Цимбелин
Шрифт:
(Уходит.)
Уэльс. Перед пещерой Белария.
Входят Беларий, Гвидерий и Арвираг.
Гвидерий
Тревога поднялась.
Беларий
Уйдем
Арвираг
Нет смысла в жизни, если избегать
Опасных подвигов.
Гвидерий
К чему таиться?
Нас, как британцев, римляне казнят
Или свои, сочтя за бунтарей,
Служить заставят, а потом убьют.
Беларий
Уйдемте, дети, в горы. Там спокойней.
Нам путь к своим закрыт. Безвестны мы
И в списки войсковые не попали.
Смерть принца может привести к расспросам,
Кто мы, где жили, и признанье вырвать,
А наказание за это — смерть
Под пыткою.
Гвидерий
Отец мой, не к лицу
Тебе в такое время опасенья;
И нас не убедишь ты, нет!
Арвираг
Едва ли,
Услышав ржанье римских лошадей
И увидав костры врага вблизи,
Британцы в ожидании сраженья
Решатся тратить время, выясняя,
Кто мы, откуда здесь.
Беларий
Но ведь знаком
В войсках я многим. Клотена не видел
Я много лет, но все ж его узнал я.
Король не стоит ни моих услуг,
Ни преданности вашей.
Изгнание мое виной тому,
Что воспитанья вы не получили,
Что жили в бедности, лишившись счастья,
Которого вы вправе были ждать;
Что летом вы палящий зной терпели
И, как рабы, тряслись зимой от стужи.
Гвидерий
Нет, лучше смерть, чем эта жизнь! Отец,
Молю, идем к войскам. Никто не знает
Ни брата, ни меня; тебя забыли;
Ты постарел и стал неузнаваем.
Арвираг
Клянусь блистаньем солнца, я иду!
Я не видал, как смерть встречает воин
В сражениях. Я видел только кровь
Трусливых зайцев, горных коз и ланей.
Коней не знал я, кроме жалких кляч,
Удил и шпор не ведавших. Под стать
И всадник им такой, как я. Мне стыдно
Смотреть на солнце, жить его теплом
И пребывать
Гвидерий
Клянусь, и я пойду. Благослови
Меня, отец. Тогда в бою не стану
Я рисковать напрасно. А не пустишь —
Я все равно пойду; и ты судьбою
Наказан будешь тем, что я в сраженье
Умру от рук врагов.
Арвираг
И я. Аминь!
Беларий
Коль юной жизнью вы не дорожите,
Зачем же старость мне тогда беречь?
Да будет так! Иду я с вами, дети,
И, если суждено вам пасть в бою,
Я вместе с вами смерть приму свою!
Вперед! Вперед! Сказалась кровь царей,
Кипит она и рвется в бой скорей!
Уходят.
АКT V
Британия. Римский лагерь.
Входит Постум с окровавленным платком в руках.
Постум
Я сберегу тебя, платок кровавый, —
Я сам хотел тебя таким увидеть.
Мужья! Когда б вы все так поступали,
Любой проступок мог бы погубить
Вернейшую из жен. — Нет, мой Пизанио,
Не все приказы нужно выполнять,
А только справедливые. — О боги,
Зачем меня не покарали вы
И дали мне дожить до этой пытки?
Зачем вы Имогену не спасли
Для жизни, полной горести? Зачем
Меня, злодея, не сгубили? Ах,
Любя иных, вы их к себе берете
За малый грех, от большего спасая;
Другим же позволяете свершать
Грех за грехом, один другого хуже,
И те живут, в чудовищ превращаясь.
Она теперь у вас! Так дайте, боги,
Мне силу покориться вашей воле.
Сюда из Рима прибыл я сражаться
С отчизною своей. — О нет, Британия,
Довольно и того, что я убил
Твою принцессу. Ран тебе я больше
Не нанесу. — Внимайте, боги, мне:
С себя сниму я римскую одежду,
Крестьянином простым переоденусь,
Сражаться буду против тех, с кем прибыл,
И смерть в бою приму за Имогену!
Ведь жизнь сама и каждый вздох — мне смерть!
Не узнанный никем, ни в ком не вызвав
Ни злобы, ни участья, ни любви,
Себя предам я смерти. Пусть узнают
О доблести моей, хоть и таилась
Она под рубищем раба. О боги!
Пошлите вновь мне силу Леонатов!
Надменный мир хочу я научить
Не внешний блеск, а силу духа чтить.