Да будет день!

Кулагина Людмила

Грустное

Дочери, которая далеко

Напиши мне длинное письмо,Я его до дырок зачитаю,Для меня оно – как в свет окно,Сквозь которое дней сумрак тает.Скрась мне жизнь улыбкою своей,Шуткой, речи милым оборотом.Пух летит вослед мне с тополей,И маячит грусть за поворотом.Впереди лишь старость, что не мёд,С горечью несбывшихся «хотела».Осень жизни, словно птиц в полёт,Душу м'aнит сбросить тяжесть тела.Что терять, оставив мир людей?– Память обо всём, что прежде было?Поиск смысла,

нищету идей?И об этом я почти забыла.Одиночество сожмёт меня в комок,Я под плед зароюсь на диване.Напиши мне длинное письмо,Для меня оно – как ключ к нирване.

***

Я себе запретила от боли любить.Сколько можно огнём обольщаться?!Нынче греет, чтоб завтра всё сжечь и сгубить,И опять эта мука – прощаться.Одиночество – вот неизбежный уделВсех людей, что положен от века.И в любови взаимной есть жёсткий пределСовпадения душ человеков.Есть у каждого личная боль и судьба,И особо звучащие струны,Есть мгновения мужества, страха, стыда,И страданье, и смерть, и день Судный.Но когда час пробьёт роковой отвечать,Как избегну быть ввергнутой в муку,Что не смела без страха любить и встречатьСо смиреньем и боль, и разлуку?..

***

Он для меня потерян навсегда.И даже раньше, чем предполагала.Когда сказал: конец, едва услышит «да».И чувствам и мечтам пиши пропало.Когда сказал, что увлекает пред—игра,Что плод, трудом добытый, не прельщает,Что завтрак хорошо бы получить с утра, —Он до обеда верность обещает.Но мне не трапеза нужна – любовь.И я не путаю её с пищевареньем.И рифма к ней, как ни банальна, – кровь.И это кровь, действительно, а не варенье.

***

Люби за то, что просто есть.Не за достоинства иль недостатки,Не оттого, что посчитал за честь,Не оттого, что дни твои несладки,Не за надуманную роль,Не из—за ревности иль мести,Не за испытанную больИ не за то, что будем вместе.

***

Не испить эту горечи чашу до дна!Я приду к тебе, чтобы увидеть,Как улыбка твоя холодна,И как больно ты можешь обидеть.Как для блеска эффектного словТы меня пощадить не захочешь,И на тайную радость ословТы на мне язычок свой отточишь.

***

«Любовь приходит и уходит»,А кушать хочется всегда.И только утром солнце всходит,Желудок спросит: «Где еда?»Сначала это будет простоКартошка, каша, хлеб, вода.Но каждый день питаться просом?Икры бы, сёмги – это да!Бокал шампанского бы, трюфель,И фруктов чтоб была гора!А к ним…костюмы, пары туфель,Духи и мебель и – ура!Ах, да, ещё нужны колготки,Бельё, ковры, пальто, меха.И дом за городом, и сотки,И хоть немножечко греха.И в поисках разнообразья,Не часто, иногда, чуть—чуть,Себе позволить безобразья,От скуки чтобы не уснуть.Но, водрузившись в мягком кресле,Скривишь в недоуменье бровь:Купили всё для счастья если,Куда и как ушла любовь?..

***

О,

как смириться с подлостью измены?!Когда душой ты к Богу устремлён,Вновь уязвит тебя «иудино колено»,Достав из приснопамятных времён.Остави, Господи, нам д'oлги наша!Подай обманутым умение прощать!Ведь завещал врагов любить Ты даже. —Но как мне в сердце м'yку укрощать?!Оно болит! И так болит, – нет м'oчи!И не прощать зовёт, а плакать и кричать!Отравлены и дни мои, и ночи, —На них теперь предательства печать.Но помня, что Твоим лишь попущеньемМеня сразила не в честн'oм бою праща,Дай видеть обо мне и в этом попеченье,Чтоб научить меня прощаться и прощать.

«Полосатая жизнь»

Настроение

Я, увы, не английская леди,А простая российская баба.Крашу волосы хной цвета медиИ по радио слушаю «АББу».На работу хожу, как на праздник,Тот, который лишь повод напиться.Мне знакома свобода как праздностьВ тот момент, когда лень удавиться.Столько дел переделать бы надо,Но уже нет ни сил, ни стремленья.Мне бы лошадью быть, а я – баба.Вот такое сейчас настроенье.

***

Давно я так не проживала дни —По—детски остро, вольно и беспечно.Как будто жить нам предстояло вечно,И знала я: мы в мире не одни.Я каждый день свой помню, как подарок,Где даже тьма лишь оттеняла свет.И свет внутри меня стал снова чист и ярок,И чудо обещал очередной рассвет.Когда в душе моей настало лето, —Я птиц услышала, увидела цветы.Мне в зимний день так не хватало света.И где тогда, о, Господи, был ты?!Теперь я знаю, для чего страдала, —Ведь холод зим не смог траву убить.И мне не боль свою, а суету вокзаловЕщё прописано судьбою полюбить.

***

Одиночество, друг, одинокость.Мир, чужой языку и уму.От винта будто ржавая лопастьЗагребает и тянет ко дну.И раздавлена тёмной водою,Может, там обрету тишину.Разонравилось мне быть собоюИ тащить за собою вину.Я такой одинокой и преждеОт разлук временами была,Но сегодня последней надеждеЯ последнюю дань отдала.Пусто будет в душе и пустынно:Лишь песок и в песке – саксаул.Если станешь любимым постылой,То себя как любить мне саму?..А себе, нелюбимой, не нуженМир заморских красот и чудес.Мне теперь всё равно – море, лужа,Раз не любят меня теперь здесь.

***

Снежинки падают так мягко и так нежно,И вот уж на земле пуховый белый рай.Но нет тепла в красе стерильно—снежной.И на душе лишь сумрак и раздрай.О чём не думала б, в душе одно – разлука.И холод впереди, и что ни день – обман.И будней суета не заглушает муку.И, кажется, сей крест мне не по силам дан.Но нет ни ропота во мне, ни упованья.И под уныньем погребён когда—то пёстрый край —Мои мечты, надежды и желанья.И манит в нём уснуть – обманный снежный рай…