Цирк приехал!

Аронов Александр

«Артист» заиграл весело, громко. На все педали нажал. На экране — асфальтовый котел.

— Сейчас беспризорников покажут! — крикнул Ромка.

Угадал. Из чана выскочили беспризорники. Рваные, чумазые, как черти.

В зале расхохотались.

— Ну до чего здорово!

Закончилась первая часть, Все захлопали.

«Эх, яблочко, да куда катишься?» — загремел через несколько минут пианист. Раз веселое заиграл, значит, опять покажут беспризорников. Точно. Ленька связался с беспризорниками. Прошла всего неделя, а он стал уже Ленькой Гвоздем.

Борьке очень нравилась

картина, потому что в ней все правда, как в жизни. Что было бы с самим Борькой, если бы ему не попался Влас? Куда бы он подался, когда убежал из дому? Тоже жил бы в асфальтовом котле или на чердаке где-нибудь. Тоже воровать бы стал, как Ленька. И били бы его, как сейчас бьет Леньку вожак беспризорников Ганька за то, что мало наворовал…

Борька вдруг крепко зажмурился, из-под ресниц выступили крупные капли слез.

Мы красна кавалерия,И про насБылинники речистыеВедут рассказ… —

заиграл «артист».

На экране по мостовой вышагивал отряд пионеров. Ребята шли бодро. Впереди — барабанщик. Сбоку — вожатый.

— Как и мы: тоже в кино собрались смотреть «Оторванные рукава»! — острил неугомонный Ромка. — Только Борьки Ваткина не хватает рядом с вожатым…

Все засмеялись. Борька даже не улыбнулся. Он внимательно следил за тем, как обласкали Леньку Гвоздя пионеры, и думал: «Почему у пионеров с богом такие нелады? За что они его так ненавидят? И он их не любит». Сколько раз говорили Борьке и мачеха с Сергеем Михайловичем, и отец Никодим: «Не связывайся с бесовским отродьем! Пионеры неугодны богу!»

Чем же они неугодны богу? Разве они не делают такое же добро, как он! Бог за бедных. И они за бедных. Бог велит всем делиться. И они всем делятся. Вон какой хороший пиджак подарили сейчас Леньке Гвоздю! Почти что новый… И бог против буржуев, и они тоже… Неужели между ними просто кон-ку-рен-ция? Как быть Борьке? В пионеры ему хочется. Вот явился бы бог и сказал: «Я тебя в пионеры благословляю! Не знал я, что они хорошие!»

На экране свалка. Ганька, вожак беспризорников, бьет пионера. Но вчэт и Ганька в глаз получил. Попало за пионера! Ленька Гвоздь не дал его в обиду. Молодец парень!

— Так, так! Дай ему! Дай! — закричали ребята. Как сумасшедший застучал по клавишам «артист».

Еше чуть, и пианино разлетится вдребезги.

Снова зажегся свет. Ребята вертятся, переговариваются, ждут не дождутся, пока киномеханик запустит новую часть.

Конец у картины благополучный. Пионеры не дали Леньку в обиду. Устроили в детскую колонию. Во всю мочь загремел «Интернационал» на стареньком разбитом пианино.

Потом выступали пионеры. Римма снова пела «И мой сурок со мною». На пианино играл «артист». Извинился только, что по слуху, без нот. Вот память у человека!

Ромка так аплодировал Римме, что отбил все руки.

Нина плясала «цыганочку». «Артист» и её сыграл без мот. Борьке Нинино выступление понравилось куда больше «Сурка». Даже не сравнить.

— Борьку Ваткина просим! — закричал Влас. Борька встал

перед экраном. Походил на руках, разбежался и скрутил сальто-мортале. Потом, стоя на руках, ногами снял кепку с головы. На место он вернулся под гром аплодисментов.

А в конце перед экраном появилось несколько пионеров. У первого в руке фанерный серп. У второго такой же молот. У третьего кумачовая звезда.

Пионеры встали в позы. Серп и молот скрестились на фоне звезды. Ребята позади них построили пирамиду. Как только они застыли в позе, Коля Плодухин крикнул:

За наше единство,За наши СоветыЗапускаемПионер-ракету!На старт!С-с-с-с-с-с-с-с!

И все зашипели: «С-с-с-с-с-с!» Потом костяшками пальцев застучали по спинкам стульев: «Тр-р-р-р-р!» Потом захлопали в ладоши. Застучали ногами.

— За-пу-ска-ем! — крикнул Коля.

— В бой, мо-ло-дая гвар-ди-я ра-бо-чих и кре-стьян! — хором сказали участники пирамиды и разом соскочили на пол.

Здорово получилось!

Удивил всех Ромка Смыкунов. Вышел на сцену и говорит:

— Вот что! Пока вы тут выступали, я сочинил стихи. Могу продекламировать, если хотите.

— Давай! — обрадовались ребята.

И Ромка прочел:

Сегодня нам показалиКартину про беспризорных,И мы, сидящие в зале,Решили работать упорно!Работы у нас масса.Побольше дела, поменьше слов!За дело рабочего класса,Пионер, будь готов!

И зал, как один человек, гаркнул:

— Всегда готов!

Выйдя из кино, Борька отозвал вожатого в сторону и сказал:

— Я тоже в пионеры хочу!

Глава четвертая

В ПЯТОЙ «Б» ЕСТЬ ФИСКАЛ!

Приняли! Приняли Борьку в пионеры, и даже это скандальное родительское собрание, на котором он сейчас сидит, не очень омрачает его радость.

Всю вчерашнюю ночь Борька не мог заснуть, ворочался с боку на бок. Раз десять подушку переворачивал холодной стороной к щеке.

— «Я, юный пионер Эс Эс Эс Эр… Будь готов… Всегда готов…» — шептал и шептал Борька, хотя слова пионерской присяги затвердил, как «Отче наш».

Борька пришел на сбор самым первым. Он чисто умыт, рыжая челка аккуратно расчесана, ботинки начищены до блеска. Вот и торжественная линейка. Как в тумане, словно через очки Павлика Асиновского, виден Борьке строй ребят в красных галстуках. Когда туман рассеивается, видно, как улыбаются Борьке ребята. Выплыло из дымки лицо Коли Плодухина — доброе, торжественное…