Д-р
Шрифт:
Протич. Это не так легко, господин Цвийович. Кто только не читает нынче лекции – и платно, и бесплатно.
Живота. Но я говорю, какой-нибудь видный ученый.
Спасоевич. А если видный ученый, он такой гонорар потребует, что только на него и соберешь денег. Это не так легко!
Живота. Я не говорю, что легко, но цель-то какая благородная. Я верю, кто-нибудь да откликнется… Вот, например, мой сын, доктор философии. Молодой, усердный… вот и диплом его в большой рамке. Окончил с отличием. Я никогда об этом не говорю, потому что он мой сын, но, поверьте, он один из
Дамы. Но согласится ли он?
Живота. Он немного суров и горяч. Однако для такой цели… Только, прошу вас, пусть он не знает, что подал вам эту идею я.
Протич. Разумеется, как можно!
Спасоевич. А здесь ли господин доктор?
Живота. Здесь, но…
Протич. Тогда, нельзя ли нам сейчас же поговорить с ним?
Живота. Нет, теперь он углубился в науку… Еще с ночи углубился и до сих пор головы не поднял. Работает над большим сочинением, опять что-то по динамике. А когда он работает, то не любит, чтобы его беспокоили…
Протич. Что же вы посоветуете? Как нам поступить?
Живота. Пошлите ему письмо от имени вашего общества и попросите прочесть одну публичную лекцию.
Дамы. О, разумеется, с удовольствием!
Живота. А что касается меня (достает из шкафа деньги), примите сейчас эти сто динаров. В лучшие времена…
Дамы. Мы очень благодарны.
Живота. Только прошу вас без благодарности. Я даю это от чистого сердца и не хочу, чтобы меня благодарили. Вы можете написать об этом в газету, но не ради меня, а так, для примера другим.
Дамы. О да, это само собой разумеется.
Протич (встает). Значит, вы советуете послать господину доктору письмо?
Живота. Да, и как можно скорее.
Спасоевич. Сегодня же отправим.
Живота. Да. Сразу же напишите, а я все устрою.
Дамы. Благодарим вас, большое спасибо. Прощайте! (Уходят.)
Живота (провожает дам до дверей). Прощайте. Вот увидите, эта лекция будет настоящей сенсацией. Прощайте.
Живота один.
Живота (возвращается, потирает руки как человек, довольный успешно выполненной работой; звонит домашний телефон). Алло! Господин Николич! Что? Что? Господин Даич вернулся с биржи? А? Неужели? Тогда у нас большой убыток!.. Можно, я не говорю, что нельзя, но… А что говорит господин Даич об этом неожиданном падении репарационных
Живота, Славка.
Славка (входит). Папа, ты меня звал?
Живота. Я жду звонка из Будапешта от моего агента и не хочу, чтобы в канцелярии слышали разговор. А мне надо спуститься вниз. Ты постой здесь у телефона и, как только позвонят, сразу же крикни мне.
Славка. Я только книгу возьму.
Живота. Иди возьми! (Целует ее.) Ты мой самый милый секретарь. (Выходит.)
Славка, Велимир.
Славка уходит в комнату налево, в это время входит Велимир и останавливается в дверях.
Славка (возвращается с книгой. Удивленно). О!..
Велимир. Добрый день!
Славка. Каким чудом вы здесь?
Велимир. Меня позвал ваш отец.
Славка. Это ясно, иначе вы и не догадались бы прийти к нам.
Велимир. Признаюсь, и оправдаться нечем.
Славка. Значить, это не невнимательность, а равнодушие.
Велимир. Неправда!
Славка. Раньше, как школьный товарищ моего брата, вы часто приходили к нам и дружили со мной. По крайней мере воспоминания детства должны были бы привязать вас к нашему дому…
Велимир. Поверьте мне, я с большой радостью вспоминаю это время.
Славка. Вы знаете, я до сих пор храню одно ваше любовное письмо. Я тогда была в третьем классе, а вы в шестом.
Велимир. Умоляю вас, не храните его… мне так стыдно…
Славка. Вот как? Теперь я понимаю ваше равнодушие. Вы стыдитесь любви ко мне.
Велимир. Ах, умоляю вас. Ведь кто знает, какие грамматические ошибки найдутся в этом письме.
Славка. Любовь никогда не считается с грамматикой. Напротив, чем слабее грамматика, тем сильнее чувство. Впрочем, если вас это так беспокоит, я могу дать вам письмо для исправления ошибок.
Велимир. Дайте, дайте, я исправлю ошибки.
Славка. Может быть, вы захотите исправить в нем и ваше чувство?
Велимир. Зачем же?
Славка. Впрочем, вы его уже откорректировали. Вы так от всех отдалились…
Велимир. Нет, нет, вам только так кажется, поверьте!
Славка. Вы перестали дружить с моим братом.
Велимир. Но он вращается в обществе, которое мне не подходит.
Славка. И дружбу со мной… забыли.
Велимир. О, как был бы я счастлив вернуться к этой дружбе.
Славка. А что же вас останавливает?
Велимир. Обстоятельства… В жизни не все происходит так, как хочется.
Славка. Я вас не понимаю.
Велимир. Верно, я недостаточно ясно сказал. Да я и не умею говорить ясно.