Да! Да! Да!

Осборн Мэгги

— Мы выстроимся в ряд и плюнем ему в лицо, — пообещала Джульетта. — Не могу поверить, что я воображала, будто люблю его! До встречи с Беном я и не знала, что такое любовь!

И тут они поняли, что плакать на морозе не очень разумно. При тридцати градусах ниже нуля слезы замерзают на щеках.

Глава 22

Как бы то ни было, но путешествие в Штаты оказалось хуже, чем представляли себе это три мадам Вилетт. Первый пароход, отплывавший из Дайи, назывался «Белая звезда» и направлялся в Сан-Франциско. Они могли тотчас

же отплыть на нем, но Зоя предпочитала проторчать лишний месяц в Дайе в ожидании другого парохода. Однако вернулась только «Белая звезда», и Кларе с Джульеттой пришлось буквально силой тащить Зою на борт.

Все три женщины разрыдались от счастья, когда «Белая звезда» стала на якорь в бухте Сан-Франциско. А ступив на доски причала, они вновь заплакали, потому что их сердца остались среди северных снегов.

Они решили провести неделю в калифорнийском отеле «Астор», чтобы дать Зое время оправиться и отдохнуть, и Джульетта настояла на том, чтобы заказать самый лучший многокомнатный номер.

— Возможно, вас это удивит, — сказала как-то Зоя, — но после того как мы найдем Жан-Жака и выскажем ему все, что думаем о нем, я вернусь домой, в Ньюкасл. Я хочу остаться со своими родителями. Теперь я буду смотреть на Ньюкасл и на них иными глазами.

— Вы надеетесь, что Том в конце концов туда вернется? — мягко спросила Джульетта.

— Возможно, — прошептала Зоя. — Трудно поверить, что если я полюбила его так сильно и глубоко и он отвечал мне взаимностью…

— Да, я понимаю, о чем вы хотите сказать, — тяжело вздохнула Клара. — А что касается меня, то, будь на то моя воля, я бы внесла свою лепту в «золотую лихорадку» и понастроила отелей, в которых подавали бы отличную домашнюю еду. Я сделала бы на этом состояние. — Она снова вздохнула. — Но, вернувшись на Юкон, я непременно встретила бы там Медведя, и это разбило бы мне сердце. Поэтому, вероятно, я куплю небольшой отель или пансион в Сиэтле.

Джульетта запрокинула голову на спинку своего стула.

— Какой позор! Я была бы отличной женой для банкира, а вы, Зоя, едва ли найдете себе более подходящего человека, чем Том. Да и Клара с Медведем составляют чудесную пару.

— Мы ведь дали друг другу слово не обсуждать это, — сказала Зоя. — Мне пора закончить укладываться. Разве вы не говорили, что карета будет ждать нас завтра утром в семь часов? — Она с трудом улыбнулась Джульетте: — Благодарю вас за эту неделю в отеле. Она была сказочной. И за карету, которую вы наняли, чтобы она доставила нас в Лома-Гранде. В ней нам намного удобнее, чем в дилижансе.

— Не стоит благодарности, — вежливо ответила Джульетта, улыбнувшись.

— Ну что, теперь легче произносить слова благодарности? — благодушно спросила Клара, и в глазах ее заплясали смешинки.

— Да, — процедила Зоя сквозь зубы.

Потом женщины расхохотались, смахивая невольно навернувшиеся на глаза слезы. Их долгое совместное путешествие подходило к концу, и каждая из них знала, что никогда не поделится ни с какой другой женщиной своими тайнами и никогда не узнает другую женщину так, как они узнали друг друга.

Как множество похожих местечек в Калифорнии, Лома-Гранде

вырос вокруг католической миссии много лет назад. Это был сонный зеленый городишко, оживлявшийся только в дни, когда работала еженедельная ярмарка.

— Этот городок напоминает мне Линда-Виста, — сказала Джульетта, оглядываясь после того, как возница подал ей руку, помогая выйти из кареты.

Над немощеной Мэйн-стрит нависали тенистые ветви больших лиственных деревьев. Она тотчас же углядела здание почты, большой дамский магазин, магазины, где продавались продукты и семена. Остальную часть города легко было представить: несколько больших домов на Мэйн-стрит и прилегающих к ней улицах, позади них более скромные строения. Среди низких холмов, окружавших Лома-Гранде, должно быть, расположились фермы, поставлявшие на местный рынок фрукты и овощи.

Клара стряхнула пыль с юбок и принялась разглядывать единственную гостиницу глазами нелицеприятного судьи.

— Веранду надо покрасить, но цветы хороши — яркие и привлекательные, так и приглашают войти.

— Здесь где-то живет Жан-Жак, — напомнила Зоя, облизнув губы. — Странно в это поверить.

— Если только он снова не отбыл в неизвестном направлении на поиски новых жен, — резко заметила Клара.

Отказавшись от услуг возницы, она подхватила свой саквояж и направилась прямо к веранде. Дверь тотчас же широко распахнулась, и на пороге показалась приветливая и улыбающаяся крошечная женщина.

— Я миссис Уилсон, — объявила она, вставая за конторку в холле. — Вы, леди, желаете здесь остановиться? — спросила она, перевертывая страницы регистрационного журнала.

— Мы проведем здесь часть дня сегодня и, вероятно, останемся на завтра.

После того как Зоя и Джульетта расписались в журнале, вперед выступила Клара и взяла перо. Она дружески улыбнулась миссис Уилсон.

— Когда мы въезжали в ваш городок, нам пришло на ум, что у нас здесь есть знакомый — его зовут Жан-Жак Вилетт. Возможно, вы могли бы сообщить, где его дом. Нам хочется сделать ему сюрприз.

Глаза миссис Уилсон округлились, и она окинула их внимательным взглядом.

— О Господи Боже мой!

Клара никак не могла взять в толк, что она хочет этим сказать. Миссис Уилсон тяжело вздохнула, но было ясно, что этой женщине знакомо имя Жан-Жака Вилетта. Внезапно миссис Уилсон засуетилась, взяла регистрационный журнал и принялась внимательно изучать их имена.

— Я ничего об этом не знаю, мисс Клаус…

— Прошу прощения?

— Но я знаю человека, которому кое-что известно. Я немедленно пошлю за мистером Гласконом.

Она позвонила в колокольчик, находившийся тут же на конторке, и тотчас же появился человек. Миссис Уилсон попросила его отнести багаж леди в отведенные им комнаты. Потом, одарив их самой искусственной улыбкой, какую они только видели, сказала:

— У вас есть время освежиться, так как обед будет сервирован через несколько часов. Вы можете побеседовать с мистером Гласконом в столовой, и никто вас не побеспокоит.

Через минуту Клара, хмурясь, обратилась к Джульетте:

— Вы умеете вежливо беседовать ни о чем и понимаете этот язык. Можете объяснить нам, что происходит?