Цвет

Васильев Сергей Викторович

— Раньше ты говорила по-другому.

— Раньше не гибли люди. А теперь они гибнут ценой твоего спокойствия.

— Из-за своих ошибок и своего упрямства!

— А ты стоишь над всеми и мудро качаешь головой…

— Зачем ты так, Шандар?

— Затем, — огрызнулась зель. Она уперлась руками в ствол и попыталась подняться.

Илья взял ее за запястье и не дал уйти.

— Подожди. Выход можно найти. Его всегда можно найти. Расскажи новости.

Шандар вздохнула. С Ильей стало сложно. Неудобно.

Что-то мешало нормальному разговору. Но нельзя отказываться от дела, если тяжело разговаривать с человеком. Личное — подождет.

Зель собралась и перестала без толку сыпать обвинениями.

— После твоего сообщения, любимым занятием всех людей стал поиск шандар у себя на планете. Иногда даже находили их следы.

— Бред. Если шандар выпустить, она уничтожит биосферу подчистую.

— Ты хочешь, чтобы такое случилось?

— Да какой сумасшедший будет это делать? Человеку не нужна мертвая планета, если можно получить живую. Угрозы — вполне возможно. Но не применение.

Шандар подняла голову на Илью.

— Вот ты и сказал нужное слово. «Человеку». Допусти на мгновение, что те, кто выпустит шандар, — не люди.

Илья вздрогнул.

— Ты хочешь сказать, гессы…

— Может быть. Уничтожить всё живое для демонстрации Сообществу серьезности своих намерений. Иначе, кто будет с ними считаться?

— Даже гессам нужен кислород для дыхания и пища для их тел. Они не глупцы. К тому же, будет такой резонанс по Содружеству, что правительство не сможет не принять мер. Гессов уничтожат. Сбросят астероид на Гессонит и всё.

— Кто лучше тебя знает гессов? Кто общался с ними вплотную?

— Да какое там общение? — Илья прятал глаза. — С ними никто не может разговаривать. Даже колонисты…

— Которых уже нет!.. — жестко сказала Шандар.

— Ну, нет. Я же их предупреждал…

— Ох, Илья. Ты лучше меня знаешь людей. Ну, когда они слушали предупреждения, которые наверняка могут поменять привычный для них образ жизни?

— И чем теперь помочь тем, кого уже нет? — жестко сказал Илья. — Помнить о них? Скорбеть?

— Остановить гессов. Они вышли в космос.

— И куда направляются?

— Сюда, Илья. Сюда. Фейн — ближайшая планета на векторе их пути.

— Вот прибудут, тогда и разберусь с ними.

— Будет поздно, — зель встала с бревна.

— Я буду думать, — ответил Илья.

Шандар промолчала. Она уходила к станции, чуть ссутулившись, совсем не похожая на того воина, каким недавно была. Усталая и разочарованная. Не нашедшая поддержку у того, кому доверяла больше всего.

— Шандар! — крикнул Илья вслед. — Я обещал Хельге…

Зель обернулась.

— Ты часто обещаешь. Выполняй…

Легко плыть по течению, изредка чуть подправляя ход челна. Течение само несет решетчатую конструкцию,

обтянутую пленкой. Ход ровный, неспешный. Острый нос неслышно режет гладкую поверхность реки. Маленькие растения, состоящие из двух листочков и гибкого корешка, забили всё мелководье, и от этого вода кажется темно-зеленой. Вертя корешком, как пропеллером, они выпрыгивают из воды, стараясь уцепиться за деревянное весло. Приходится постоянно его встряхивать, чтоб избавиться от назойливых гостей.

Хельга лежит на животе, лицом к носу, опустив одну руку в реку и пропуская меж пальцев струи, иногда выхватывая из воды какой-нибудь цветок, а потом отбрасывая его обратно. Илья сидит на корме и правит. Они не спешат. Путешествие намечено долгое. Оно еще даже как следует не началось: заповедник — за барьером.

Барьер Илья с Хельгой преодолели легко: он отключался нейтрализатором, который девушка позаимствовала у Ибрагима. Небольшое электрическое потрескивание, и челн проскользнул на территорию заповедника. Левый берег здесь высоко поднимался, подтачиваемый течением, а правый лишь чуть горбился.

Речка постоянно петляла, уводя течение то к одному берегу, то к другому, и Илье приходилось всё время оставаться начеку, чтобы их не вынесло на мелководье. Каждый поворот открывал что-нибудь новое, непривычное. То мост из наклонившихся к середине реки и сросшихся деревьев. То заводь, сплошь покрытая черными цветками водяных лилий. То шумно лакающие воду неизвестные животные с синей шерстью. Но всё это Илья видел мельком. Вот остановятся, тогда и будет смотреть. Насладится красотами, так сказать.

Этим пока занималась одна Хельга.

— Смотри, кто это?! — Хельга показала пальцем, и Илья повернулся в ту сторону.

На берегу стоял немолодой фейн и ждал. Илья направил челн к нему: пропустить-то их сквозь барьер пропустили, но игнорировать хозяев этих мест и ссориться с ними нет никакого смысла. К тому же, вдруг он скажет что-нибудь важное.

— Давай, мимо проплывем. Не нравится он мне что-то. И вообще, старый какой-то — далеко за средний возраст вышел. Фейны долго не живут.

Все разглагольствования Хельги пропали впустую: Илья упрямо не сворачивал с выбранного курса.

— Ну, и пожалуйста, — обиделась она, — потом не говори, что я виновата.

— Не виновата, не виновата, — подтвердил Илья, лишь бы девушка немного помолчала.

Он пристально разглядывал фейна, выискивая отличия от человека. На первый взгляд — их не было. Чем объяснить схожесть внешнего облика? Только ли одинаковостью природных условий, в которых формировались разумные? Почему нет естественной дивергенции? Все отличия в пределах видового разнообразия. Или это постарались нораны? Какие-нибудь другие высшие расы, жившие прежде них? Может, это такая шутка Создателя?