Цирк под одеялом

Калинина Дарья Александровна

И он протянул порядком измятый листок бумаги. Артурович вырвал его из рук служителя и поднес к глазам.

— Это не мой почерк! — воскликнул средних лет мужчина, как уже поняли подруги, ветеринар, обслуживающий цирковых зверей.

— Это вообще ничей почерк, — мрачно произнес Артурович. — Все буквы печатные. Их мог написать любой человек. Хотя бы даже ребенок.

— Ребенок? А что сразу ребенок?! — возмутился еще один мужчина, возле которого стояли сразу три мальчика — погодки.

На вид — десять, одиннадцать и двенадцать лет. Самый

шкодливый возраст. Но глаза у ребят были до того испуганные и недоумевающие, что Артурович, глянув на них, тут же отвернулся.

— К слову пришлось! — буркнул он. — Никто твоих ребят, Андрей, пока ни в чем не обвиняет.

— То-то же! Мои ребята делом заняты были. Разогревались мы, когда звери взбесились.

— Так ведь капельки еще рано утром появились!

— Как приехали, все мои пацаны при мне были!

— Ладно, ладно! — примиряющее произнес Артурович. — Не будем ссориться. Все и так плохо. Ссора пользы делу не принесет.

— А что там написано? — спросил у него ветеринар.

— Что эти капли просто витаминная добавка к рациону зверей, — пояснил Артурович. — Что ее надо давать всем кошкам по столовой ложке. А Кавалеру — целых две.

— И еще что?

— И еще подпись.

— Чья?

— Твоя, Семен.

Все тут же уставились на ветеринара.

— Не писал я ничего! — возмутился тот. — Вчера зверей осматривал. Нашел, что они в превосходной форме. Так Железному и сказал. Никаких новых препаратов им не прописывал.

— Все ясно, — произнес Артурович. — Кто-то заметил, что Семен осматривал вчера животных. И решил этим воспользоваться.

— Кто?

— Я знаю кто. Это сделал кто-то из своих!

По рядам циркачей пронесся ропот. Еще бы! Это значит, что среди них завелся предатель, который вредит и гадит всей труппе.

— Мы уже лишились иллюзиониста, — перечислял утраты Артурович. — А теперь потеряли и нашу звезду.

— Железный жив.

— Но в этом сезоны он вряд ли сможет выступать! Кто его заменит на арене? С его кошками мог работать только он сам! Мы на грани разорения! Проклятие! Я знаю, чьих рук это дело. Понял, откуда тянутся нити!

И внезапно побагровев, Артурович зашагал по коридору в сторону своего кабинета. Остальные циркачи не решились последовать за ним. Они возбужденно обсуждали случившееся. А вот подруги двинулись следом за директором. Разумеется, так, чтобы не обращать на себя лишнего внимания.

Они уже почти добрались до его кабинета, когда из-за двери раздался грозный рык. Девушки с трудом удержались от испуганного визга. Потому что сначала они подумали, что это Кавалер снова вырвался из клетки. Или какой-то другой лев носится по просторам цирка. Но оказалось, что рычание доносится из кабинете директора. А еще спустя секунду подруги поняли, что и рычит он сам.

— Р-р-разор-р-рву! — рычал он на кого-то. — Уничтожу! Сгр-р-рызу заживо! Ты что вытворяешь!? Ты меня разорить вздумал?! Артистов моих моришь! Грязная работа, Федор! Гр-рязная!

Подруги осторожно заглянули в полуприкрытую

дверь. И увидели, что в кабинете находится один директор. И он разговаривает с кем-то по телефону. С каким-то Федором, которого обвиняет в свалившихся на артистов бедах.

Наконец Артурович бросил трубку и, уронив голову на руки, в отчаянии зарылся в ладони. Было видно, что мужик в отчаянии и лишние свидетели ему сейчас явно не нужны. И подруги засеменили прочь, пока их не застукали за подслушиванием.

— Кто такой этот Федор?

Кира и сама хотела бы это знать. Но ответ на этот вопрос подругам дала Дина, которой те немедленно позвонили.

— Федор? — переспросила она. — Артурович думает, что это дело рук Федора?

— Он так сказал.

— Хм, может быть, так оно и есть.

— А кто этот Федор? Ты знаешь?

— Знаю.

— И кто?

— Директор другой труппы. Они тоже хотели получить гастроли в Питере. Но ничего у них не вышло. Кишка тонка. Гастроли достались нам!

Это была еще одна версия. И версия очень даже неплохая. В самом деле, лишившись иллюзиониста и номера с дрессированными дикими кошками, вряд ли цирковая труппа могла всерьез рассчитывать на кассовый успех.

Только вот в эту неплохую версию никак не укладывался труп сгоревшей женщины на квартире у Леночки. Или это в самом деле была случайность, никак и никем не подстроенная?

— Мы должны это проверить! — сказала Кира. — Если окажется, что Люська жива и здорова, то можно будет всерьез рассматривать версию с конкурирующим цирком и его вредоносным директором.

И подруги отправились к Люське домой. Ее адрес им дал все тот же незаменимый Свистунов. Растаяв перед Кириной улыбкой, он был готов дать подругам и еще очень много всякого другого. Но им был нужен только адрес Люськи. И Свист им его дал.

— Только не найдете вы ее дома, — твердо сказал он подругам. — Если поедете, только время зря потеряете. Люська хотя и блудливая сука, но не такая уж дура. И не сунется к себе домой, зная, как я на нее зол! Будет прятаться по разным норам. А то и вовсе уедет из города.

Тем не менее девушки решили проверить. Вдруг Свистунов преувеличивает собственную значимость? Или Люська оказалась бы куда отчаянней, чем он о ней думал? Одним словом, подруги поехали в гости к Люське.

Разумеется, ни ее домашний, ни сотовые телефоны не отвечали. Но это было вполне нормально. Люська ведь была в бегах после ссоры с могущественным покровителем.

Пока подруги ехали к Люське, Кире пришла в голову одна мысль.

— А я вот все думаю, где же эти двое прятались все эти дни?

— Кто?

— Люська и Леша.

— Как — где прятались? Дома у себя.

— Нет. Дома не могли, — покачала головой Кира и принялась объяснять: — Вот смотри, что получается. Леша явился к Леночке сразу после того, как его застукал Свистунов. Верно?

— Да.

— И потом он у Леночки уже не жил. Сказал, что будет жить у Люськи.

— Тоже верно.