Цзянь
Шрифт:
Лян та мадэ!
– подумала она.
– Кто бы мог подумать, что Цунь Три Клятвы и Т.И.Чун родные братья? О Будда! Это же просто фантастика!
Когда за три часа до этого Питер Ынг не пришел на назначенную встречу к Блустоуну, то задействовали ее, хотя сама она и не знала об этом. Такая уж у Даниэлы была методика, что ее агенты часто даже не подозревали о существовании друг друга. В свое время она имела полное право сказать Лантину, что в ее шпионскую сеть встроены элементы контроля друг за другом.
Неон Чоу обычно опускала свои закодированные донесения
Несколько месяцев назад она подслушала разговор между Цунем Три Клятвы и Блисс, в котором было упомянуто слово "фу". Неон Чоу знала, что это такое, но не могла понять, какое значение фу может иметь в современном мире. Примерно через неделю после того случая она однажды заметила, что Цунь Три Клятвы потихоньку садится в лорку.
Сдерживая свой восторг, она продолжала наблюдения и обнаружила такую закономерность: дважды в неделю, если ночь была безлунная, он куда-то ходил на своей лорке. Понимая, что рискует жизнью, она все-таки однажды решилась проследить за ним во время одной из этих таинственных ночных вылазок.
Она увидела передатчик и услышала каждое слово, сказанное Цунем Три Клятвы на мандаринском диалекте. Неон Чоу знала диалекты и поэкзотичнее мандаринского: в частности, за это ее и ценили как агента.
Фу. Цунь Три Клятвы несколько раз упомянул это слово. И он говорил о власти, которою фу наделяет своего обладателя. Он говорил о силе, которая окружила Гонконг, словно кольцом, той силе, которую символизирует фу.
Поздно ночью она набрала известный ей номер и произнесла в трубку лишь одно слово: Митра. На следующее утро она опустила свое донесение в почтовый ящик.
Мир Неон Чоу был безликим и бесконтактным. Иногда ее посещала крамольная мысль: а имеют ли какие-либо последствия ее донесения? Иногда, находясь в особо скверном расположении духа, она даже подумывала: а читает ли их вообще кто-нибудь? У нее не было никакой возможности даже узнать, насколько важным является то, что ей удалось обнаружить.
Такова была одна из особенностей того мира, в котором она существовала.
Очень трудная это работа: ничего не делать, а лишь наблюдать. Восемь часов назад был вечер, и он вместе с Блисс засел в засаду у входа на фабрику, на которой делают игрушечных самураев. Когда Верзила Сун и его охранники сели в машину и уехали, пришлось последовать за ними. На арендованной машине не так легко было угнаться за лимузином, но машина Суна довольно скоро остановилась на полпути между Абердином и Центральным районом. Джейк знал, что здесь, на Пинэп-роуд, находится вилла главаря 14К. В вечернем небе описывали круги черные коршуны.
Верзила Сун вошел внутрь, и больше они не видели, чтобы кто-нибудь входил или выходил из этой виллы, расположенной высоко на горе. Все это было странно. Какой дракон триады усидит в такую ночь на своей вилле, в стороне от ночной жизни Гонконга? Когда он задал этот вопрос Блисс, она сказала:
– Что-то здесь не так.
– Собрание главарей триад?
Блисс
– Они перерезали бы друг другу глотки.
– Если Ничирен не привел какой-нибудь убедительный аргумент в пользу мира.
– А чего это они будут к нему прислушиваться? Он же японец.
Джейк вспомнил, что в досье на Ничирена, которое он видел на вилле у Микио Комото, говорилось, что Ничирен вместе с матерью приехал в Японию, когда ему не было и года. Откуда же он приехал? Естественно было предположить, что из Китая.
– А что если Ничирен китаец? Блисс вытаращила глаза.
– Что?
– Я думаю, что раз его пускают на собрания триад, значит он китаец. Логично?
– Его мать была японкой. Это я знаю точно.
– Я тоже слыхал что-то в этом роде, - задумчиво промолвил Джейк.
– Но уверена ли ты, что это была его родная мать? Что если он, как и ты, приемыш? Кроме того, кто может поручиться, что его отец не был китайцем?
– В таком случае, он и не японец, и не китаец. Это еще хуже, в глазах руководителей триад.
– Необязательно. Он является членом йуань-хуаня, а это говорит о том, что его действия направляют китайские коммунисты, а не русские. Он двойной агент, v весьма ловкий. Кроме того, я не думаю, что мой отец мог открыть главарям триад, кто является истинным драконом йуань-хуаня. Даже Верзила Сун считает, что это Цунь Три Клятвы. И я имею основания думать, что и другие драконы того же мнения. Участие Ничирена ничего, в сущности, не меняет, но добавляет интернациональный оттенок. Как ты думаешь, понравилось бы им, если бы они узнали, что один из высокопоставленных советских агентов втайне сотрудничает с ними?
– Еще бы! Это заставило бы их сплотиться, забыв про свои междоусобные дрязги, - признала Блисс.
– Вот именно.
– Джейк задумался.
– А кто еще состоит в йуань-хуане?
– Не знаю.
Джейк испытующе посмотрел ей в глаза.
– Точно?
– Да.
– Ну ладно.
Над их головами ярко выделялось на фоне темного неба серебристое от лунного света облако. Добавить бы ему пару глаз, и получился бы свернутый дракон.
– Джейк, - сказала она, - каждый день, что мы вместе, я все больше и больше чувствую, что есть тысячи вещей, о которых мы не успели сказать друг другу. Время летит так стремительно. Взгляну я порой на тебя - и вижу человека со связанными за спиной руками. Ты понимаешь, что я хочу сказать?
Он ничего не ответил, уставившись неподвижным взглядом в ночь. Но Блисс почувствовала, что задела что-то, глубоко спрятанное в его душе. Как бы заставить его выплюнуть яд, который отравляет его столько лет? Что это за темная тайна, которой он не может поделиться ни с кем на свете?
В нем идет процесс саморазрушения, все быстрее и быстрее. Мысль эта пришла к Блисс с такой неожиданностью, что она вздрогнула. Надо как-то остановить этот распад. Она вспомнила хокку, которую часто повторял Фо Саан, когда она не могла высказать то, что у нее на душе.