинет.
Куницын неуклюже спрыгнул со стула и, пряча взгляд, отправился вслед за Кокоревым.
Лера молча стала собирать разбросанные Пустохваловым бумаги.
– Может, мы хотя бы программистам позвоним? – предложил Петр.
Федор пожал плечами. Петр поднял трубку, набрал внутренний номер IT-отдела и изложил проблему. Голос в динамике громко удивился:
– И у вас тоже?!
– А у кого еще? – спросил Петр.
Программист не ответил, но обещал прислать человека в течение двух часов.
– Очень много заявок! –
– Ждать еще два часа, – объявил Петр коллегам. – Может, пойдем прогуляемся?
– А если они придут раньше? – спросила Лера. – И что с Иваном Тихоновичем будем делать?
– Предупредим! А тут кого-нибудь оставим, вроде как часового. – Петр подмигнул Федору. – Например, Женю.
– Чего меня-то!.. Потому что я младше всех?!
– Прекратите, никто никуда не пойдет, – резко сказала Петрова.
– Это почему?
– Да потому что как только мы приложим пальцы к турникетам, система увидит, что мы ушли чуть ли не всем отделом, да еще на два часа. Черт знает, как это будет интерпретировано там. – Петрова указала пальцем в потолок. – Вдруг Он решит, что это демарш, а?
Петр слегка смутился, но быстро опомнился и вырулил на привычную саркастическую колею.
– Надя, ты права как никогда. Преклоняюсь пред твоей мудростью! – Петр пал ниц, как мусульманин, совершающий намаз. – Будем все здесь сидеть. Может, тогда хотя бы пиццу закажем?
– Ну, давайте закажем, делать все равно нечего. Только ты вначале с колен встань, клоун, – усмехнулась смягчившаяся Надя.
Компьютерщики явно не торопились приходить, поэтому внешники спокойно пили чай и уже почти успели доесть пиццу, когда в кабинет ворвался Пустохвалов. Он пребывал в какой-то небывалой для себя ажитации. Галстук сбился набок, взгляд нервно бегал.
– Совещание! Срочно! – проорал он и скрылся в кабинете руководства.
Переглянувшись, все встали и последовали за Пустохваловым. Проходя мимо коробки, Петр подхватил кусок пиццы. Куницын бросил на него презрительный взгляд, Петр в ответ показал средний палец. В кабинете Пустохвалов со злостью расшвыривал по углам стулья, расчищая центр комнаты. Затем вдруг замер и посмотрел на динамик.
– Нет, не здесь! Во двор! – Распихивая подчиненных, он буквально ринулся к проходу. – Неделин, хватит жрать!
Петр быстро спрятал пиццу за спиной. Леша торжествовал. Через несколько секунд Пустохвалов был уже в коридоре, звук его шагов стремительно удалялся. Все бросились вслед за ним, чтобы не отстать.
– Быстрее, бл, быстрее! – подгонял их тащившийся сзади Кокорев.
Во дворе Пустохвалов так хорошо спрятался между елями, что Федор даже не сразу его заметил. Коллектив отдела обступил начальника. Последним подошел и шумно протиснулся внутрь круга запыхавшийся замнач.
– Все собрались? – Пустохвалов обвел взглядом круг сотрудников, стараясь не смотреть никому в глаза. – Вроде да… У меня для вас важное объявление. Я говорил с руководителями соседних отделов и начальником нашего департамента. Судя по всем признакам, на нас идет целенаправленная атака.
– Виталий Алексеевич, вы о чем? – спросила Надя.
– А ты сама не догадываешься, Петрова? Конечно же о письме, которое мы все получили! – Пустохвалов
Пустохвалов отдышался и продолжил уже чуть спокойнее:
– Одним словом, нас кто-то топит. И похоже, мы даже знаем кто! Сейчас на экстренном совещании наш начдеп сказал мне, что департамент управделами точил на нас зуб еще со времен Патриарха. Дескать, у нас бюджеты, бонусы, прямой доступ к министру… Да даже просто то, что мы сидим этажом выше. И это при том, что у них штат больше аж на десять человек! Кто еще кому должен завидовать! Поэтому нам сейчас важно собраться и не дать себя свалить. С этого момента мы будем жить по законам военного времени! Кто из вас служил?
Все промолчали.
– Так я и думал! – воскликнул Пустохвалов. Затем на секунду задумался. – Как, Иван Тихонович, и вы тоже? Но я предполагал…
Кокорев пристыженно покачал головой.
– Только Сорокин, но его сократили…
– Ладно, не важно… Но вот я, например, был на сборах! И там нам четко внушили одну вещь: «Если ты плюнешь на коллектив, коллектив утрется, а если коллектив плюнет на тебя, то ты утонешь». Это я сейчас говорю к тому, что теперь мы все должны действовать как команда, как… – Пустохвалов сжал кулак и потряс им. – Как пальцы одной руки! В этой связи всем необходимо минимизировать общение с коллегами из других департаментов. Никаких совместных перекуров или, тем более, обедов! Переписка, разговоры – все только по работе! Уже сегодня вечером мы с руководством нашего департамента выработаем план действий, а пока никому не говорите про то, что нам пришли эти сраные письма! Пусть все думают, что у нас все хорошо и их атака не удалась. Есть у кого-нибудь вопросы? Может быть, кто-то хочет спрыгнуть?
Петр неуверенно поднял руку, Пустохвалов кивнул.
– Виталий Алексеевич, когда вы выходили, я… мы позвонили программистам, попросили их прийти, посмотреть, что случилось…
– Неделин, еб твою мать! Ты что наделал! Тебя кто просил им звонить?! – Пустохвалов даже подскочил на месте от ярости.
– Ну, я подумал, что это поможет решить проблему…
– Лучше бы ты так в работе рвение проявлял, сволочь! Быстро в офис и моли бога, чтобы они еще не пришли и нигде не покопались! Если уже поздно отменить заявку – под любым предлогом не пускай их в кабинет! Если понадобится, забаррикадируй дверь. Скрябин! Беги с ним, помоги этому придурку!
На мгновение Федор растерялся, но потом быстрым шагом пошел в сторону Министерства – догонять уже почти добежавшего до входа Петра. На полпути он обернулся: Пустохвалов продолжал, активно жестикулируя, что-то рассказывать сотрудникам.
Как назло, все лифты были на верхних этажах. Федор побежал по лестнице, чтобы не ждать. Еще в коридоре он услышал крики и шум и изо всех сил припустил к кабинету. Его глазам открылась странная картина: Петр спиной закрывал компьютер от программиста, а тот орал на него и пытался обойти с флангов.